ТОРРЕЗ. Книга Вторая
Шрифт:
Один из сектантов подошёл ближе ко льву и в одно движение задрал его робу до самой шеи, осматривая исписанный шрамами торс. Затем длинными тонкими пальцами в кожаных перчатках он принялся больно тыкать и щупать рёбра Коты, словно пытался просунуть костлявые фаланги прямо между выпирающих косточек.
— Этот чистый. Этот дышит.
Донеслось на французском языке из под маски третьего. Голос сектанта звучал так же безэмоционально и холодно, как и у работника гостиницы. Однако слова он произносил куда более внятно…
Оставшиеся двое словно только и ждали этих слов. Тот, что был сзади, накинул на голову
Коту сперва поставили на ноги, затем стащили мешок с головы, разрезали путы на запястьях и с размаха толкнули вперёд, насильно укладывая парня на холодную каменную плиту в центре помещения. Его руки и ноги развели в стороны и приковали к углам плиты ржавыми цепями. Кову не составило бы никакого труда порвать такие хлипкие кандалы, но слабому и беспомощному Коте оставалось лишь отчаянно барахтаться на холодной плите, словно мальку, брошенному на суше. Несколько минут длились невообразимо долго, пока лев испуганно наблюдал, как трое сектантов бегают вокруг импровизированного алатря, собирая разные приготовления.
По всему некрополю гулял запах истлевших костей и мёртвого камня вперемешку с какими-то зловонными маслами и смесями. Кота почти ничего не слышал из-за постоянного гула, воцарившегося у него в голове. Сердце стучало в бешенном ритме, а в висках пульсировала кровь. Лев ошарашенно бегал глазами по едва освещённому помещению, дёргал руками и ногами, отчаянно ёрзая на холодном камне. Но даже столь старые и ржавые цепи не поддавались на его попытки освободиться.
И вот один из сектантов встал перед лежащем Котой, держа в руках толстую обветшалую книгу. Пока он монотонно перебирал пыльные жёлтые страницы, другой сектант подошёл ко льву и вновь задрал его робу, на этот раз под самый подбородок. В этот же момент подошёл и третий, держа в руках глиняный горшок с неизвестным содержимым. Удерживая сосуд в одной руке, он снял правую перчатку, чтобы Кота увидел его костлявую ладонь. На ней почти не осталось шерсти, а морщинистая кожа стала напоминать рыбью чешую, игриво поблёскивающую в лучах множества свеч. Затем он опустил два пальца в горшок, вынув их уже перемазанными в алой краске. А может, и не в краске…
Но об этом Кота даже думать не хотел. Сектант мокнул пальцы ещё несколько раз, пытаясь собрать как можно больше красной жидкости. Затем он начал рисовать причудливые символы прямо на дрожащем теле Коты. Сперва он нарисовал большой овальный глаз на часто вздымающейся груди льва, затем вывел несколько иероглифов вдоль живота, после чего жирно прочертил несколько алых дуг вдоль его рёбер. В тех местах, которые они ранее прощупывали. А сектант со старым фолиантом начал громко зачитывать пугающие заклинания
По щеке прокатилась слеза, а в помещении эхом раздался характерный звук прорезаемой плоти…
На грудь льва полилась вязкая жидкость, медленно стекая на каменную плиту. Он не сразу понял, что это была кровь, ведь она была слишком холодной для живого существа. Но когда на Коту снизошло осознание, он тут же распахнул глаза, чтобы увидеть, как Кову безжалостно вонзает лезвие меча во второго сектанта, затем хватает того, что с книгой, и одним движением массивной руки сворачивает ему шею. А юный лев едва мог поверить, что пришедший на помощь друг не был предсмертным видением…
***
Спустя некоторое время из старого некрополя вышли двое львов, измазанных пятнами крови. Кота виновато плёлся за своим спасителем, не зная, как вставить слова благодарности в столь гнетущее молчание.
— Больше так не теряйся! Ты понял?! — резко обернулся Кову.
Его голос звучал злобно и строго, но вот в глазах читалось искреннее беспокойство за жизнь друга.
— Прости. Я просто потерялся! Не знаю, как я так отстал от вас. Но лишь пытался догнать тебя и Дизз, а угодил на кладбище и…
— Ладно, проехали. Но впредь будь внимательнее! — Кову собрался было идти дальше, но после тяжёлого вздоха вновь повернулся к Коте. — Тебя успели ранить?
— Вроде нет. Только…
Кота приподнял робу, осматривая перепачканный кровью и краской торс.
— Я тут слегка замарался. И ещё я потерял свои сапоги. Не спрашивай…
— Мне и не зачем. Я видел их. На самом деле тебе повезло. Стало гораздо легче идти по единственным босым следам на дороге. К слову, мы с Дизз таки нашли лавку оружейника. Удивишься, но владелец этой лавки мало того, что знает английский, так ещё и кажется вполне нормальным. Ну, почти… — говорил Кову.
— Почти?
— Он постоянно кашляет. И ещё он постоянно болезненно хватается за бока.
Вспоминая пережитое, Кота захотел сменить тему.
— Вы купили всё нужное?
— Не совсем. У него оказалось много всяких бинтов, мазей и настоек. И мы с Дизз решили, что не лишним будет прикупить у него и немного оружия. Она сейчас там, решает вопрос с деньгами и прочие мелочи. А я пошёл искать тебя. Удивительно, что вообще смог найти.
— Дизз там одна? А если…
— Ну уж она-то сможет постоять за себя!
Эту фразу Кота принял на свой счёт, и настроение его ещё сильнее помрачнело. Столько месяцев тренироваться, чтобы в один момент тебя чуть не убили трое хилых сектантов.
— Пойдём уже… — грустно простонал Кота.
Кову уговаривать не пришлось. И львы наконец-то покинули старое туманное кладбище.
Кову и Кота в считанные минуты дошли до лавки оружейника, которая оказалась не так далеко, как они оба предполагали. Дизз стояла у входа целая и невредимая, а у её ног стоял большой мешок медицинских принадлежностей. Завидев львов, она подбежала к Коте, крепко обняв парня за плечи.