Трагедия

Девни Перри

К счастью, его странное поведение осталось незамеченным семьей Кендрик, которая всё ещё была в восторге от самого молодого члена.

В чем была проблема Кейна? Было ли для него всё более неудобно, чем я предполагала? Неужели он не любил детей? Когда я вспомнила, когда я их всех представляла друг другу, он не казался напряжённым рядом с Чарли и Колином. Но я не припоминала, чтобы он хоть раз бросил взгляд в сторону Камилы.

Неужели он не любил младенцев? Некоторые мужчины опасались младенцев. Моему брату они не особенно нравились, и мы с мамой полагали,

что это изменится, как только Оуэн решит завести собственных детей.

Возможно, у Кейна были такие же опасения, когда дело касалось малышей.

Мой желудок проделал ещё один виток акробатики, поэтому я ретировалась на кухню за стаканом имбирного эля, который купила ранее, надеясь, что он всё решит.

Пока я потягивала содовую, на кухню вошла Тея.

— Если ты не хочешь пиццу, мы можем перенести.

— Нет! Со мной всё будет в порядке. — Я улыбнулась шире. — Это всегда проходит. И имбирный эль помогает.

— Хорошо. Мне он тоже всегда помогал, — сказала она, глядя на своих детей.

Мои глаза последовали за ней туда, где Логан помогал Колину строить туннель из пустых коробок.

Я никак не могла быть беременна. Да? В последнее время у меня не было месячных, но для меня это было нормально. Для меня не было чем-то необычным четыре или пять месяцев обходиться без цикла. Вдобавок ко всему, моя цервикальная слизь была ненормальной. Это в основном убивало сперматозоидов, которые осмеливались подойти достаточно близко.

Нет, не было никаких шансов, что я беременна. Результаты теста были окончательными.

В тот день, когда позвонил наш специалист по фертильности, чтобы сообщить результаты, я так нервничала, что заставила Адама ответить на звонок. Он внимательно слушал, кивая, когда доктор говорил, и после того, как он повесил трубку, он рассказал мне всё.

Потом он обнял меня, когда я развалилась на диване в нашей гостиной.

Так что, несмотря на то, что мы с Кейном едва держались друг от друга подальше, я никак не могла забеременеть, по крайней мере, без помощи врача, который бы имплантировал оплодотворённую яйцеклетку в мою матку.

Кейн не был врачом.

Я определенно не беременна.

?

— Вы беременны, мисс Кэмпбелл. Ваши анализы крови подтверждают это.

Это был третий раз, когда доктор произнес эти три слова. Вы беременны.

— Я не понимаю. — Мой рот был приоткрыт. — Вы уверены, что вы смотрите на мои анализы? — Я выглянула из-за плеча доктора, указывая на файл в её руке, после того как дважды проверила имя.

Она просто рассмеялась, показывая мне, что на самом деле вверху было моё имя.

— Я уверена.

Мои руки зарылись в волосы.

— Я не могу в это поверить.

— Поздравляю. — Она улыбнулась, когда я ошеломлённо сидела на смотровом столе. — Если тошнота не пройдет, продолжайте пить имбирный эль. Солёные крекеры помогают некоторым женщинам. И если тошнота не пройдет

или станет неуправляемой, ваш акушер пропишет что-нибудь более сильное.

Мне удалось кивнуть, когда она ещё раз поздравила меня и вышла из комнаты.

Беременна.

Всё-таки, Тея была права.

За последние три дня моя тошнота усилилась настолько, что сегодня утром я не могла сосредоточиться на работе. Не желая заразить детей Кендриков желудочной инфекцией, я поехала в Калиспелл, чтобы обратиться в неотложную помощь и пройти обследование.

И после трёхчасового сидения в кабинете врача, ответов на вопросы и сдачи анализов всё было официально.

Я беременна.

Бесплодная. Я.

Мне потребовалось почти тридцать минут, чтобы выбраться из смотровой. Медсестра приходила три раза, чтобы проверить — и выгнать — меня, но я просто оставалась на столе, недоверчиво уставившись на серые стены. Наконец, после четвертого визита медсестры, я взяла свою сумочку и в оцепенении прошлась по клинике.

Я снова прошла мимо доктора, и она ещё раз поздравила меня. Я кивнула на прощание, затем вышла к своей машине, где просидела двадцать минут, мои руки застыли на руле.

Беременна. Я была беременна.

Ребёнок.

У меня будет ребёнок.

Это был сон, не так ли? Или это был кошмар? Проснусь ли я, чтобы обнаружить, что я одна в постели и у меня снова отнимут то, о чём я всегда мечтала?

Моя рука скользнула к животу, и слеза скатилась по моей щеке. Я чувствовала и то, и другое. Это не было кошмаром. Это был тот самый сон. Это было настоящее волшебство.

Сколько часов я мечтала об этом? Сколько раз я молилась о чуде?

На моём застывшем лице появилась улыбка, и упала ещё одна слеза.

— У меня будет ребёнок, — эти слова наполнили машину и моё сердце такой радостью, что я рухнула на руль, смеясь и плача.

Когда я взяла себя в руки, я села и опустила зеркало своего визора. Тушь растеклась по мокрым ресницам. Румяна, которые я тщательно нанесла на щеки, были испещрены дорожками от слёз. Моё лицо всё ещё имело зелёный оттенок от тошноты.

Кого, черт возьми, волновало, как я выгляжу, если я была беременна.

— О боже мой. — Я хихикнула. — Да!

Мне захотелось выпрыгнуть из машины и щелкнуть каблуками в прыжке. Вместо этого я сидела там, блаженно вытирая слёзы. Но когда мое лицо высохло, эйфория притупилась.

Неужели врачи в Нью-Йорке неверно поставили мне диагноз? Этого просто не могло быть. Мы обратились к одному из лучших специалистов по бесплодию на Манхэттене. Я сидела прямо там, рядом с Адамом, когда он слушал последние результаты тестов, так что не было похоже, что не было вероятности, что какие-то детали были потеряны со времени. Это не было как будто у него было несколько часов, чтобы запутать или забыть важные аспекты отчета. Конечно, я не видела результатов лично, но и он тоже. Ко врачу было сложно записаться, поэтому мы предпочли узнать результаты по телефону, а не ждать неделю, пока откроется окно для записи на прием.