Тороп
Шрифт:
— А что, не отметить ли нам встречу нежданную. Старина Морт рассказывал…
— А, гнида, спалился!
Брин было вскочил, потрясая кулаками и замер, остановленный взмахом руки Сухаря.
— Не бузи
И мне:
— Когда успел с Мортом познакомиться?
— А сегодня и увидел в первый раз. В чём проблема?
— Нет, ничего. Организуем.
Макс, несостоявшийся висельник, ни в игре, ни в разговоре участия не принимал. Отмалчивался. Уже поздно ночью, отвалившись сыто от накрытой «поляны», спросил у Тюбы, подождав пока парень на угол в ведро сходит.
— Старый, а что с ним?
— С молодым? Везунчик наш Макс. Всю шайку порубили. Кого живым взяли — повесили. А ему, в последний момент, помилование вышло…
— Это как?
— Мутная
— Своих родных не знает?
— Сирота он. Только думается мне… ветерком пролётным занесло… с колдунами дело связано и Орденом Истины.
— Да ну!
— Гнилое дельце. Не лезь. Парень ты сметливый, с пониманием, хоть и нелюдь. Не наше это дело. Голову потеряешь.
— Уже забыл.
С остальной публикой нашего жилища общаться желания не было. Народ опустившийся, грязный и вонючий, не смотря на то, что, как говорят, раз в неделю был день помывочный. Когда и одежду постирать можно и самому в порядок себя привести. Но народ был такой… гм, принципиально настроен против чистоты. Может и был в этой куче гавна брульянт красоты необыкновенной, душевной и высокоинтеллектуальной, не взирая на вонь и сантиметры грязи, желания самого ковыряться не было. Жили своей компанией, вчетвером. Тюба был старым опытным вором, сдали свои же, тёмная история. Брин, бывший воин и дезертир, пойман на грабеже. Макс крутился в шайке, что занималась всем подряд. Как уже наслышан — кончилось всё плохо. Сухарь шутил, да подначивал. Здоровяк любил пожрать и срывать настроение на бедолагах, а молодой всё больше отмалчивался. Судьба ожидала всех примерно одинаковая — решение судьи, срок и каторга, в разных вариантах. Если очень повезёт и Отец Богов тебя любит — сможешь дотянуть до свободы. Везение редкое, тем не менее счастливчики такие встречались, со слов Сухаря. Народ мне прочил то же самое, ни на грош не веря в непричастность смертей караванщиков. Было скучновато и занять себя было нечем. Как не домогался до Тюбы, с просьбой преподать уроки мастерства — каждый раз своими прибаутками старик с темы съезжал. Поздновато парень моей «наукой» заниматься, говорил. И руки не те. А жаль. Всё перспективней, чем народ по ночам окучивать. Если Лер не выручит — встанет вопрос с наличными, а там уж и до греха недалеко…
Хорошая встряска с арестом и заключением под стражу, неопределённость будущего и избыток свободного времени заставили меня задуматься о некоторых несуразностях последних дней. Получалось следующее: Мэд отбирает подарок колдуна и после этого возникает существо которое требует… Требует что? Камень который забрал Мэд? Или что то другое? Мой старший товарищ знал заранее что возможны такие проблемы? Откуда? Мне казалось что Лер хочет прикрыть меня от Ордена Истины, где умения и знания колдуна, моего первого учителя, мягко говоря, не приветствуются. Со слов судей, или кто они там, упомянувших способ умерщвления обозников — хуманс был убит необычным способом. Мог ли исполнить я? Да ну на фиг… мог, ещё как, чёрт побери. Будь кровавый камень был со мной — легко, при желании. «Выпить» все силы раненного человека не проблема. Если вспомнить как работал колдун, создавая кровавый амулет… Люди, точнее трупы, чего кокетничать, выглядели не особо естественно… И любой опытный маг это заметит. Да что маг, обычный человек разглядит… Спасибо Мэду… что бы он не предполагал. Неизвестно, какое решение приняли бы уважаемые Леры обнаружив такой «сюрприз». С них станется…
