Товарищ майор
Шрифт:
Двадцать дней Лена и Володя "накачивали" Цезаря историей, литературой, даже математике пытались обучать,- это они-то, чье поприще - искусство...
На экзаменах он срезался.
Урок был получен предметный. Куников понял, что если, как утверждает история, штурмом удается брать крепости, даже неприступные, то брать штурмом знания невозможно. Здесь нужна работа систематическая, изо дня в день. Терпение и труд, а не лихой штурм.
Ему предложили остаться на подготовительном отделении, а через год вновь поступать на первый курс. Поскольку подготовительное отделение сразу же приобщало его к флотской
В конце учебного года, незадолго до зачетов, Цезарь заболел. Можно лишь гадать, почему в больницу он был доставлен уже с прободным аппендицитом. Хирурги утверждают, что в большинстве случаев это происходит вследствие долготерпения самих больных. Не исключено: ведь он боялся отстать от своей группы. Словом, в больницу он был доставлен и прооперирован в состоянии критическом. Железное здоровье выручило, но проваляться на койке пришлось долго, он отстал от занятий и в начале 1930 года был отчислен из своей группы.
***
Летом 1930 года в МК комсомола снова появился крепкий улыбчивый парень в тельняшке и бушлате. Его не забыли здесь. Его вообще не так просто было забыть. Цезарь получил назначение на Московский тормозной завод. Подоспел он, как говорится, в самый раз: именно в это время Московский тормозной завод переходил на производство нового типа тормозов.
Освоение нового изделия неизмеримо сложнее устоявшегося выпуска старого. Сложнее потому, что связано с изготовлением и отладкой множества новых приспособлений. Да и людям нужно время, чтобы приобрести навыки.
Придя на завод, Куников встал за токарный станок. Но долго работать токарем не пришлось: талант вожака и деятельную энергичную натуру быстро оценили по достоинству - и снова он возглавил комсомольский комитет. Работа была знакома, но масштабы изменились: тормозной завод - не фабрика "Союз", а производство сложной аппаратуры тормозов - не изготовление копировальных лент и карандашей.
Метод работы Куникова на тормозном заводе отличался необыкновенной простотой, имя которой Конкретность. Он быстро понял, что сердце завода - цех воздухораспределителей, или, как его сокращенно называли, ВР. Начальником цеха был в то время совсем еще молодой инженер Б.Н.Яшечкин, позже ставший директором и возглавлявший завод 30 лет. Он рассказывает о том, как познакомился с Куниковым:
– Пришел обходительный парень, обаятельный, располагающий к себе, умеющий поговорить и очень внимательный. Одет был в брюки-клеш и матросский бушлат. Сказал, что он секретарь комитета комсомола, значит, "будем теперь работать вместе". И сразу стал выкладывать, какие заметил неполадки, на что жалуются рабочие и как все эти дела можно привести в порядок...
С начальником цеха ВР Цезарь быстро нашел общий язык. Оба принадлежали к тому типу людей, которые предпочитают лихому наскоку обстоятельный подход с учетом всех слагаемых. Оба умели сплачивать людей и превращать их в единомышленников. Словом, когда в работе завода наступил перелом, он оказался и не случайным и не временным.
А с досугом молодежи все обстояло точно так же, как на "Союзе": организованные Цезарем вечера и выезды на маевки неизменно бывали шумны и веселы, их ожидали как награды в конце рабочей недели, о них и вспоминали потом всю неделю, до очередного выезда
Все секретари комсомольской организации завода, побывавшие на этом посту после Цезаря, единодушны в одном: работать после него было невероятно трудно: "А Цезарь в таких случаях...", "А вот когда у нас был Куников..." - это были постоянные присказки молодежи, разочарованной очередным комсомольским вожаком.
А ведь он одновременно с работой на заводе был членом бюро Октябрьского райкома, членом МК комсомола. 24 часа в сутки... Такие же сутки были у многих его сверстников - у неспокойного поколения комсомольцев двадцатых годов.
Его не забыли на тормозном. Установлена мемориальная доска, заводские футболисты разыгрывают приз его имени...
В январе 1931 года состоялся IX съезд комсомола. Цезарь Куников был его делегатом.
Он продолжал рваться на учебу. В сентябре 1931 года это ему наконец удалось: уверенно сдал экзамены и поступил в Московский механико-машиностроительный институт им. Баумана.
Но окончить институт не пришлось. Проучился полгода - и МК комсомола снова призвал его.
– Нужно!
– сказал Вася Никитин, и его требовательные светлые глаза лучше слов подтвердили, что нужно позарез.
– Будешь заведовать сектором оборонной промышленности.
В начале 1933 года МК ВЛКСМ направляет Цезаря на учебу в Московскую Промышленную академию. Промакадемия готовила руководящих работников. Принимали в нее людей, уже зарекомендовавших себя организаторами производства.
Одновременно, по совету отца, Цезарь поступает в машиностроительный институт им. Бубнова.
Вот когда началась настоящая учеба - такая, о какой он мечтал.
В Промакадемии Цезарь познакомился с Наташей Сидоровой. У нее была внешность украинской девицы-красы и осанка греческой богини. И ослепительная улыбка. Одновременно с учебой в Промакадемии Наташа работала в политотделе Савеловской дороги заведующей сектором комсомольской работы. Трудилась азартно. Времени на учебу не хватало, лекции приходилось пропускать, что не удивительно, если учесть, что место ее работы от места учебы отделяло не менее сотни километров.
Годы учебы Цезаря в институте и Промакадемии зафиксированы во множестве документов. Главным образом это конспекты, которые хранит Наталья Васильевна. Конспекты эти прекрасны. Они прекрасны не только потому, что написаны превосходным почерком Цезаря, не только потому, что аккуратны и снабжены четкими схемами. Они прекрасны прежде всего тем, что лежит вне их - в истории возникновения этих конспектов.
Помня собственный опыт и понимая, что подруге не одолеть науку штурмом, как не удалось это ему самому, Цезарь стал все лекции записывать под копирку. После лекций он бежал на Савеловский вокзал и первой же попутной бригадой передавал тетради Наташе Сидоровой, в политотдел дороги. Так Наташа получала конспекты ежедневно. Труднее было ежедневно их прочитывать. Чтение получалось малопродуктивное, механическое. Да и как станешь вникать в далеко не простые формулы сопромата и теоретической механики, пробегав и проработав напряженный, нервный день?