Торговый баланс

Ли Шарон

– Вот черт! – пробормотала Хат себе под нос и развернула табурет так, чтобы оказаться лицом к Маку Злату.

Он не слишком изменился по сравнению с прошлым разом, когда она его видела: может, стал чуть выше и чуть шире в плечах. Хат отрывисто кивнула.

– Привет, Мак.

Он ухмыльнулся и провел рукой по волосам. Волосы у него были бледно-желтыми и при короткой стрижке становились почти невидимыми, такими же были и его ресницы. За невидимыми ресницами оказывались неожиданно яркие синие глаза. Все лицо у него было угловатое и костлявое. Достаточно благообразный паренек в

общем и целом. Если бы он при этом не был Маком Златом.

– Приятно увидеться, – сказал он тем временем, демонстративно устремляя свои неожиданные глаза на ее грудь. – Поставлю тебе кружечку?

Она покачала головой, скрипнув зубами.

– Уже ухожу. Может, в другой раз.

– Ладно, – отозвался он, но не сдвинулся с места – только склонил голову набок. – Слушай, раз мы уж встретились, можем поговорить откровенно?

Она пожала плечами:

– Может быть.

– Мне просто любопытно: что случилось с Джетри? Я имею в виду – что на самом деле случилось с Джетри?

– Он поступил подмастерьем к купцу с большого корабля, – ответила она. – Разве кэп Иза не сказала этого твоему отцу?

– Сказала, – подтвердил Мак, – и я не открою тайны, сказав, что мой отец малость за все это обиделся. То есть сначала Иза просит, чтобы мы потеснились ради вашего лишнего, и отец готов пойти ей навстречу, а потом она вдруг говорит, что нет, мальчик к нам не перейдет. Он устроился в другое место.

Мак покачал головой и поднял руку, почти сдвинув большой и указательный пальцы.

– Отец был вот настолько близок к тому, чтобы обвинить ее в расторжении.

Хат вздохнула.

– В расторжении чего? Никаких бумаг не подписывали.

– Но было же устное…

– Сделки срываются каждый день, – прервала его Хат, краем глаза заметив бармена. Она развернула табурет обратно и улыбнулась ему.

У нее за спиной Мак заметно повысил голос:

– А говорят, что Пейтор продал мальчишку лиадийцам!

От этих слов все, кто оказался в пределах слышимости, вздрогнули и обернулись. Некоторые поспешно отвернулись обратно, но другие выгнули брови и стали наблюдать за разговором.

Хат неспешно отвернулась от бармена обратно к Маку. Так же неспешно она набрала в грудь воздуха и с яростью посмотрела в эти синие глаза.

– У мальчишки – свой ключ Синдиката. Он такой же дееспособный, так ты и я. Он – подмастерье купца: подписал свой контракт. Джетри не мальчишка.

– Ну, слухи говорят, что это лиадийцы оплатили ремонт «Рынка».

Хат захохотала и закатила глаза.

– А вот в этом господа Слухи не ошибаются. Джетри продал на Инсольте партию целлошелка. И к тому же Пейтор приобрел спекулятивный груз, который нашел Джетри – и не принес ли он огромный доход при частной продаже, как Джетри и предсказывал? Так что да, именно лиадийцы наш ремонт и оплатили: контейнеры, узлы, двигатели.

– Но кого-то застрелили, говорят, и тут же…

Хат вздохнула – громко и с досадой.

– Послушай, Мак: Джетри был готов торговать, и капитан сказала ему, что если ему не хочется таскать гравий

с планеты на планету, то пусть сам ищет себе корабль. Нельзя винить его за такое решение. И он нашел себе место получше, стал подмастерьем не кого-то, а мастера-купца, а на прощание купил нам новые двигатели и оплатил капитальный ремонт.

Она замолчала, услышав у себя за спиной тихое постукивание кружки, и подняла руку, пошевелив пальцами: «секундочку».

– Джетри сам нашел себе место, Мак. И он подписал контракт – настоящий и законный. Это его дело – не мое и не твое. А то другое дело, о котором тебе рассказали господа Слухи – застрелили всего лишь какого-то дурака, который решил, что проще умереть, чем честно заплатить свои долги. Не твоя проблема. – Она наклонила голову, словно задумавшись над последней фразой, и ласково уточнила: – Или все-таки твоя?

Глаза Мака прищурились, лицо покраснело.

– Моя проблема в том, что пойдут разговоры, будто Джетри предпочел летать со всякими лиадийцами, а не перейти на такой честный корабль, как…

– Поосторожнее со словами, Мак Злат! – оборвала его Хат. – Иначе кто-то тут может решить, будто ты собрался сказать здесь, что «Золотоискатель» честный, а корабль Джетри – нет. Или тебе хочется обсуждать это с лиадийцами?

Мак заморгал и судорожно сглотнул слюну. Добившись победы, Хат снова повернулась к бармену, на секунду выразительно закатила глаза к потолку и улыбнулась.

– Каков ущерб?

Он улыбнулся в ответ:

– Две монеты.

– В расчете.

Она пододвинула по стойке бара четыре и спрыгнула с табурета. Мышцы ног адресовали своей владелице крик протеста. Она не стала их слушать. Пеший переход до квартиры поможет ей их размять. Или оставит калекой до конца жизни.

– Так что, Хат… – начал Мак.

– Так что вот так, Мак, – оборвала она его и резко обернулась, ощутив опасное покалывание вдоль вопящих нервов, а он отступил на шаг.

Она продолжала идти вперед, а он продолжал отступать, пока она не овладела собой и не остановилась.

Красивые синие глаза Мака немного покраснели, на лице выступила испарина. Хат адресовала ему еще один суровый взгляд, а потом кивнула, наполовину вежливо.

– Увидимся в порту, – сказала она и заставила ноющие ноги двигаться, выносить ее из помещения на свет пыльного дня.

День 65-й

1118 год по Стандартному календарю

Станция Кэйлипсо

В увольнении

– Идемте, идемте, юный Джетри, не медлите! – Голос Пен Рела звучал энергично. Он взмахом руки пропускал Джетри вперед во входную трубу. – Все чудеса станции Кэйлипсо ждут, чтобы вы их открыли! Они не могли не пробудить ваш энтузиазм и жажду приключений!

Если бы по переходнику позади него шел Дик, то Джетри счел бы, что его поддразнивают, и был бы готов к крупным неожиданностям. Пена Рела он считал слишком солидным для грубоватых выходок в стиле Дика, и склонности к розыгрышам тоже в нем не подозревал, хотя все возможно.