Было ещё одно, что заставило меня вскочить среди ночи и до утра мерять шагами пол нашей камеры. Лежать было не в мочь. Мысль пришла неожиданно. Я вспомнил что хотело существо. «Слеза ночи»… артефакт… то ли кристалл, то ли камень. Тот самый из за которого погиб Трой. А потом некто убил Варлама, назвавшего причину смерти брата и вырубил меня. Камень что искала ночная тварь и подарок колдуна это одно и то же? Хм… не факт, что то мне говорит что скорее нет… «Кровавый» был со мной… Меня не убили и амулет не забрали. Почему? Повезло? На тот момент думал что это подстава со стороны воров, криминальные разборки
Остановился, оглядел стены нашего зиндана. Гм, а может и не всё так плохо… Старинная кладка, прочная и надёжная. Толщина стен около метра, из пушки не возьмёшь. Охрана опять же… Ведь наверное ищут же уже это… «существо». Глядишь и поймают вдруг… или ни черта не поймают. Что то говорило мне, что к роду человеческому эта особь отношение имеет опосредованное. Как он меня… на одной руке… Кило под девяносто вешу, пока молодой, в силу вхожу. Из моих старых приятелей по драккару, есть кое кто, что в порыве ярости, и не такие чудеса показывали… но там адреналин кипел, злоба прорывалась, распирало. А что б так… От существа веяло… холодом от него веяло, спокойствием, жутью непонятной… Кристалл значит ищешь…
Кристалл-камешек… И кажется я понял… Хм, отсюда не проверишь… Ладно, будущее покажет. Поглядим.
Второй день пролетел быстро. Переваривал своё озарение, что б его… В остальном тюремные будни продолжались. Кормили, честно говоря, дерьмово и всего раз в день. Утром давали кусок хлеба и меняли бочонок с водой. Наличные выручали и хитрый Морт драл с нас двойную цену за свои услуги. Дорого, куда денешься. Играли в картишки. Сухарь посмеивался и не давал нам сцепится с Брином, который почему то возненавидел меня. Не мог понять — то ли расстройство проигравшего, то ли хуманс был скандалистом по жизни, обидчивым до сраки. Настроение было такое… что сойтись в драке с дезертиром пожалуй было самое то… Избавиться от негатива, и вообще… Поэтому попытки хуманса пошутить или подколоть были достаточно осторожны. Видно читалось нечто в моих глазах…
А на третий день утром вышла мне амнистия. Вот уж чего не ждал. Только с парнями перекусили чем Морт послал и надеялся вздремнуть. Не верьте тем кто рассказывает про тюремный режим. Настоящая тюрьма живёт ночью. Заканчивается вечер и начинаются «движения». Вот и мы передачку словили. А обеспечил нас тюремщик хорошим свиным окороком и кувшином самогона. Ну и ещё кой чего по мелочи. Оставшиеся кости и посудину в обязательном порядке нужно было сдать утром ему лично в руки, во избежания шухера и лишнего шума. До пересменки. Поэтому «уничтожать» пришлось всё. Обошлось сие удовольствие по деньгам как хороший обед для отряда стражи, но, выбирать не приходилось. Монеты дело наживное. Неизвестно что завтра будет. Поэтому жалеть не стоит.
Не удивительно, что выйдя за ворота и столкнувшись с ожидающим меня Гонзой, мысли крутились не вокруг сытного обеда, о чём он было подумал, а о мягком диванчике… или гамаке… или… Посмотрев в мои осоловелые глаза и на заметно раздувшийся живот, Гонза сплюнул и пошёл телегу нанимать. Не испытывая желания тащить ленивую тушку через полгорода. А я с удовольствием растянулся на сене, что застилало дно телеги. Где меня и сморило.
Мэда с Эльзой на месте не оказалось. Как впрочем Арвида, Оззи и караванщиков. Последние ещё вчера покинули город, не став ждать разбирательств или по какой ещё причине. Гонза, и так обычно немногословный, категорически отказался рассказывать о ходе дела. Сославшись на Лера, мол сам всё объяснит. Если захочет.
Превозмогая желание снова завалиться спать, подобрал себе чистую сменку из вещей и отправился в купальню, отмывать тело от от казённой грязи и запахов. Мылся долго и с удовольствием. Вспоминая сидельцев сокамерников. «Мои» семейнички то ещё ничего были. Остальные… Словно в бомжатнике побывал. Обстановочка — топор можно вешать, смрад, копоть и духота. Маленькое оконце при таком количестве народа — ни о чём. Ночью хоть свежестью веяло. Чуть легче дышалось и голова работать начинала.