Товарищ «Д»
Шрифт:
Женя. Один черт.
Ольга Ивановна. Прежнее название ушло вместе с эпохой, которая его породила.
Дьявол. Надеюсь, что вы ошибаетесь.
Женя. За угол направо. (Показывает пальцем в нужном направлении.)
Ольга Ивановна. Странный тип. Вам не кажется, что чем-то пахнет?
Женя. Ну, чем еще может пахнуть?
Ольга
Женя. Сашок! Ты куда провалился? Мы тебя заждались! Ну, достал?
Появляется Сашок. Присаживается на лавочку.
Сашок. Пустой номер.
Женя. Но ты же говорил!
Сашок. Его дома нет.
Женя. И чего я с вами связался? Пошел бы к «Ручейку», кто-нибудь бы мне наверняка поставил.
Сашок. Иди.
Женя. Ты же знаешь! Хорошие люди уже приняли, только мы развлекаемся.
Ольга Ивановна. Молодые люди, не ссорьтесь. Поодиночке мы с вами как тонкие прутики. А втроем – мы уже веник.
Сашок. Не знал, что вы стихами балуетесь, тетя Оля.
Ольга Ивановна. Поэзия – это крик души, высохшей от жажды.
Женя. Смотри, кто идет. Лариска! Во, блин, – по улице Пиккадилли я шла, ускоряя шаг! Сашок, ну Сашок, ты чего сидишь! Это шанс!
Сашок. Не пойду.
Ольга Ивановна. Я разделяю ваши чувства, Сашок, но сейчас вы обязаны откинуть ложную скромность. Вы представляете интересы гибнущего коллектива. (Она подталкивает Сашка.) Известны случаи, когда врачи заражали себя чумой и гибли ради человечества. А человечество ставило им памятники.
Сашок(вынужден подняться и сделать несколько шагов к Ларисе, которая остановилась, увидев его). Привет, Лара.
Лариса. Привет, если не шутишь.
Сашок. К матери ходила?
Лариса. А ты все бездельем мучаешься?
Сашок. Сегодня суббота.
Лариса. А мне Зинка говорила, что ты уволился.
Сашок. Все-таки интересуешься?
Лариса. Хочешь не хочешь, доносят.
Сашок. Ну и как у тебя дела? Довольна? Новый муж не поколачивает?
Лариса. У меня все есть. Все в порядке. Я упакована.
Сашок. Может, познакомишь?
Лариса. Это как же ты себе представляешь? Познакомься, мой бывший супруг. Человек никакой. Тридцать три несчастья. Я с ним
Сашок. Ну зачем так сразу?
Лариса. А потому что ты ко мне подошел, чтобы мелочи стрельнуть. Я же по глазам вижу.
Сашок. Я просто так подошел.
Лариса. Просто так ты бы не подошел. Я же тебя лучше всех знаю. Тебя (она показывает в сторону скамейки) бригада подослала. А ты, видите ли, никому отказать не можешь. Ну сколько тебе нужно? Десятку? Двадцать? А может, десять баксов? У меня есть.
Она хочет открыть сумочку. Ольга Ивановна и Женя напряженно следят за разговором со скамейки и тщетно прислушиваются. Когда же Лариса открывает сумочку, Ольга Ивановна даже приподнимается со скамейки.
Сашок. Нет, не надо, я так, спросить хотел…
Лариса. Может, тебе десять баксов мало? Я тебе и двадцатку дам. И полсотни. У тебя же за комнату два месяца не плачено. Я все про тебя знаю.
Сашок. Ну ладно, Лариса, привет, я пошел. Кланяйся своему новому благоверному.
Он поворачивается и идет к скамейке. Лариса протягивает ему вслед зеленую купюру, потом машет рукой и прячет ее в сумочку. Она быстро уходит.
Женя(вскакивает со скамейки и устремляется к Сашку). Ты что? Почему не взял? Она же давала!
Сашок. Ничего она не давала. У нее песка в Сахаре не допросишься.
Ольга Ивановна. Значит, меня начало обманывать зрение. Ваша бывшая супруга достала из сумочки зеленый платочек. Маленький такой платочек.
Женя. Псих ты, Сашок.
Ольга Ивановна. Я допускаю, что выдача зеленой бумажки сопровождалась унизительными условиями. В таком случае мы не имеем морального права осуждать нашего друга и собутыльника.
Сашок. А сколько у нас есть?
Женя. У меня пятерка. И еще надо бутылку молока купить.
Ольга Ивановна. Я могу ассигновать четыре тысячи рублей. Пенсия послезавтра.
Сашок. А у меня раз… две тысячи пятьсот…
Они сдают деньги Ольге Ивановне. Она пересчитывает.
Ольга Ивановна. Семь тысяч пятьсот рублей. Ну что ж, это не так плохо, как казалось вначале.
Женя. Надо было у Лариски взять. Ведь давала, блин, давала! Я сам видел.
Ольга Ивановна. Женя, вы не правы. У нас так мало принципов, что приходится за них держаться.
Сашок. Дурачье вы. Не в принципах дело. Откуда у меня принципы? Не дала бы она. Я бы руку протянул, а она бы спрятала.