Торт в небе
Шрифт:
– Папочка!
– отозвалась Рита, хлопая в ладоши.
– Иди помоги нам!
– Уберите немедленно змея! Вы что, хотите, чтобы меня упрятали в тюрьму за шпионаж?
– А мы ничуточки не шпионим, мы просто хотим достать кусок торта, вот и всё.
– Я вам дам торт! Чтоб духу вашего не было на балконе!
– Ну папочка...
– Хотите, чтобы я поднялся? А ну марш с балкона!
Удручённые ребятишки нехотя подчинились и выполнили по крайней мере половину приказания: убрали змея. Но спускаться в подвал они и
– Жалко!
– сказала Рита.
– Ведь со змеем-то мы здорово придумали!
– Так-то оно так, да нам не ответили, - сказал Паоло.
– А кто бы, ты хотел, чтобы тебе ответил? Ведь это всего-навсего торт, как его ещё назовёшь?
– Это космический корабль, дурочка.
– Тогда зачем же ты согласился со мной и запустил змея?
– Уж конечно, не за тем, чтобы достать ещё кусок шоколада, я хотел подать сигнал марсианам.
– Эх ты, голова у тебя опилками набита. Да и у всех вас в голове опилки. Эти внизу хотят палить по торту из пушек. Ты хочешь, чтобы торт написал тебе записку?
– Это не торт.
– А я тебе говорю - это торт; ты что, итальянского языка не понимаешь?
– Ладно, хватит! Давай лучше посидим да поразмыслим. Со змеем не вышло, может, что другое надумаем.
Несколько часов спустя:
– Диомед, я Дедал. Прием.
– Я Диомед. Докладывайте. Прием.
– Их тысяча двести сорок семь. Снова поднялся к верхней поверхности наблюдаемого объекта. Нахожусь на высоте шестьсот пятьдесят четыре метра над уровнем моря...
– Как вы сказали?
– Нахожусь на высоте шестьсот пятьдесят четыре метра над уровнем моря. А что?
– А то, что вы несомненно пьяны. Утром, когда вы впервые обследовали объект, вы доложили, что находитесь на высоте девятьсот восемнадцать метров. Чем вы объясняете разницу?
– Я не объясняю. Могу лишь определить её: девятьсот восемнадцать минус шестьсот пятьдесят четыре равно...
– Ну хватит. Кончаю приём.
И генерал подкрепил слово "кончаю" здоровенным ударом кулака об стол.
– Так вот какое дело, синьоры, - обратился он к присутствующим, - загадочный космический корабль приземляется.
Потянулось напряжённое ожидание, оно длилось до самого заката. Таинственный объект постепенно, метр за метром, терял высоту. К тому же часов около трёх дня, слабо колыхаясь, он начал перемещаться на северо-восток. "Диомед" с облегчением вздохнул: хорошо хоть, противник не намеревается снизиться на крыши и балконы и раздавить посёлок.
По примерным расчётам приземление должно было состояться на горе Коко - каменистом голом бугре, который возвышался над школой. Ребятишки бегали туда играть в любую погоду. На плоской верхушке бугра стоял соломенный шалаш абруцских пастухов, которые спускались зимовать со своим скотом в долину, а на середине склона - простой загон из колючей проволоки, куда загонялись
Что до генерала, то он охотно сократил бы время выжидания и открыл огонь. Но директивы правительства - а оно вот уже несколько часов поддерживало контакт с великими мировыми державами - категорически гласили: прибегнуть к оружию лишь в том случае, если неведомые пришельцы из космоса нападут первыми; воздерживаться от всяких враждебных действий во избежание жестоких ответных мер, чтобы не привести к плачевному концу первую встречу человечества с существами другого мира; быть начеку, готовыми ко всему.
Вот почему, когда намерения летающей тарелки прояснились, "Диомед" развернул свои боевые порядки вокруг холма по фронту в несколько километров. Пушки, огнеметы, танки, ракеты класса "Земля - Земля" взяли в кольцо осады гору Коко, когда непонятная штука мягко и беззвучно опустилась на неё, полностью очистив тронутое закатными красками небо.
Таинственный синьор Джеппетто
– Прощай торт, - вздохнула Рита, наблюдая за манёврами осадных средств и сглатывая слюнки.
– Вот сумасшедшая!
– пробормотал Паоло.
– Тебе говорят: это космический корабль.
– Открой глаза! Не видишь, что ли, он весь внизу шоколадный. А сверху розовый, жёлтый, зелёный. Вкуснющий торт!
– Нет, это, наверное, цвета марсианского флага.
– Давай поспорим? Я говорю: торт; ты говоришь: космический корабль. Кто победит, тот забирает все карманные деньги на неделю.
– На месяц, - поправил Паоло.
– Хоть на целый год, хочешь?
– подхватила Рита.
– Год это долго...
– Ага, струсил! А я вот нисколечко не боюсь.
– Ладно, на год так на год, - вспыхнув, ответил Паоло.
– Ну, а теперь пойдём смотреть, что это такое.
Тут настал Ритин черёд призадуматься.
– А ты думаешь, нас пропустят?
Паоло не ответил. Он уже некоторое время смотрел в сторону Мальяны на пустынную дорогу, по которой брело стадо баранов под присмотром двух пастухов. Они шли с пастбищ, с жёлтых холмов Агро, изрытых заброшенными песчаными карьерами. Как всякий вечер, они возвращались на закате к горе Коко, проходя через весь посёлок.
"Хотел бы я посмотреть, как баранов будут загонять в подвал, - усмехнулся про себя Паоло.
– И собаку тоже".
Но вооружённые силы ни о чём таком и не помышляли. Они стояли к Трулло спиной и видели перед собой лишь гору Коко и диковинную штуку, которая прикрывала её, словно огромная шляпа. Бараны сплошной кучей с блеянием продвигались вперёд, и когда какой-нибудь один отбивался от стада, норовя ущипнуть на обочине пучок травы, собака подбегала и загоняла его обратно в строй. Зорро, который продремал весь день на балконе, приветственно гавкнул своему собрату, но тот даже не обратил на него внимания - занят, мол, не до тебя.