Тор. Дитя Асгарда

Vegetarianka

Через некоторое время деревья начали редеть и вскоре вовсе исчезли, уступая место зеленой равнине, поделенной на две части широкой рекой. Перед глазами возникла деревенька с одноэтажными деревянными домами, мельницей и амбарами. С соседнего берега раздавались голоса и незатейливая музыка.

– На площади есть трактир, он единственный в этом поселении, так что думаю, не ошибетесь. Спросите там Безумца Бои и скажите, что хотите записаться в его команду, – дала последние наставления Скульд, прежде чем скрыться в густой еловой чаще. Я даже не успела ее поблагодарить. Так и осталась стоять с открытым ртом и застывшими словами на языке, вглядываясь в удаляющийся темный силуэт.

– Безумец Бои? – переспросила я у Локи, поправив лямки рюкзака. Человека

просто так не нарекают «безумцем». Чувствую тот еще кадр.

– Какие-то проблемы, ваше величество? – подзадорил меня трикстер, сверкнув изумрудными глазами.

– Нет, абсолютно никаких. Люблю старых добрых психов, – пробурчала я себе под нос и спустилась по ухабистой дороге, ведущей к мосту.

Местный паб оказалось найти проще простого. Как и говорила богиня будущего, он стоял одинокой постройкой среди жилых домов из добротного дерева, выделяясь на их фоне изрядно подгнившей крышей с бурой черепицей и маленькими оконцами с разноцветными стеклами, которые потрескались в некоторых местах от старости и сильных морозов. В целом деревня напоминала обычное средневековое поселение на реке, где основным промыслом было рыболовство и охота в местных лесах. Пройдя по узкой улочке, мы с Локи оказались на многолюдной площади, вымощенной брусчаткой. Здесь и торговали этими самыми дарами природы: ягодами, грибами, шкурами зверей, свежим мясом и всевозможным рукоделием, начиная от шерстяных платков и заканчивая глиняной посудой. Я как будто переместилась во времени, попав в пятнадцатый век. Что не так с этими планетами? Почему они все застыли в своем историческом развитии? Прошли тысячи и тысячи лет, а они до сих пор выглядят, как могучие викинги. Может, всему виной Радужный мост? Они научились преодолевать скорость света, пересекая космос за несколько секунд, и решили на этом остановиться? Что? Сотовый телефон? Зачем он нам? Мы же можем позавтракать в Асгарде, а потом поиграть в снежки в Ётунхейме, а после чего устроить знатную драку с эльфами в Льесальвхейме. Никакого интернета. Расходимся, ребята. Кто-нибудь видел моего верного коня? Пфф… нет, какие-то тени прогресса ощущались в этих странных мирах. То же электричество, межконтинентальные планеры, медицина и другие науки намного превосходили технологии и знания на Земле, но сам менталитет людей остался на уровне глубокого темного средневековья. Девушки носили длинные платья и отращивали волосы до пят, мужчины, в свою очередь, гордились длинной бородой, пестрыми камзолами и острым клинком. Даже музыка не имела каких-то новых веяний. Старинные баллады, медленные вальсы, ирландские мотивы – вот и весь репертуар. Это все, конечно, прекрасно, романтично и волшебно, только до ужаса скучно, однообразно и пыльно. Думаю, проблема в монаршей власти. При всей моей трепетной любви к Всеотцу, но править страной на протяжении стольких веков… народ задыхался от застоя старой крови. Им нужно встряхнуться, ввести новые правила, сменить эти чертовы гобелены, в конце концов. Начать жить по-новому.

Я украдкой взглянула на бога коварства. Он казался чем-то обеспокоенным и разочарованным одновременно.

– Как мы понимаем друг друга? – вдруг спросила я у трикстера. Меня давно волновал данный вопрос. Не могли же асагардские боги разговаривать на чистом английском языке.

Локи приподнял одну бровь и посмотрел на меня так, словно видит в первый раз в жизни.

– Прости? – недоумевающе переспросил он.

– Я слышу мидгардский английский, когда ты со мной разговариваешь, а что слышишь ты?

– Латынь.

Я округлила рот.

– Я разговариваю на латыни?

Локи утвердительно кивнул, остановившись возле дверей таверны.

– Здесь все разговаривают на латыни. Это общий язык для девяти миров, – пояснил бог коварства.

