Топи
Шрифт:
(показывает на череп)
ВЕНИАМИН АЛЕКСЕЕВИЧ
А у меня – в легких.
(усмехается)
Будем знакомы.
ДЕНИС
Точно, бред. И Лиза эта, и вы… и все тут… Крыша едет. Она давит на мозг… Опухоль… И…
Он оглядывается на дверь, будто думая, не стоит ли ему позвать остальных. Комната плывет у него перед глазами.
ВЕНИАМИН АЛЕКСЕЕВИЧ
Что
ДЕНИС
Я как раз… лечиться. В монастырь.
ВЕНИАМИН АЛЕКСЕЕВИЧ
Лечиться? Вишь оно как, вылечиться-то совсем вряд ли… А вот так вот… как я… валандаться… можно. Мне-то ведь уж давно бы пора. А я все тут. Меня сын-то наш, Виталий, в райцентр в больницу пристраивал, да там…
ДЕНИС
Я могилу вашу видел.
ВЕНИАМИН АЛЕКСЕЕВИЧ
(беспокойно)
Какую еще могилу? Что ты, парень, выдумываешь? Вот ведь я, тут. Живой. Могила еще какая-то!
ДЕНИС
Не понимаю…
ВЕНИАМИН АЛЕКСЕЕВИЧ
Меня бабка моя отмолила. За тебя есть тут кому помолиться?
ДЕНИС
Я не хочу. Я тут не хочу вот так… между… Мне нужно обратно. В Москву. У меня еще таблетки от головы… кончились. Теперь вообще кранты.
ВЕНИАМИН АЛЕКСЕЕВИЧ
Да куда хоть тебе в Москву… В Москве сколько продержишься? Да и как? Одно дело – приехать. А уехать – другое. Приезжают-то к нам часто.
ДЕНИС
Я пытался… уйти. Но опять вышел… сюда.
ВЕНИАМИН АЛЕКСЕЕВИЧ
Ну так тебя ж не отпустили. Куда ты собрался? Отпроситься сначала нужно.
ДЕНИС
У кого? Как?
Вениамин Алексеевич садится в постели. Под замызганной майкой – впалая грудь. Он сипло, высоким голосом, страшно похоже на попугая теперь, перхает.
ВЕНИАМИН АЛЕКСЕЕВИЧ
Ты как сюда попал-то, я спрашиваю?
ДЕНИС
Я… увидел. Объявление. Про монастырь. Ну… написал. Мне сказали, приезжай.
ВЕНИАМИН АЛЕКСЕЕВИЧ
Один прям приезжай, сказали?
ДЕНИС
Что? Нет… Нет. Мне сказали, нужно… с собой троих. Взять.
ВЕНИАМИН АЛЕКСЕЕВИЧ
А ты взял?
ДЕНИС
Взял. Я… четверых. Четверых взял.
Вениамин Алексеевич закашливается опять – приступом. Еле отходит.
ВЕНИАМИН АЛЕКСЕЕВИЧ
Ну вот. Это хорошо. Скажи, троих тебе привез, как было сказано. Разреши, дескать, уехать, Хозяин.
Денис смотрит на него остолбенело,
ДЕНИС
У Хозяина надо просить разрешения?
ВЕНИАМИН АЛЕКСЕЕВИЧ
Ну а у кого ж?
ДЕНИС
А искать его где?
Вениамин Алексеевич прислушивается к ночи, которая нависла над домом и давит в окна, и будто бы даже принюхивается к ней.
ВЕНИАМИН АЛЕКСЕЕВИЧ
Сегодня у него промысел. Ночью в монастырь, значит, должен быть. Он в монастырь всегда после промысла ездит.
ДЕНИС
А Хозяин… это… это кто?
ВЕНИАМИН АЛЕКСЕЕВИЧ
А кто над человечьими душами Хозяин? Вот он самый.
ЭКСТ. ОПУШКА ЛЕСА. НОЧЬ
Раздевшийся догола Хорь стоит, руки по швам, у пня. Хозяин, топор на плахе, стоит рядом.
ХОРЬ
Мы же делали все… Все делали, как ты говорил…
ХОЗЯИН
Делали.
ХОРЬ
Ты же обещал нам… что нас не тронешь…
ХОЗЯИН
В круге. Что в круге не трону. Обещал.
Эля подглядывает за казнью мельком, в попытках отползти подальше от поляны – к лесу и освободиться от веревок.
ХОРЬ
Зачем я тебе? Отпусти…
ХОЗЯИН
Время пришло, Хорь. Погулял – и хватит.
ХОРЬ
За что?!
ХОЗЯИН
Тебе не понять. Давай. Хватит разглагольствовать. Становись в позицию.
ХОРЬ
Нет!
Он пытается ударить Хозяина, но руки у него висят, как плети, – и удар выходит бессильный, как в страшных снах. Он колотит Хозяина в грудь по-детски слабыми кулачками – тот усмехается, потом отводит их в сторону.
ХОЗЯИН
Чей ты, Хорь?
ХОРЬ
Твой, Хозяин.
ХОЗЯИН
На колени.
Хорь падает на колени, как будто марионетка. Плачет, а делает.
Эля в очередной раз предпринимает попытку освободиться от веревки, перетерев ее о какой-то сук, – бесплодно.
ХОЗЯИН
Башку клади.
ХОРЬ
Это испытание, да? Проверяешь опять, гражданин начальник?
Хорь послушно, хныча, кладет голову на окровавленный пень, но не вниз смотрит, а вбок, пытается заглянуть Хозяину в глаза снизу вверх.
ХОЗЯИН
Испытание, Хорь.
И вдруг Хорь взвизгивает и бросается бежать.