Тор. Разрушитель

Хольбайн Вольфганг

— Почему бы тебе не спросить об этом Сверига? — шепнул Тор, чтобы его услышал только Бьерн. — Я уверен, он знает ответ на этот вопрос. — И он улыбнулся.

— Ты мне нравишься, друг мой. — Бьерн рассмеялся. — Это не помешает мне перерезать тебе глотку, если в этом возникнет необходимость. И все-таки ты мне нравишься, — повторил он. — К тому же у нас еще есть время, чтобы подумать над этим решением. У нас обоих.

Отвернувшись, Тор поднял голову. С тех пор как он прибыл в долину, солнце немного опустилось, и теперь край сияющего диска уже прятался за вершинами скал.

Стало темнее и холоднее. Бьерн был прав, у них еще было время, но не так уж и много.

— А что насчет Урд?

— Видимо, ты действительно привязался к этой женщине, хотя и знаком с ней всего пару дней, — протянул бородач и тут же поднял руку, увидев, что Тор собирается возразить. — Не волнуйся. Уйдет она или останется, зависит только от нее. Мы никому не отказываем в помощи.

— Если хочешь, я уйду. Прямо сейчас.

— А кто тебе сказал, что мы позволим тебе уйти? — вмешался Свериг.

Бьерн нахмурился, но ничего не сказал, а Свериг обогнал их и остановился перед ними, чтобы видеть и Тора, и бородача. Он немного прихрамывал — судя по всему, это было связано с тем, что Свериг носил с собой не только широкий меч, но еще и топор, и тяжелый молот с обломанной рукоятью. Молот Тора. Вид у этого увешанного оружием воина был смехотворный. Свериг задиристо вскинул подбородок, от него так и веяло враждебностью. Бьерна эта ситуация немного раздражала, но в то же время забавляла. Вскоре Тор понял, что происходит на самом деле. Оба пользовались одной и той же тактикой, хотя и предпочитали разные средства, и Тор не знал, кто из них двоих опаснее.

— Я думал, вы никому не отказываете в помощи.

— Вопрос в том, зачем тебе наша помощь, — вкрадчиво произнес Свериг. — Что тебе нужно — переждать тут зиму или привести сюда своих дружков.

— Дружков?

— Те шестеро воинов… Двоих ты убил якобы в одиночку, четверых разорвали волки, а последнему удалось скрыться, так? Вот уж действительно странно. Ты, должно быть, и впрямь тот самый бог Тор, ведь простому смертному такое не под силу.

— Почему бы тебе не отдать мне мой молот, и тогда мы проверим? — предложил Тор.

Свериг уже хотел броситься в атаку, но Бьерн резко взмахнул рукой, заставляя своего помощника замолчать.

— Хватит уже! У Тора будет возможность доказать нам свою искренность, а до той поры мы будем относиться к нему с должным уважением, как и надлежит обращаться с гостем. Отдай ему его оружие.

— Ты не можешь этого допустить! — охнул Свериг.

— Отдай!

Помедлив, воин поморщился, но все-таки передал Тору молот, сжимая оружие обеими руками.

— Как ты можешь верить этому типу, Бьерн?! — прошипел он.

— Кто знает…

— Бьерн, заклинаю тебя! — Свериг стоял на своем. — Ты же знаешь таких, как он…

— Да, и такие люди нам нужны, — перебил его бородач. — Приближается зима, а тебе известно, что это означает. — Он поднял руку, давая воину понять, что больше не намерен спорить. — Хватит, Свериг. Не заставляй меня отдавать тебе прямой приказ.

Яростно взглянув на своего командира, Свериг развернулся и побежал прочь.

Бьерн вздохнул.

— Ты должен

понять его. Жизнь здесь не всегда столь мирная, как тебе, должно быть, показалось на первый взгляд. Не раз нам приходилось вступать в бой в врагами. Ты готов рискнуть ради нас жизнью?

— А я думал, вы построили эту крепость только потому, что у вас было полно свободного времени, — усмехнувшись, ответил Тор.

Бьерн рассмеялся, и впервые это прозвучало искренне.

— Наверное, я слишком многого ожидаю от человека, который провел пять суток взаперти и все это время думал, что его ждет. Иди к своей подруге и поговори с ней. Это поможет тебе принять решение.

— Свериг, вероятно, отвечает за безопасность города.

— Он хороший парень, — сказал Бьерн. — Но иногда излишне недоверчивый. Впрочем, в этом ведь и состоит его задача.

— В том, чтобы проявлять недоверие?

— Чтобы обеспечивать нашу безопасность.

— Видимо, в какой-то момент он потерпел неудачу, да?

— Вся наша жизнь состоит из неудач, друг мой, проблески удачи чрезвычайно редки. — Бьерн тихо рассмеялся. — У нас тут есть одно правило: никто не должен говорить о своем прошлом, если только сам не захочет этого, и никому нельзя задавать вопросы на эту тему.

— По-моему, мудрое правило.

— И я уже не раз нарушил его, знаю… — Бьерн вздохнул. — К тому же некоторые считают это правило излишне легкомысленным, например Свериг, да и не только он. Но мы соблюдаем этот закон с тех пор, как люди поселились в этой долине.

— Но Сверигу это не нравится.

— Он волнуется, ибо опасается нападения, — признался бородач. — И я его понимаю. Я был на хуторе и видел, что они натворили. Как бы то ни было, одному из грабителей удалось уйти. — Бородач махнул рукой. — Я ни в чем не упрекаю тебя, Тор. Ты сделал все, чего от тебя только могли ожидать, и даже больше. Но вот Свериг… — Казалось, он пытался подобрать подходящие слова, но в конце концов лишь со вздохом покачал головой.

— Свериг есть Свериг? — Тор натянуто улыбнулся.

— Да, Свериг есть Свериг.

Он снова вздохнул, и Тору почему-то подумалось, что они, возможно, станут настоящими друзьями… если до этого не убьют друг друга.

— Он боится, что они вернутся.

— А они могут вернуться? — спросил Бьерн.

— Чтобы ответить на этот вопрос, мне нужно знать, кто эти люди. Но все, что мне известно о них, я узнал от тебя.

И тут в его памяти всплыли слова всадника: «Ты можешь пойти с нами или умереть. Я даю тебе выбор, но больше я предлагать не буду».

— А эта пожилая женщина, Эндре… Что она рассказала?

— Не больше тебя. Воины появились словно из ниоткуда и напали на хутор. Она выжила, так как в момент нападения была на некотором расстоянии от дома, а буран занес ее следы.

— И она пошла к вам?

— Соседи должны помогать друг другу в беде, не так ли?

— Соседи? Да вы же в трех днях езды оттуда!

— Это большая страна, но людей в ней немного, — ответил Бьерн. — Мы торгуем со многими крестьянами, и, если зима становится особенно суровой, они иногда просят у нас убежища.