Тотем ночи
Шрифт:
– А если у него в руках винтовка?
– Но ведь ты сам первый начал! Разбил ему окно и...
– Первый начал - первый и закончил, а разбитое окно еще не повод стрелять по милиционерам. Или ты думаешь иначе?
Пристыженный Шевчук молчал, глупо хлопая большими глазами.
– Так вы будете меня слушать или спорить о высокой морали?
– Лучше уж тебя...
– Роман осторожно опустился на сидение рядом с водителем.
– Так вот, значит, есть такое мнение, что Александр Матросов погиб от шальной
– Как это?!
– А вот так. Как говорится, из песни слова не выкинешь. Случилось так, что когда он, значит, согласно жеребьевке закрыл амбразуру, у немцев как раз кончились патроны. А тут еще белый свет померк и во тьме чужой голос орет: "Гитлер - капут!!!" - любой запаникует!
Тогда они вынули по пистолету с единственной пулей, помолились Гитлеру и друг другу в лоб - бабах!
– застрелились, в общем. И тут Матросову не повезло окончательно. Бетон тогда, должен сказать, делали не такой, как сейчас. Цемента на него не жалели и даже гранаты отскакивали от него, как горох от стенки. Короче, череп у одного из фрицев оказался хрупким, как яйцо. Пуля пробила его навылет, срикошетила и, как в балладе поется, пронзила Сашке левый желудочек... Дед мне в детстве ее часто напевал.
– Шальной был у тебя дед...
– Абсолютно сумасшедший.
Старший сержант не отвечал. Сжимая оружие, он настороженно вглядывался в темное окно, готовый к перестрелке.
– Еще он говаривал, что пуля, слепленная из говна - завсегда шальная...
У ног Булки с треском разбилось яйцо и пистолет бешено задергался в его руках.
21:36 За окном домика в частном секторе, где жила Чебурашка, послышался нарастающий визг тормозов. Она выключила телевизор, где отважные камерамены вели прямой тошнотворный репортаж с городских улиц, открыла форточку и прислушалась.
– Они где-то здесь. Дай-ка мне еще обойму, - сказал грубый голос и раздался щелчок затвора.
– Одну Федька переехал, а остальные пятеро побежали, кажется, туда...
– А по-моему, туда.
– Не будем спорить. Вы двое туда, а я с Федькой пошарю здесь. Не все котам масленица!
Хлопнули дверцы машины и приглушенные голоса разошлись в разные стороны.
Лариса закрыла форточку. Сумасшедший час добрался и до нее, успелось подуматься ей, как невдалеке грохнул выстрел.
– Уроды, - процедила она сквозь зубы.
Следующий выстрел раздался едва ли не под окном. Наступившая звенящая тишина была четкой и даже какой-то рельефной. Внезапно в одной из складок темноты послышался скул. В окне мигнул луч фонаря, прикрепленного к автомату.
Чебурашка метнулась ко входной двери. В сенях задребезжало перевернутое ведро.
Открыв дверь, она тихонько поцокала языком и тут же вздрогнула от неожиданности, когда между ног проскочило внутрь дома несколько собак. Девушка с трудом сдержала вопль, когда одна
23:07 Волки покидать город не желали. В лунном свете их клыки отливали синевой.
Вместо того, чтобы удалиться из проклятого Богом места как можно дальше, они легким покусыванием заставляли ее сворачивать только на им нужных перекрестках.
Джип полз к центру города.
Выстрелы на улицах прекратились и сейчас там навозными мухами натужно жужжали мусоровозы коммунальной службы. Рабочие споро швыряли в их недра трупы животных, добивая раненных молотками.
Лена автоматически подчинялась командам, находясь в абсолютной прострации.
Абсурдность происходящего как внутри автомобиля, так и вне его притупила восприятие, а сознание зациклилось на мысли о том, что она чем-то сродни Жанне д'Арк с той лишь разницей, что вместо креста ей суждено было сгореть в джипе.
Приказ остановиться у дома, откуда сегодня днем была угнана ее машина, Кирш восприняла как должное. Ничто не могло вызвать удивление - даже желание волков, чтобы она вместе с ними вошла в подъезд.
– Кто там?
– спросил настороженный голос за дверью.
– Свои, Володенька.
– Каким ветром, Леночка? А где Бирюк?
– проявил совсем уж непотребное любопытство Довбня.
"К счастью, последний раз в жизни", - отстраненно подумала девушка, с внимательностью видеокамеры и такой же эмоциональностью наблюдая, как волки опрокидывают механика на пол и ее зверь рвет ему глотку. Она уже научилась распознавать его среди других.
Открыв дверь пошире, Лена прошла по коридору вслед за волками, которые тут же начали метаться по квартире, скуля и завывая, и опустилась в кресло около телевизора.
Областной телеканал передавал местные новости. Собственно говоря, местные новости до областного центра еще не дошли и на экране был рисунок, изображающая женщину с грубыми чертами лица. Диктор за кадром убедительно просил помочь в ее розыске. Затем картинка исчезла и вместо нее возникла фотография лица мужчины, мгновенно выведшая Лену из ступора.
– ...может что-то сообщить о личности неизвестного, просим позвонить 02.
На этом передача "Наряд вне очереди" прощается...
Она уже успела почти забыть о нем. Чужой несчастный случай, причиной которому была она, был вытеснен из сознания более шкурными вопросами.
– Это он!
– вскрикнула Лена, вспомнив во всех подробностях происшедшее той ночью на трассе.
– Но я же не виновата...
Спрятав лицо в руки, Кирш дала волю слезам.
Ее поведение привлекло внимание волчицы. Она посмотрела на телевизор, а затем перевела взгляд на девушку. И смотрела долго, очень долго, до тех пор, пока на балконе не было найдено запаршивевшее тело ее младшенького.