Тоутский вор

Картер Лин Спрэг

Сферну Хаффарду никогда не суждено выйти из своего обморока.

Крошечная игла торчала у него за ухом. По определенным признакам можно было судить, что это отравленная игла: лицо старика быстро наливалось синюшным оттенком, и тонкий нюх Фишки уловил в воздухе отчетливые миазмы смертоносного яда.

Взгляд Сферна Хаффарда застыл, как это бывает при внезапной скоропостижной смерти.

Фишка вспомнил, что услышал странное шипение сжатого воздуха перед тем, как карлик обмяк в его объятиях. Пневматический игломет! Стреляли откуда-то из окна соседнего дома…

Он

метнулся к окну, выводившему на улицу. Так и есть! В стекле была крошечная дырка. Тут же Фишка молниеносно рассчитал траекторию: угол, под которым находилось тело Сферна Хаффарда, и под которым из тела торчала игла. Приняв во внимание конфигурацию дыры в стекле, он сделал вывод, что выстрел сделан со второго этажа дома напротив. Стараясь не появиться на линии огня, Фишка разглядывал враждебные окна. Как он уже заметил перед тем как войти в квартиру, первый полуподвальный этаж представлял собой нечто вроде дешевого бара, а на втором располагались жилые помещения. Окна второго этажа оставались темными, и, очевидно, этаж был незаселен или заброшен. Там никого не было. Но именно оттуда стрелял убийца.

Фишка выругался поочередно на трех языках. Если бы старик не включал свет, когда он выставил пистолет на нежданного визитера! Неизвестный киллер не стал бы стрелять вслепую, и Сферн Хаффард остался бы жив, по крайней мере, до того, пока Фишка Ртуть смог бы выудить из него информацию. Но теперь он уже ничего не скажет, вплоть до труб Страшного Суда, и никогда не откроет Фишке местонахождения мастера-взломщика…

Фишка немедленно приступил к действиям. Времени оставалось все меньше, а задача неожиданно усложнялась. Ценную информацию можно было получить от неизвестного убийцы, и Фишке нужно поторопиться, пока тот не успел смешаться с толпой.

Галактический ас-преступник наступил на каблук, в котором у него располагался микромегагравитатор собственного изготовления, перенося на него вес своего тела. Хитроумное устройство немедленно сработало.

Он тут же взмыл в воздух в виде ровного столба пыли. Молекулы стекла раздвинулись, пропуская этот столб частиц, в которые превратилось тело Фишки… и поток вылетел наружу, изогнувшись над зловонной улицей, усеянной отбросами – и прошел сквозь окно над баром.

Фишка приземлился, сделав сальто в воздухе, с пистолетом, выставленным перед собой, среди осколков пластика.

Но комната была пуста!

Глава 21

Разломанная кровать – настоящая рухлядь, горбилась в углу комнаты, а напротив дальней стены виднелись покосившиеся останки дешевого пневмокресла. Там же на стене висели дешевые аляповатые трехмерные порнушки с «обнаженкой». Голый пол, даже ковра не было, только обшарпанный пластик, покрытый пылью, раздавленными окурками ароматических сигар и парой использованных оберток. Пахло плесенью, объедками, дешевым алкоголем и табаком.

Но комната оказалась пуста. Киллер или же киллеры успели сбежать. Фишка метнулся к двери, однако она оказалась закрыта. Должно быть, убийца старого Сферна Хаффарда

покинул помещение за пару секунд до того, как здесь появился Фишка Ртуть. Запах химикалий – того самого яда – еще витал в спертом затхлом воздухе.

Фишка запустил руку в свой «деловой костюм» и достал тонкую серебряную трубку, которую приставил к двери, точно врач – фонендоскоп к ребрам пациента. Время сейчас значило все: он мог взломать замок, но на это ушли бы драгоценные секунды. Серебряная трубка ослепительно вспыхнула и замигала. Весь косяк вместе с дверью из сверхпрочного пластика моментально превратился в дым – в воздухе остался только металлический замок, застрявший в пазах. Фишка прыгнул в дыру на месте двери и оказался в пыльном коридоре, залитом бледным светом с улицы. Пусто.

В конце коридора находилась лестница, которая вела в бар на первом этаже. Фишка Ртуть спустился в большой зал, наполненный потрепанными типами, поглощавшими дешевое пойло и курившими дешевые вонючие сигары. Помимо дыма, воздух в помещении был наполнен смрадом и голосами.

Вор почувствовал на себе взгляд владельца бара. Огромный краснорожий детина в фартуке жевал углом рта окурок ароматической сигары. Он поманил Фишку пальцем.

– Что нужно, босс? – проворчал он сквозь окурок, чуть двинув толстой губой.

– Информация, – отрывисто объявил Фишка, сверкнув иридиевой монетой в ладони.

Детина ухмыльнулся, обнажив позеленевшие резцы.

– Валяйте.

– Комнаты наверху… Кто их снимает?

– Мфф… Арендатор. Если надо, можете снять сами. Номер Моцарта, номер Джона Филипа Суза, номер Ойсинг Бойлин – сегодня свободны. Сняли только номер Мередит Уилссон, сегодня до полтретьего.

Фишка Ртуть отвечал с едва заметной усмешкой:

– У вас тут целый народный университет. Культурка, однако!

– Заходите культурки хапнуть, – ухмыльнулся детина.

Фишка Ртуть окинул мимолетным взором шумный салон. Перед ним была пестрая толпа – настоящие подонки общества из сотни различных миров. Наметанный взгляд его сразу выделил серенького орготрийца в светящемся трико с окантовкой и морщинистым гребнем, волльхеймианца с добрым лицом и характерной стрижкой и синюшного хлойма с Пацатара Девятого, а также белого и пушистого двуголовика с Вольверина Третьего. Вполне вероятно, что он шестым чувством ощутил, что уже видел этих существ, которые сопровождали его от самого космодрома.

Фишка еще раз сверкнул монетой в ладони и поинтересовался, кто… или что… снимало номер Мередит Уилссон последний раз. Бармен плюнул на пыльный пол, тяжело колыхнув многочисленными животами и подбородками.

– Слово даю, мастер, не знаю, кто он. Какой-то залетный, первый раз вижу его в городе.

– А можешь ты мне описать его внешность, голубчик?

– Хмм, – задумчиво скривился бармен и поскреб ручищей размером со свиной окорок свой щетинистый подбородок, словно пытаясь привести в действие некий орган памяти.