Тортоделка
Шрифт:
Мама вдруг сползла с дивана и прямо на коленях двинулась ко мне. Но я, протестуя, вскочила на ноги и поспешила от неё прочь. Мозг и все чувства взорвались и я стремительно побежала прочь от них, от всего.
— Вика, — оклик Германа.
Хватит! Испариться! Исчезнуть! Схватила ключи от машины и выбежала вон из дома.
— Вика! Стой! — муж испуганно бежал следом, но я успела сесть в свою машину и дать по газам, игнорируя удары ладоней по стеклам и зов. — Открой двери! Нет, не уезжай! Вика!
Не хочу никого и ничего. Никогда.
Ложь на лжи и с каждым разом всё жестче. Как же это достало! И хуже всего то, что Герману теперь всё известно. Тот, кого так боюсь потерять, без которого умру, если исчезнет из моей жизни. Отныне знает, что взял ублюдка себе в жены. Стыд, боль и ненависть — всё, что испытываю сейчас к себе, к своему прошлому.
Боже! Лучше бы умерла в её утробе или где-нибудь в мусорном баке. Мать, по сути, сделала всё, чтобы убить мою жизнь. Она делала это день за днём, когда ненавидела меня, унижала и топтала. Всё только потому, что я бельмо на её глазу, кара небесная, крест, который зачем-то нужно нести.
Слёзы рассеивали видимость, мысли — сосредоточенность. Лишь в долю секунды увидела приличную яму на дороге. Испугавшись, вильнула влево. Глаз выцепил из картинки бок легковушки, которая так же попыталась уйти от сумасшедшей на дороге. В ужасе крутанула руль обратно, миновав смертельное лобовое. Машина вышла из моего управления и вылетела с дороги, пробив отбойник.
Ремень сдавил грудь, лишив воздуха, подушка безопасности оглушила сознание. Всё вихрем закружилось в моём мозгу. Тело осталось в невесомости. Последнее, что отразила — струйки крови, закропившие на мои ладони.
Гера…
Герман
Я расстерялся лишь на минуту. Её не то, что пускать за руль нельзя было в таком состоянии, но и вцелом оставлять одну. В тихом шоке от их семейной драмы, всё проспал. Потерянные секунды на возврат за ключами, телефоном и курткой. Запрыгнул в свою тачку и дал по газам, моля бога догнать девушку. Но, доехав до основной магистрали, понял, что понятия не имею куда она могла податься. Выбрал путь в город, надеясь, что в качестве утешителя жена может направиться к своей лучшей подруге.
По телефону велел гувернантке сообщить сразу как только Вика вернется домой. Следом набирал уже Тохе. Выслушав суть моего звонка, друг тут же набрал конференц-связь с Таней. Девушка, узнав о случившемся не на шутку забеспокоилась, и велела не ограничиваться одной версией.
Спустя час, начал доходить, что я и никто из общих и необщих знакомых не знают о её местоположении. В груди сжало болезненное предчувствие. Надо было лечь под колеса машины, вцепиться в дверцы, разбить стекла — сделать всё лишь бы она не уехала.
— Звони Серёге, — начал умолять друга. — Трясите патрульных. Дай им номер её машины…
— Я уже написал ему. Даже Владу. Она вернется, — Тоха как мог старался успокоить и меня, и Таню, которая нервно
Это мне урок. Нужно было прислушаться к Вике, но откуда мне было знать, что дам приют не только отцу своей жены, но и бывшему матёрому преступнику.
— Ты сможешь добыть сведенья о том типе, моём бывшем садовнике? — серьёзно посмотрел на друга. — Мне нужно знать угрожает ли он нам. Он хоть и старикан, но может навредить Вике.
— Без проблем. Сделаю.
Время неумолимо шло. Подскакивал на каждом звонке на наши телефоны. Снимали трубку в надежде, что это вести о ней.
Моей тортоделки! Запустил пальцы в шевелюру своих волос и с силой потянул. Я даже не переоделся, примчал сюда в домашнем трико и футболке.
Признаю, мысль о Савве закралась, но дядя Паша искренне заверил, что парень на работе.
Вызов на телефон Антона вновь вселил надежду.
— Да, Влад, — я и Таня, впитывали в себя выражение лица мужчины. Брови сурово нахмурились и он кинул на нас обеспокоенный взор. — Понял.
Я уже стоял на ногах, готовый к действию.
— ДПС сообщила, что машина Вики вылетела с дороги в кювет и перевернулась.
Душа готова уже вылететь из тела, но я не слышу главных слов. Что же с моей женой? Под рёбрами свело до боли. Немым взором задаю другу вопрос, но ответ вводит в непонимание.
— В салоне немного крови, но водителя нет…
— Что значит "нет"?! — ошеломленно уставился на него.
— Вики нет ни в машине, ни в округе, — Антон, нервничая смотрел на нас, сам не понимая суть происходящего. — Либо кто-то её увёз с места аварии, либо она ушла сама. Серый сейчас обзванивает ближайшие больницы. Влад на месте ДТП.
— Я еду туда, — не раздумывая объявил всем и устремился на выход.
— Я с тобой, погоди! — крикнул друг.
— Я тоже поеду… — Татьяна вцепилась в локоть своего молодого человека.
— Нет, Танюш, — Антон ласково взял в ладони её лицо. — Тебе не стоит там быть. Поверь. Останься лучше тут. Вика может позвонить…
В это хотелось отчаянно верить. Подруга жены покорно кивнула, пуская по щекам робкие слезинки.
Через час лицезрел внедорожник своей жены, что когда-то свёл нас. Груду металлолома уже перевернули в должное положение. Жуткая вмятина на капоте с остатками отбойника. Крыша прилично вдавлена вовнутрь. Разбиты стёкла и изогнуты дверцы.
В желудке закрутила от ужаса и картинок, что представились. Чуть ли не кубарем спустился с дорожной насыпи к машине супруги.
— Вы кто? — рявкнул недовольно патрульный.
— Это машина моей жены, — оттолкнул служивого и заглянул в салон внедорожника. Сдутая подушка безопасности, смазанная лужица крови на потолке и несколько капель на водительском сиденье. Глянул на ремень. Срезан. — Она не сама ушла, — обернулся к Антону. — Ремни срезаны.
Друг, говоривший с Владом, кивнул.