Трафик
Шрифт:
Когда поезд исчез из вида, он развернулся и пошел на выход, около которого стояла Лера. Она напряглась, всматриваясь в его лицо, показавшееся знакомым. Они встречались раньше, но где? Внезапная догадка заставила ее содрогнуться. Она посмотрела на мужчину внимательнее. На густые черные волосы с едва заметной сединой, на прямые брови, сведенные у переносицы, на ровный нос и тонкие губы. Мужчина недовольно хмурился и смотрел себе под ноги.
Стаканчик задрожал в руке и смялся под напором пальцев. По бедрам Леры потекли остатки кофе, пачкая
"Козел" - со злостью процедила Лера ему в спину и выбросила стаканчик в урну. А затем пошла следом за мужчиной.
Она утонула в толпе, как только вошла в здание, и будь мужчина не столь выдающегося роста, то потеряла бы его в массе людей. Станислав Викторович шел быстрым уверенным шагом. Казалось люди сами расступались перед ним, освобождая путь. А потом смыкались за его спиной в плотный мельтешащий поток, вынуждая Леру протискиваться между ними и бормотать извинения.
Она выскочила на улицу и взглядом поискала мужскую фигуру в пальто. Станислав Викторович спускался к парковке и разговаривал по телефону. Остановившись около черного Мерседеса, он сел за руль и пристегнулся.
Лера поспешила, понимая, чуть замешкается - потеряет его из вида. Автомобиль не спеша выехал с парковки и проехал мимо нее. Она успела записать номер телефона, указанный на табличке под лобовым стеклом. Смотря вслед, Лера захлебнулась забытыми воспоминаниями. Ей едва исполнилось восемнадцать лет, когда она впервые встретила Станислава Викторовича. Но именно он стал тем человеком, который окунул ее в реальную жизнь, далекую от сказок.
С тех пор прошло семь лет.
Черная иномарка давно уехала, и Лера, выкинув тоскливые мысли из головы, побрела на трамвайную остановку. Надо найти маму.
Во дворе дома стояла утренняя тишина. После оживленного вокзала, здесь было непривычно, но в то же время уютно. Можно было пройтись по двору, посидеть на любимых в детстве качелях, провести рукой по тополям, на которых до сих пор висели, созданные на уроках труда, скворечники. Но Лера спешила. Поэтому вдохнув родной городской воздух, вошла в подъезд и поднялась на последний - шестой этаж.
Тетя Оля открыла не сразу. Сначала она несколько раз посмотрела в глазок, а потом, приоткрыв дверь, долго молчала, прежде чем впустить Леру в квартиру. В маленькой кухне было прохладно. Сквозь занавески теплого зеленого цвета виднелась приоткрытая форточка.
– Ты изменилась. Пропала тогда внезапно, вслед за сестрой. Где ты была и почему вернулась?
– спросила тетя Оля, поставив на обеденный стол заварник и сахарницу. Лера налила в кружку чай с каркаде и отказалась от сахара. Вместо этого взяла круглую конфету из коробки, предложенную женщиной. Тетя Оля постарела; собранные в пучок волосы стали однородного старческого цвета, а лицо покрылось глубокими морщинами.
– Мне пришлось уехать, - Лера говорила неохотно, но понимала,
– Но ты могла сказать об этом матери!
– возмутилась тетя Оля.
– Нет. Я уехала не по своей воле, - уклончиво ответила Лера.
– Тебя похитили?
– Нет. Один человек пообещал мне найти Люсю, взамен я должна была уехать из города и никому не сообщать об этом.
– И что же, - удивилась женщина.
– Он нашел Люсю?!
Глаза ее заблестели от слез. Люсю она любила как родную дочь.
Лера беспомощно уткнулась взглядом в кружку, на красные лепестки каркаде, плавающие сверху. Как сказать этой женщине, что спустя пол года она получила письмо от Станислава Викторовича, в котором он сообщил о том, что Люси больше нет?
– Нет. Он обманул меня, - мягко произнесла Лера. Ложь давалась легко, без запинки.
– И не искал Люсю.
– Мерзавец.
Тетя Оля вытерла слезы тыльной стороной ладони и, достав из кармана халата носовой платок, высморкалась.
– Я не хотела вас расстроить, - виновато произнесла Лера.
– Все в порядке, Лерочка, - отмахнулась тетя Оля.
– Лучше расскажи, где ты остановилась? Квартиру-то вашу давно продали.
Говорить, что провела ночь на вокзале, Лера не стала.
– В хостеле, неподалеку. А почему мама продала квартиру?
– Света не продавала квартиру, - вздохнула тетя Оля.
– Это сделал твой дядя Толя.
Лера заволновалась. Дядю Толю - родного брата мамы, она видела много раз, и в каждый из них он был в стабильно пьяном состоянии. Мама не могла доверить ему продажу квартиры.
– Почему он?
– во рту пересохло и она отхлебнула чай из кружки.
Тетя Оля медлила с ответом. Лере так некстати вспомнилось, что номер мамы недоступен. Она не поменяла бы его без веской причины. Неужели дядя Толя угрозами заставил ее продать квартиру?
– Через месяц после того, как ты пропала, Света попала в больницу. У нее не выдержало сердце. А после ее смерти выяснилось, что квартира принадлежала этому алкоголику. Лера, Лерочка… - женщина не договорила.
Кружка с остатками чая полетела на пол и разбилась вдребезги. Лера вскочила из-за стола, перевернув на пол стул. Заткнув уши руками, она пыталась заглушить бешеный пульс, набатом стучащий в голове. Перед глазами плясали, сказанные женщиной, слова, выведенные крупными корявыми буквами.
Тетя Оля бросилась к ней, что-то говорила, утешала. Но Лера не слышала, она боролась с шумом в голове, вызывающем дурноту. Внезапно она оттолкнула женщину и метнулась в туалет, упала на колени перед унитазом. Ее стошнило. Живот скрутило болезненным спазмом. Когда она поднялась на ноги, глаза застилали слезы. Лера сдерживала всхлипы до тех пор, пока молча не покинула квартиру тети Оли. А затем поднялась на открытый чердак дома и разрыдалась.
Глава 2