Товарищ кот
Шрифт:
Тот в ответ только пожал плечами и хитро подмигнул. Да уж, талант не пропьешь, доказано на деле.
– У них при себе одна вещица, которая принадлежит мне. И я знаю, что эта парочка сейчас скрывается где-то здесь. Приведите их ко мне – или…
Распутин зловеще замолчал и окинул чернокнижников с гадалками грозным взглядом. Правда, если он и хотел вселить в веселящихся чародеев страх и ужас своей пламенной речью, его план явно не сработал. Выглядели они скорее заинтересованными, нежели испуганными.
– Или что? – протянул чей-то нетерпеливый
– Я превращу ваши жалкие жизни в страдания! – слегка неуверенно закончил Распутин, явно ожидавший немного другую реакцию. Немного подумав, он добавил: – Черви!
На какое-то время вокруг повисла тишина, которая спустя пару секунд взорвалась дружным смехом. Посмеивающиеся кудесники продолжили заниматься своими делами, лицо же Распутина начали покрывать пунцовые пятна.
– Да как вы… – вне себя от бешенства выдохнул он, пока его единственный нервно подергивающийся глаз наливался красным. – Да как вы… да что вы… Уничтожу!..
– Расслабься, дорогуша, – бережно похлопала его по руке проходящая мимо ведьмочка в остроконечном колпаке. – Меня вот лично волокли на дыбы четыре раза за последние сотню лет – нашел, кого муками пугать. Накось лучше – хлебни пунша. Фирменный рецепт госпожи Франни.
Стоявшая возле огромного котла дородная женщина, помешивающая варево деревянным ковшом, отвлеклась от своего занятия и приветливо помахала Распутину пухлой рукой. Он же взглянул на бокал, что сунула ему радушная колдунья, и с силой сжал кулак, да так, что стакан с громким звоном разлетелся на мелкие осколки.
– Поосторожней со стеклом, – озабоченно покачал головой долговязый и худющий как каланча магик. – Так и порезаться можно.
Распутин вперился в него ненавидящим взглядом. А после перехватил посох двумя руками – у оскаленного черепа на набалдашнике в глазницах вспыхнули голодные зеленые огоньки – направил его в сторону незадачливого комментатора и…
– Но-но-но! – остановил его сердитый голос. – Не знаю как у вас, пан, но здесь любая магия, не использующаяся для изготовления грибной настойки, карается жестко и незамедлительно. Поэтому настоятельно рекомендую вам не делать то, что вы задумали.
Смельчаком оказался тот самый престарелый чароложец, что давеча разговаривал с Чунта. Вот только теперь в руке его вместо фужера была длинная волшебная палочка, вокруг кончика которой отплясывали искры.
– Или что? – фыркнул Распутин. – Превратишь меня в лягушку? Ха! Ваши фокусы, быть может, впечатлят невежественного деревенщину, но не меня, величайшего чернокнижника во всем мире, истинного знатока черной магии и магистра темных искусств!
– Громкие слова, – рядом со старичком встала Урсула, вооружившаяся медным жезлом с полумесяцем. – Вот только и мы не на бродячих ярмарках из цилиндров кроликов вытаскиваем на потеху детворе.
Распутин огляделся. Волшебники отставили светские разговоры и бокалы, вооружившись самым разнообразным магическим барахлом – скипетрами, четками, бубнами, амулетами и даже помятым тромбоном – и
Распутин от злости ажно заскрипел зубами, но через несколько секунд пылающие огни в глазах черепа-набалдашника потухли. Оно и понятно: одно дело преследовать чародея-недотепу вместе со свитой дуболомов-переростков и совсем другое – противостоять целой толпе подвыпивших магиков, которым всю эту гору на воздух пустить как нефиг делать.
– Что ж, хорошо, – Распутин сплюнул на землю и повысил голос: – Сегодня тебе повезло, Кроули, глупый ты пузан, который не в состоянии заставить левитировать даже перышко, но знай: рано или поздно я найду тебя и заставлю пожалеть, что ты осмелился перейти мне дорогу! А из твоего драного кота я сошью шапку на зиму!
Семен только широко зевнул. Признаться, если поначалу угрозы Распутина и могли внушить какой-никакой трепет, то теперь ничего окромя смертной скуки не вызывали. Менеджер по тимбилдингу Федя тоже любил разбрасываться обещаниями устроить всем и каждому официальный выговор, однако так за все время работы ничего страшнее гневного письма на корпоративную почту так и не придумал.
Развернувшись на одних каблуках, Распутин отправился было восвояси, как вдруг его остановил выкрик:
– А н-ну стой, м-мерзавец!..
Распутин оглянулся – и его губы растянулись в плотоядной улыбке, когда он увидел перед собой пошатывающегося Кроули, который невесть откуда обзавелся алым беретом с разноцветным пером и крышкой от котла, вооружившись ею на манер щита.
– Ты что, совсем рехнулся?! – прошипел ему в спину Абдулла.
– Угук!.. – закрыл лицо ладонью Чунта.
И только Семен ни капельки не удивился, ибо за время, проведенное с Кроули, он понял, что горе-чародей способен испортить и вывернуть против себя любую выигрышную ситуацию.
– Так-так-так, – протянул Распутин, меряя стоявшего перед ним Кроули презрительным взглядом. – Гляньте-ка, кто явился. Неужто ты наконец-таки решил прислушаться к голосу разума и отдать мне философский камень по доброй воле, слизняк?
– Н-ну уж нет! – ответил Кроули заплетающимся языком; непонятно, как за столь короткое время он успел так набраться, однако, видимо, то была его суперспособность. – Фламель, прими его Гор в свое царство, передал секрет камня именно мне и я унесу его с соб-бой в могилу…
– Могу устроить, – кивнул Распутин.
– … и еще, – Кроули ткнул в него пухлым пальцем, – не смей больше называть меня слизняком!
– А иначе?.. – поднял бровь Распутин; не услышав ответа, он хохотнул, откинув голову назад: – Я так и думал! Все, что ты можешь – трепать языком. Глупый, никчемный, тупой, трусливый…
– Я вызываю тебя на магическую дуэль! – рявкнул Кроули неожиданно твердым голосом.
Кудесники, с интересом наблюдающие за их диалогом, удивленно ахнули. Абдулла вырвал из бороды цельный клочок волос, Чунта же промычал что-то нечленораздельное.