Трагедии. Сонеты
Шрифт:
Ромео
Ты прав. Об этом не было помину.Брат Лоренцо
Прости, господь! Ты был у Розалины?Ромео
Нет, с Розалиной у меня конец. Я имя позабыл ее, отец.Брат Лоренцо
Я одобряю. Что ж ты так сияешь?Ромео
Сейчас, отец, ты главное узнаешь: ВчераБрат Лоренцо
Попроще, сын. Что отвечать я стану, Когда так исповедь твоя туманна?Ромео
Дочь Капулетти, знай, я полюбил, И ей такую же любовь внушил. Мы друг без друга часа не протянем, Все слажено, и дело за венчаньем. Теперь скорее по делам пойдем. Подробности я расскажу потом. Но раньше мне пообещай, однако, Сегодня взяться за свершенье брака.Брат Лоренцо
Святой Франциск, какой переворот! О Розалине уж и речь нейдет. Привязанности нашей молодежи Не в душах, а в концах ресниц, похоже. Скажи, по ком недавно, вертопрах, Я видел слезы на твоих глазах? Рассолу сколько, жалости в приправу, Без всякой пользы вылито в канаву? Давно ли замер твой последний вздох? Давно ли безутешный стон заглох И побледнели слез следы и пятна? Чьи это были чувства, непонятно. Я, может, ошибаюсь и похвал В честь Розалины не расточал? Но если так мужское слово шатко, Какого ждать от женщины порядка?Ромео
Не за нее ль бывал мне нагоняй?Брат Лоренцо
Не за нее — за резвость через край.Ромео
Вот я в охладел к ней тем скорее.Брат Лоренцо
Чтоб новою увлечься вслед за нею?Ромео
Но эта предыдущей не чета. Та злобилась, а эта — доброта.Брат Лоренцо
И хорошо, что злилась. За любовью Она угадывала пустословье. Но я с тобою, юный ветрогон. Я к вам обоим вот чем привлечен: Мне видится в твоей второй зазнобе Развязка вашего междоусобья.Ромео
Прошу, скорей!Брат Лоренцо
Прошу не торопить: Тот падает, кто мчится во всю прыть.Уходят.
Сцена четвертая
Входят
Меркуцио
Где носят черти этого Ромео? Он был сегодня ночью дома?Бенволио
Нет. Я там справлялся.Меркуцио
Эта Розалина Своей пустой, бессовестной игрой Беднягу доведет до полоумья.Бенволио
Слыхал? Тибальт, племянник Капулетти, Прислал ему письмо.Меркуцио. Вызов, вот увидите.
Бенволио. Ромео ответит.
Меркуцио. Ничего удивительного. Ответить на письмо — не хитрость.
Бенволио. Нет, он ответит принятием вызова.
Меркуцио. Бедный Ромео! Он и так уже мертв от черного глаза белой лиходейки. Уши у него прострелены серенадами, сердце — любовною стрелою. И такому-то тягаться с Тибальтом!
Бенволио. А что такое Тибальт?
Меркуцио. Нечто посущественней кота Тибальта из сказки, [14] можешь мне поверить. В делах чести — настоящий дьявол. Фехтует, как по нотам: раз, два, а три уже сидит по рукоятку у тебя в брюхе. Такой дуэлист, что мое почтенье! А его бессмертные passado, его punto reverso, его hai! [15]
14
… кота Тибальта из сказки… — Тибальтом зовут кота в английском варианте «Рейнеке Лиса», знаменитого произведения средневекового эпоса.
15
А его бессмертные passado, его punto reverse, его hoi! — Passado, punto reverse — итальянские названия приемов фехтования; hai — принятое в то время восклицание фехтовальщика во время выпада.
Бенволио. Его что?
Меркуцио. Это из их дурацкой тарабарщины, чтоб их черт побрал! Только и слышишь: «Готов побожиться, вот это клинок! Бьюсь об заклад, вот это мужчина! Провалиться, вот это девка!» И откуда их столько берется, этих мух заморских с их модными pardonnez moi и bon, bon! А их широченные штаны, от которых не стало места на старых лавках! [16]
Входит Ромео
Бенволио. Гляди-ка, никак, Ромео!
16
… не стало места на старых лавках! — Намек на случай, действительно имевший место в Лондоне. Когда среди английской щегольской молодежи стало модным носить широкие французские штаны (короткие, до колен, и похожие на два баллона), однажды случилось, что члены палаты лордов, среди которых были и молодые щеголи, не поместились на своих старинных скамьях.
Меркуцио. Моща мощой, как высохшая селедка! О бедная плоть человеческая, до чего же ты уподобилась рыбьей! Вот кому теперь растекаться стихами вроде Петрарки, благо перед его милой Лаура [17] не больше, чем кухонная замарашка. Бонжур, синьор Ромео! Французский поклон вашим французским штанам. Здорово вы нас вчера надули!
Ромео. Здравствуйте оба. Надул? Каким образом?
Меркуцио. А как же: уговор был идти вместе, а вы улизнули.
17
Лаура — возлюбленная Петрарки, воспетая им в сонетах.