Топало
Шрифт:
«Видать, наша бабка совсем старая стала, — подумал Топало. — Вторник с выходным спутала. А Зойка хитрая, ей лишь бы поспать».
Топало решил, что бабушке Дусе надо сказать правду: сегодня не выходной, а вторник.
— Евдокия Григорьевна, ты помнишь какой сегодня день? — спросил Топало как бы между прочим.
— Их всего семь в неделе, уж запомню как-нибудь, — сказала бабушка Дуся. — Не иначе сегодня вторник.
— Тогда почему ты стряпню завела? — удивился Топало.
— Давно вкусненького не ели, — сказала бабка, посмехаясь.
— Вкусненькое
— Дырявая у тебя память стала, — сказала бабушка, — Как решето. Забыл, что у нас сегодня гости будут?
— Во вторник гостей не бывает, — уверенно заявил Топало. — А Зойке нечего дрыхнуть. В школу пора. Опять на первый урок опоздает.
— Голова у тебя — решето, — снова повторила бабушка, уминая тесто. — У Зойки зимние каникулы начались. А сегодня к нам приезжает Валюшка и привозит вашего городского Родьку. Забыл, с кем на пароходе ездил? Голова твоя — решето!
— Не решето! — Топало так запрыгал и захлопал, что проснулась Зойка.
— Ты чего скачешь? — спросила она, зевая. — В каникулы поспать не дают.
— Голова моя — не решето! — воскликнул Топало. — Я знал, что приезжают Валюшка с Родькой, только не думал, что во вторник. Кто во вторник ездит?
— Дался тебе этот вторник, — проворчала бабушка. — Чего им субботы ждать? Родьку родители отпустили к нам в гости, у него тоже каникулы начались. Наша Валентина им пообещала: «Увезу вашего Родьку и обратно привезу».
Зойка потянулась, зевая:
— Вот и хорошо, что вторник, — натянула на себя одеяло. — Каникулы только начались. Я ни за что не встану, пока печка не протопится. Когда станет тепло, тогда и встану.
— Больно умная, — сказал Топало. — Я с поля уже стог сена привез, а ты все дрыхнешь.
Тут Зойка окончательно проснулась.
— Ты ночью за сеном ходил? — не поверила она.
— Не ночью, а ранним утром, — поправил Топало, — И кое-что там произошло, — таинственно добавил он.
— Волка встретил? — спросила Зойка.
— У тебя только волки на уме. Будто кроме волков и встретить никого нельзя.
— А кого еще? — озадаченно спросила Зойка. Если бы Топало встретил лису или зайца, то и рассказывать об этом бы не стал, он их каждый день встречает.
— Значит, медведя, — подумав, решила Зойка.
— Зимой медведи в берлоге спят. Не первый день живешь, — сказал Топало. — Бестолковая!..
— Сам ты бестолковый! — обиделась Зойка.
Они начали препираться.
Бабушка Дуся стряпала ватрушки и не очень-то вслушивалась в их разговор. Она думала о том, что к вечеру, когда приедет Валюшка с незнакомым ей мальчиком Родькой, надо будет пельменей настряпать, а потом баньку затопить.
Валюшка
Болело сердце у бабушки Дуси за свою дочь Валюшку, у которой так неудачно сложилась жизнь. Муж достался дурак, бросил ее, уехал. Что бы Валюшка делала, если бы не она, бабка Дуся? Кто бы Зойку воспитывал? Слава богу, бог здоровья дал, внучку она поднимет на ноги. Пусть Валюшка думает о своей судьбе. Или уже умные парни перевелись?
Невеселые мысли были у бабушки в голове, когда она стряпала ватрушки.
А Зойка между тем выпытывала у Топало, кого он встретил в поле.
— Сорока сидела на стогу, вот ее и встретил, — посмехался домовой.
Их разговор прервала бабушка.
— Иди, Зойка, на конюшню, возьми Воронка, — сказала она. — Конюх наш дед Никифор даст. Вместе с Топало поедете на станцию встречать гостей.
Зойка соскочила с кровати. И что она разлеживается, когда сегодня приезжает такой гость как Родька? Надо пол помыть, все прибрать, тропку у крыльца расчистить, ну, это уж пусть делает Топало.
— Бабушка, а скоро ехать на станцию? — спросила Зойка.
— Тебе уж не терпится. Электричка в три приходит. Часа в два и выезжайте. До станции четыре километра. Если бы Валюшка была одна, пешком бы добежала.
— Родька еще ни разу на санях не ездил! — сказала Зойка. — Он даже лошадь ни разу не запрягал!
— Не такое простое дело лошадь запрячь, — сказала бабушка. — И что ты расхвасталась, как наш Топало.
— Я, бабушка, нечаянно, — сказала Зойка. — Дед Никифор еще ни разу мне не давал запрягать. Он говорит, что у меня руки слабые.
Дорогие гости
Поезд уже подходил к станции. Он замедлял ход и пытался остановиться, но некоторое время еще двигался. Наконец, успокаиваясь, замер.
Станция Шальники была оживленной только летом, а зимой здесь сходили редкие пассажиры.
Так что Зойка увидела сразу маму Валю и Родьку.
— Мама! — закричала она.
Они бросились друг другу навстречу и стали целоваться. Зойка целовалась с мамой, но косила глазами на Родьку. Он стоял, переминался и делал вид, что рассматривает станцию.
— Здравствуй, Родька! — сказала Зойка и чинно подала ему руку.
— Здравствуй, Зойка, — сказал Родька и тоже чинно подал ей руку.
— А что же ты, Зойка, с капитаном Петровым не здороваешься? — немного смущенно спросила мама.
И тут только Зойка увидела капитана Петрова, который стоял в сторонке. Она бы его даже не узнала, потому что он был без формы — в курточке, вязаной шапочке, совсем не видный.
— Здравствуй, Зойка! — капитан Петров подошел и обнял ее за плечи. — Ты совсем взрослая стала.