Тоутский вор
Шрифт:
Он догадывался, что в темноте комнаты просвечиваются, скорее всего инфракрасным излучением, но у медлительных жрецов уйдет как минимум несколько секунд, чтобы отреагировать на происшедшие изменения…
Тем временем Берсен начала укладываться спать по другую сторону перегородки. Они обменивались последними репликами перед отходом ко сну. Затем они сделали вид, что заснули.
В мгновение ока Фишка, невидимый внутри ширмы-отражателя, вышел из комнаты, вскрыв дверь магнетотроном собственного изготовления, который был способен сдвинуть металлические части внутри любого замка разноименными силовыми полями. Коридоры были едва освещены дежурными
Он проворно и уверенно двигался, как человек-невидимка, сквозь все барьеры и ловушки: стражей, камеры слежения, лучи-сигнализаторы, автоматически срабатывающие лучевые пушки, которых запросто избежал благодаря полной непроницаемости своего кокона-ширмы. Проваливающиеся люки, замаскированные в полу, и падающие на голову грузы были детскими игрушками, которых Фишка мог избежать без труда, повинуясь мудрому инстинкту, выработанному годами. Злобных сторожевых псов он уже издалека вводил во временный ступор, разбрызгивая перед собой жидкий парализатор, временно отбивавший всякий нюх. Совершив марш-бросок, он в какие-то двадцать две минуты достиг нижнего яруса подземного царства Пещерных Королей. Вот она, святая святых. За этой дверью, если его расчеты верны, он найдет сказочную и легендарную Корону Звезд! Фишка привел в действие магнетотрон и вскрыл последний замок, отделявший его от драгоценного сокровища… Дверь открылась и…
Фишка еще никогда в жизни не испытывал такого потрясения! Это был настоящий шок.
Конечно, он мог ожидать нечто подобное. Что-нибудь такое невероятно изощренное, состряпанное со сверхчеловеческой прозорливостью, с дьявольской хитростью и коварством, что ограждало бы Корону Звезд от покусившихся на нее кощунственных рук…
Но только не такое!
В тридцать шесть каменных ярусов, образующих полки, поднималась по этим покатым стенам округлого святилища фантастически драгоценная Корона Звезд – спрятанная где-то среди семисот семидесяти шести абсолютно идентичных, микроскопически точных дубликатов.
Потрясенный до глубины души этим зрелищем и столь немыслимым коварством, Фишка Ртуть стоял перед горой корон, не без иронии вспоминая одно из своих двустиший:
Трудней всего пробиться лбом сквозь стенуИ отыскать иголку в стоге сена.Глава 31
Портье за стойкой гостиницы Имперский Дом, в Требухе, на Вассили Втором, была перьеголовой женоптицей из рода зуброидов с одной из планет Крикса. Она бесстрастно и профессионально улыбнулась, глядя куда-то между Фишкой и Берсен Торч.
– Чем могу быть полезна?
– Номер на имя Фишки Ртути. Доктор Смотли на месте?
– Минутку, пожалуйста, – она повернулась к пульту переговорного устройства, беспрерывно мерцавшего лампочками, издавая трели звонков. Свет от этих миганий отражался на мраморном полу вестибюля гостиницы. Она пробормотала что-то в микрофон, расположенный прямо перед ее губами, и подарила им еще одну стерильную улыбку.
– Комната 11 209 – «Q». Проходите, господин Фишка, доктор Смотли ждет вас.
– Благодарю вас.
Труба выстрелила кабину гравилифта на 11 209 этаж со скоростью
Он вошел в комнату.
– А, господин Фишка! – Поэл Спиро, нервный, дрожа от нетерпения, вышел ему навстречу. – Я ждал вашего звонка, вот уж не думал, что вы явитесь лично. К тому же назначенные вами двадцать семь часов еще не прошли! Смею ли надеяться, что вы приняли мой заказ на ваши… ах… профессиональные услуги?
– Можете надеяться, – учтиво отвечал Фишка. Великодушно улыбаясь, он взирал на потенциального клиента. Спиро теребил пухлой ручкой свои подкрашенные оранжевой краской волосы и прокашлялся тем самым мерзким способом, так раздражавшим Фишку несколько часов назад.
– Значит, вы… как бы это сказать… завладеете культовым объектом для нашего музея.?
Скромная улыбка Фишки стала просто бескрайней. Она расплылась по всему лицу, не сдерживаемая ничем.
– Профессор, вы заказали услуги не простого щипача-универсала или заурядного взломщика, а самого Фишки Ртути. Не хочу говорить громких слов, но мою работу знают в половине галактик как лучшую, а в другой половине просто еще с ней не познакомились. Для меня слова означают прежде всего дело. Смотрите!
И, вытянув перед собой левую руку, он снял с нее ширму-невидимку.
– Ах! – воскликнул кандидат Спиро.
В руке Фишки Ртути на расставленных веером пальцах была Корона Звезд! Камни ее сверкали, притягивая, маня и гипнотизируя. Казалось, перед восхищенными глазами появилась воистину волшебная вещь, предмет до того сказочный, что с трудом верилось в его реальное существование. Корона сверкала, охотно отзываясь на игравший в ее камнях и металле свет хрустальных гостиничных люстр. Но это был не просто шедевр ювелирной работы, не просто искусная чеканка по золоту, резьба и огранка камней, так перекликавшиеся со стилем высокого Фриота. От этой короны, казалось, исходила тайна чужой культуры и цивилизации, быть может, так и оставшейся навсегда непонятой другими мирами. Рука Поэла Спиро сама потянулась навстречу короне, чтобы схватить вожделенный предмет. Однако улыбка на лице вора замерла.
– Погодите, не торопитесь. Сначала нам надо утрясти один небольшой вопрос, касательно…
– Цены? Конечно! – лихорадочно забормотал профессор. Пот заструился по его молочно-бледному лицу. Он потянулся за чековой книжкой, но глаза Фишки пригвоздили его к месту. В них, как и в прошлый раз, сверкали кристаллики льда.
– Дело скорее касается профессиональной чести, чем денег, – произнес он своим знаменитым бархатистым баритоном, от которого млели женщины. – Поскольку я не могу заключить контракт с клиентом, скрывающим собственное имя и звание под псевдонимом!
Реакция Спиро оказалась просто потрясающей. На это зрелище стоило посмотреть. Наверно, много бы отдал за это его начальник с усами как велосипедный руль. Челюсть Спиро отвалилась. Нижняя, разумеется. Получилось то, что называется в народе «рот корытом». Такое бывает у спящего или крайне потрясенного человека. Глаза мнимого «профессора» выкатились из орбит. И тогда Фишка бросил давно подготовленную бомбу.
– Да, я говорю о вас, капитан Шухерстрем!
Молчание повисло в номере, повиснув среди бирюлек сверкающей хрустальной люстры. И лишь приглушенный голос Фишки послышался в номере, похожий на мурлыканье довольного кота.