– Но я не изучала латынь, на Земле вообще этот язык считается мертвым, у нас только историки да лингвисты знают его, да и то не все.

– Он в твоей голове, Сигюн. Ты рождаешься со знанием латыни, просто не осознаешь этого.

– То есть что-то

вроде генетической памяти? Когда нужно, она активизируется? – уточнила я.

– Да, если тебе так будет понятнее, – Локи открыл дверь, галантно пропуская меня вперед, а затем

издал короткий смешок.

– Что? – нахмурившись, спросила я, посмотрев на довольного чем-то трикстера через плечо. Он покачал

головой.

– Ты всегда задаешь такие странные вопросы, – заключил он, выждав короткую паузу.

Теперь пришла моя очередь приподнимать брови от удивления.

– Почему они вдруг странные?

– Разве тебе недостаточного того факта, что мы просто понимаем друг друга?

– Мне любопытно, каким образом мы понимаем друг друга. Тебе было бы не интересно узнать, если бы ты не знал? – ответила я.

Локи расплылся в широкой улыбке.

– Возможно, но мне гораздо интереснее узнать, что тебе еще любопытно.

– Поверьте, у меня припасено много к Вам вопросов, Ваше Высочество, но сейчас меня больше всего волнует только один… кто такой Безумец Бои? – полушепотом произнесла я, заходя внутрь. Трикстер, продолжив улыбаться, проследовал за мной.

В нос ударил едкий запах алкоголя, стоило только переступить порог данного заведения. Деревянные столы и лавки занимали большую часть помещения, а с потолка, украшенного массивными балками, свисали плафоны с тусклыми желтыми лампочками. Дополнительное освещение создавал камин, выложенный крупным камнем, и с большой полкой над очагом. На противоположном конце комнаты находилась арка, ведущая на кухню. В качестве декора на стенках красовались оленьи рога и чучела убитых лесных животных.

Посетителей в такое ранее время суток оказалось немного, что и следовало ожидать. Большая часть занималась охотой за новыми чучелами или работала на полях. Только пара-тройка изрядно подвыпивших мужчин, по всей видимости, оставшихся здесь со вчерашнего вечера, составляли клиентуру. В комнате стоял тихий гул пьяных мужских голосов. Как только мы с Локи вошли, они оторвались от кружек с пивом, замолчали и бросили на нас прищуренные взгляды, но спустя уже несколько секунд вернулись к своему занятию.

– Колоритное местечко, – медленно проговорила я, разглядывая медвежью голову.

– Откуда Скульд известно об этом трактире? Как думаешь? – поинтересовался Локи, склонившись к моему уху.

Я прыснула.

– Не твои случайно? – съязвила я, указав на рога.

Бог коварства скорчил рожицу.

– Я ждал от тебя этой шутки, – пробурчал он, скрестив руки на груди.

– Добрый день. Меня зовут Илва. Я – хозяйка этой таверны. Чем могу вам быть полезна? – к нам подошла женщина средних лет с длинной каштановой косой и карими глазами, которые при таком свете казались совершенно черными. Весь ее фартук испачкался в муке, а на щеках играл румянец. Приталенное серое платье подчеркивало пышность ее фигуры, выделяя бюст и круглые бедра.

– Мы ищем Безумца Бои, – сказал Локи, одарив ее лучезарной улыбкой. Ильва внимательно осмотрела трикстера с ног до головы и кокетливо улыбнулась, хлопая длинными пушистыми ресницами.

– Зачем? – спросила женщина, продолжая открыто флиртовать с богом коварства. Я едва удержалась, чтобы не закатить глаза. Локи, что ты делаешь с женщинами? Все они начинают вести себя, как глупые тринадцатилетние девчонки, сраженные твоей холодной красотой. Неужели я точно также выгляжу со стороны? Мерзость какая… и Локи это терпит?

– Хотим записаться в его отряд, – вмешалась я в беседу. Хозяйка таверны с неохотой оторвала от трикстера взгляд и поморщила нос. По выражению ее лица стало ясно, что она сочла меня недостойной.

Естественно, я смотрелась крайне странно в здешних местах со своими короткими волосами, одетая в мужские штаны и с мешковатой сумкой на плечах.

– Вы слишком поздно пришли, – ответила мне Илва.

– Он уже ушел? – предположила я.

Хозяйка таверны приняла задумчивый вид.

– Формально он еще здесь, но вот его душа давным-давно покинула Болотистую Пустошь.