Трагедии. Сонеты

Шекспир Уильям

Врач

Как же, повелитель. Приготовленья ваши нам дают Понятье о вторженье.

Макбет (Сейтону и офицеру)

Понесите Ненужную броню за мною вслед. Я смерти не боюсь, пока не сдан Бирнамской роще замок Дунсинан.

Все, кроме врача, уходят.

Врач

Когда б из замка я

убрался цел, В него я вновь вернуться б не хотел.

(Уходит.)

Сцена четвертая

Бирнамский лес. Барабаны и знамена.

Входят Малькольм, Сивард-отец и Сивард-сын, Макдуф, Ментейс, Кэтнес, Ангус, Ленокс, Росс и солдаты.

Малькольм

Друзья, я верю, близок день, когда Жилища наши станут безопасны.

Ментейс

В том нет сомненья.

Малькольм

Это что за лес?

Ментейс

Бирнамский, принц.

Малькольм

Пусть каждый воин срубит По ветви и несет перед собой. Скрыв нашу численность, мы тем обманем Противника.

Солдаты

Сейчас исполним все.

Сивард

Как видно, деспот так в себе уверен, Что укрепляет Дунсинан, решив Выдерживать осаду.

Малькольм

Это ставка Последняя. Вне укрепленных стен Кто может, все, от мала до велика, Бегут, и только этот гарнизон Остался с ним, служа по принужденью.

Макдуф

Увидим по исходу. А пока Доверимся солдатской нашей хватке.

Сивард

По счастию, пора недалека, Когда мы выясним наверняка, Кто истинный союзник, кто наш враг. Гаданьями тут не помочь никак. Исход войны решит последний бой, Которого и жду я всей душой

Уходят.

Сцена пятая

Дунсинан. Внутри крепости.

Входят с барабанным боем и знаменами Макбет, Сейтон и солдаты.

Макбет

Повесь вдоль стен знамена наши. Всюду По-прежнему я слышу крик: «Идут!» Смеется над осадой эта крепость. Пусть окружат нас. Голод и болезнь Их уничтожат. Если б наши таны Их не усилили, я, не смутясь, Одной бы вылазкой отбил их натиск.

Женские крики за сценой.

Что

там за шум?

Сейтон

Крик женщин, государь.

(Уходит.)

Макбет

А я совсем утратил чувство страха. Бывало, не шутя я леденел От вскрика ночью, а от страшных сказок Вздымались волосы на голове. С тех пор я ужасами сыт по горло, Чудовищность сродни моей душе. Что может напугать ее?

Возвращается Сейтон.

Откуда Кричали?

Сейтон

Королева умерла.

Макбет

Не догадалась умереть попозже, Когда б я был свободней, чем сейчас! Мы дни за днями шепчем: «Завтра, завтра». Так тихими шагами жизнь ползет К последней недописанной странице. Оказывается, что все «вчера» Нам сзади освещали путь к могиле. Конец, конец, огарок догорел! Жизнь — только тень, она — актер на сцене. Сыграл свой час, побегал, пошумел — И был таков. Жизнь — сказка в пересказе Глупца. Она полна трескучих слов И ничего не значит.

Входит гонец.

Ты явился Работать языком. Руби скорей!

Гонец

Не знаю, государь, как и сказать.

Макбет

Скажи скорей.

Гонец

Я был сейчас в дозоре И вдруг увидел, как Бирнамский лес Как бы задвигался.

Макбет

Обманщик подлый!

Гонец

Казните гневом, если я соврал. Пойдемте покажу. В трех милях виден Навстречу замку шествующий лес. Шагающая роща.

Макбет

Если это Обман, повешу тут же на суку, Чтобы живьем от голода ты высох, А если правда, сам меня повесь. Теперь я начинаю сомневаться. Я веровал в двусмысленность. Меня Поймал на правде дьявол, обнадежив: «Спокоен будь, пока Бирнамский лес Не двинулся на Дунсинан». И что же? Какой-то лес идет на Дунсинан. К оружию, к оружию — и в поле! Коль скоро то, что он сказал, не ложь, Ни здесь, ни там спасенья не найдешь. Я жить устал, я жизнью этой сыт И зол на то, что свет еще стоит. Бить сбор! Тревогу! Если гибель мне, Хочу погибнуть в воинской броне.