Тор. Разрушитель
Шрифт:
Какие-то звуки нарушили ход его мыслей, и Тор, устало подняв голову, посмотрел на дверь. Что, опять пора обедать? Есть не хотелось, но это ничего не означало. Тут, в темнице, он уже давно лишился способности определять ход времени и даже не мог сказать, сколько дней его держат в плену.
Дверь распахнулась, и внутрь вошел один из стражников, обычно приносивших Тору еду. Однако сегодня у него в руках был не поднос, а какой-то инструмент, предназначения которого Тор не понимал до тех пор, пока стражник не наклонился
— Ты выведешь меня отсюда?
Парень неуверенно кивнул, опасливо глядя на железные цепи.
— Ну давай, не бойся. Я не причиню тебе вреда.
Тор не стал обещать ему, что не попытается сбежать, но его слова, похоже, удовлетворили стражника. Дрожащими руками парень снял с Тора кандалы и поспешно отступил назад. Можно было попытаться сбежать, но только теоретически. После всех этих дней, проведенных в неудобном положении, Тору только с третьего раза удалось удержаться на ногах. Мышцы затекли, и каждый шаг отдавался болью. Кроме того, снаружи его ждали другие вооруженные стражники. Тор не помнил, чтобы видел их раньше, но, судя по страху в их глазах, они прекрасно знали, кто он такой. И Тора это не радовало. Неизвестно, чего было ждать от охранников, испытывающих ужас перед заключенным.
— Куда меня ведут? — спросил он у парня, снявшего кандалы.
Ответа Тор не получил, но один из стражников махнул рукой и отошел в сторону. Другой на всякий случай наставил на него копье. С каменным лицом пройдя мимо них, Тор собрал всю свою волю в кулак, чтобы не застонать.
В коридоре имелось узкое окно, через которое проникал слабый солнечный свет. Тор очнулся в камере, где он провел последние дни, и потому не знал, где находится.
Вероятно, его камера располагается на поверхности, а не в катакомбах, как подумал Тор, увидев выложенные из валунов стены. Времени на то, чтобы осмотреть тут все более внимательно, не оставалось, потому что один из охранников открыл дверь, а второй настолько грубо втолкнул его внутрь, что Тору лишь по счастливой случайности удалось не упасть.
— Хорошо, — сказал кто-то. — Вы можете идти.
Повернувшись, Тор увидел Бьерна. Ярл Мидгарда стоял всего в паре шагов от него и смотрел на стражника, доставившего сюда пленника.
— Все в порядке, он не причинит нам вреда. — Ярл посмотрел на Тора. — Ты можешь пообещать мне это, верно?
Тор был настолько слаб, что едва мог кивнуть, но Бьерн удовлетворился этим. Возможно, ярл просто понял, в каком плачевном состоянии находится его пленник, поскольку он опять повернулся к стражникам и сказал:
— Все в порядке. — Теперь в его голосе звучало раздражение. — Подождите снаружи. Я позову вас, когда вы понадобитесь.
Свериг был тут же, в полном боевом облачении, словно он собирался прямо сейчас вести свою армию в бой. В руках он сжимал огромный топор. За его спиной стоял еще
— Так ты даешь мне слово, что не причинишь нам вреда? — повторил ярл.
Тор кивнул.
— Как будто его слово чего-то стоит, — презрительно фыркнул Свериг.
Тор не был настроен спорить, да и Бьерн никак не отреагировал на слова своего помощника и лишь молча указал на один из стульев, стоявших у прямоугольного стола. За исключением этой мебели, комната была совершенно пуста, тут даже не имелось камина. И все же Тору она показалась намного теплее, чем тюремная камера.
Тихо охнув от боли, он опустился на стул. Бьерн и незнакомец последовали его примеру. Свериг отошел к противоположной стене, и Тору даже не нужно было смотреть в ту сторону, чтобы понять, что его заклятый враг, готовый ко всему, в ярости сжимает топор. Вид у Сверига был мрачный.
— Не буду спрашивать тебя, как ты себя чувствуешь, — начал Бьерн. — Ты голоден? Может, хочешь меда или вина?
В ответ Тор покачал головой. Ярл кивнул, словно ничего другого не ожидал, и повернулся к толстяку. Тот до сих пор трясся от ненависти.
— Это Фаргас, ярл Эзенгарда. Вы с ним еще не встречались.
— Наслышан, — коротко сказал Тор.
— Да и я о тебе слышал, — подал голос Фаргас, и Тору вовсе не понравился его тон.
— Как Ливтрасир? — Тор повернулся к Бьерну.
— Твоя дочь? — Ярл примирительно кивнул. — С ней все в порядке. Я не стал бы вредить ребенку. — В его голосе прозвучала обида, как будто слова Тора задели его.
— А Гундри? Девушка, которая присматривала за ней?
— С ней тоже все хорошо, отделалась парой царапин. Я ответил на все твои вопросы?
Тор еще даже не начал расспрашивать Бьерна, но что-то в голосе ярла насторожило его. Он промолчал.
— С твоей женой и двумя другими детьми тоже все в порядке, — вмешался Фаргас. Несмотря на внешнее спокойствие, чувствовалось, что в глубине его души по-прежнему бурлит ярость.
— Я не понимаю, о чем он говорит. — Тор повернулся к Бьерну.
Фаргас фыркнул, собираясь что-то сказать, но Бьерн поспешным жестом велел ему замолчать.
— Он говорит об Урд, Тор, и двух твоих приемных детях, Ливе и Элении. Они в безопасности.
Тор промолчал, хотя едва сдерживал себя. Наверняка все увидели, что он запаниковал. Откуда Бьерн знал про Урд и детей?
— Вы что-то слышали о них? — наконец осведомился он. — Мы разделились незадолго до того, как прийти в Эзенгард, и я…
— Прекрати говорить глупости, Тор, — устало попросил Бьерн. — Заставить девчонку говорить было совсем несложно. Урд и твой сын у нас в плену.