Тор. Дитя Асгарда

Vegetarianka

Громкий крик ночной птицы заставил меня подпрыгнуть на месте. Сердце забилось рваным учащенным ритмом, ухнув вниз. Волна жара прокатилась по всему телу, сковав руки и ноги от сильного испуга.

Рядом со мной послышался смешок.

– Это просто филин, – заверил меня Локи. Несмотря на то, что было темно, я смогла разглядеть его фирменную ухмылку, застывшую на бледном лице. Трикстер отодвинул колючую ветку, пропуская меня вперед.

Я мысленно отчитала себя за трусость и проследовала дальше, разглядывая пасмурное небо. Могучие кроны сосен и раскидистых елей скрывали

серый небосклон своими ветками, опуская на влажную землю загадочные тени. Мы прошли еще метров тридцать – сорок, и я заметила, что в этой части леса стало заметно тише. Птицы прекратили переговариваться причудливыми трелями, а в камышах замолчали лягушки, больше не развлекая нас своим кваканьем. Здесь правил густой туман, окутывающий стволы деревьев и заволакивающий темно-зеленую поверхность водоемов. Я обхватила свои плечи руками, поежившись от холода. Постепенно зловещая тишина стала окрашиваться странными звуками, отдаленно напоминающие даже не просто эхо, а его отголоски. Слышался женский шепот, пение и разговоры, разбавленные непонятным музыкальным инструментом. Бормотание слышалось со всем сторон, вгоняя в транс. Все это вызывало у меня жуткий страх.

Я остановилась, а Локи ловко обошел меня и двинулся дальше. Казалось, он ничего не замечал или не хотел замечать.

– Ты слышишь это? – спросила я у трикстера. Мой собственный голос звучал непривычно. Слишком низкий хриплый от страха и долгого молчания.

– Что, в тебе наконец-то проснулся здравый смысл, и ты решила заговорить со мной? Да? – язвительным тоном ответил Локи, продолжая шествовать по лесу.

– Кто-то поет или говорит, – заключила я, прислушиваясь к странным звукам. – Как будто женский хор.

Локи застыл на месте и развернулся ко мне лицом.

– Ты по дороге никаких грибов часом не пробовала? А то здесь такое растет – месяц будешь концерты в голове слушать.

Я отрицательно покачала головой. Пение стало громче. Меня всю потряхивало от холода и ужаса.

– Вот! Слышишь? – я вся обратилась в слух, прислушиваясь к шепоту, который отчеканивал слова. Иногда его заглушала музыка.

Локи посмотрел на меня, как на сумасшедшую.

– Сигюн, мы в самой гуще леса. Здесь никто не живет.

– Хочешь сказать, что у меня начались слуховые галлюцинации? – возмутилась я.

Трикстер загадочно пожал плечами.

– Неужели ты ничего слышишь? Прислушайся, – взмолилась я.

Локи хотел что-то ответить мне, но я накрыла его рот ладонью. С его уст сорвались невнятные бормотания. Он нахмурился, глядя на меня сердитыми изумрудными глазами.

– Тихо. Слушай, – потребовала я полушепотом.

Несколько секунд мы стояли в полнейшем молчании, а зловещее пение подбиралось ближе, расползаясь по пространству подобно туману.

Бог коварства обхватил мое запястье, заставив убрать руку с его рта.

– Пошли, – приказал он, сорвавшись с места.

– Но я слышу их. Урд предупреждала нас, что на Зеленых Пустошах опасно, – напомнила я.

– Это страшилки, которыми родители пугают своих детей, чтобы они не шастали здесь и не топтали целебные травы, которые собирают местные

колдуньи. Конечно, здесь водятся черные драконы, но уверяю тебя, даже эта скотина в такую дыру не суется.

– А почему? Чего может бояться монстр с гигантскими зубами? – спросила я.

– Болот. Здесь можно увязнуть по самые уши.

Я уловила движение между стволами сосен. Захотелось бежать в обратную сторону, не оглядываясь и не

сбавляя скорости.

– Говорю же, за нами кто-то идет, – не унималась я.

– Хорошо, что ты предлагаешь? – недовольно поинтересовался Локи.

– Хочу, чтобы ты хотя бы этого не отрицал.

– Но я ничего не вижу и не слышу, может, проблема в тебе?

– Вот когда нас порежут на куски, тогда я посмеюсь, – пробурчала я себе под нос.

– Кто и чем? Женский хор нашинкует нас через арфу? Ты же их слышишь, верно? – язвительно подметил трикстер.

– Очень остроумно.

Тень вновь промелькнула среди деревьев. Я застыла на месте, всматриваясь в черноту.

– Решила упростить задачу убийцам и дождаться их? – продолжил сыпать колкостями Локи.

Я прочистила горло, пытаясь обуздать свой страх.

– Кто здесь? – робко спросила я в темноту. Никто не ответил.

– Мы не собираемся причинять вреда лесу или вам, – добавила я после короткой паузы.

Опять ничего, кроме шепота и музыки.

– Знаешь, ты сейчас меня больше пугаешь, чем кто-либо, – сказал мне на ухо бог коварства. – С кем ты разговариваешь?

Он встал за моей спиной и тоже начал вглядываться в силуэты деревьев.

– С совами, – выпалила я.

– Ммм… я восхищен, как ты бегло разговариваешь на совином. Какие еще птичьи языки ты знаешь?

– Куриный. Тебя же я как-то понимаю, – победно улыбнувшись, парировала я.

Локи скорчил недовольную гримасу.

– Почему мы здесь остановились?

– Я пытаюсь наладить контакт с местными жителями, чтобы они не съели нас на ужин.

Трикстер сверкнул изумрудными глазами.

– А, мне все понятно, – веселым тоном проговорил Локи.

– Что тебе понятно? – я подняла голову, чтобы рассмотреть его плечо.

Бог коварства расплылся в хитрой улыбке.

– Ты просто хочешь подольше побыть со мной наедине, – заключил он.

Я скептически хмыкнула.

– Вы раскусили меня, принц. Тут такая прекрасная романтическая обстановка, – съязвила я.

– Кто тебя знает? У вас странные вкусы, ваше величество, – ухмыляясь, ответил Локи.

– Это уж точно, – сказала я и проследовала дальше, осторожно переставляя ноги в низких папоротниках, которые росли настолько близко друг к другу, что скрывали бурую почву.

Я честно пыталась игнорировать голоса, но с каждой минутой они становились все разборчивее и ближе. Меня периодически потряхивало от жуткого холода и мистического пения в самом центре хвойного леса. Как Локи может его не слышать? Может, это действительно эхо, а на самом деле отголоски песен доносятся совсем из другого места? Нет, быть такого не может, я же не летучая мышь, чтобы улавливать низкие частоты на расстоянии нескольких километров.