Топ-модель

Валяев Сергей

Он волочит по бетону это несчастное тело, и я вдруг осознаю: оно принадлежит мне. Мне?! Это мое тело! Полумертвая девушка - это я! Я?!

Затем страшный человек в маске зайца отпускает тело, выуживает из кармана брюк ключи, звенит ими, открывает замок. Этот замок держит засов в металлической клетке, где, оказывается, нахожусь я.

– Детка в клетке, - подхихикивает палач, заталкивая мое тело в железную западню.
– Отдохни, осмотрись, потом мы с тобой поиграем во врача. Или в таксиста. Или в учителя. Это по твоему желанию, девочка моя.
–

Ай-яя, какой цвет лица нехороший.
– Переживает, закрывая амбарный замок на ключ. Потерпи, Машенька, - шаркает в сторону умывальника, шумит там водой. Сейчас будет хорошо, - возвращается с кувшином, - сейчас наша красавица оживет, - и обрызгивает лицо лежащей девушки - и мое ирреальное я проникает в её бездыханное тело и... Тьфу!..

Что такое? Где я и что со мной? Я - в джакузи, заполненной водой. Забывшись во сне, я отхлебнула мыльной водицы. Прекрасно! Снова проклятые и кошмарные ведения. Какая-то клетка и все тот же живодер в маске зайца? Почему он преследует меня. Кто он такой? И что нужно от меня? Кто мне ответит?

Обливаюсь холодной водой - прочь сны, рождающие теплым мраком забытья. Прочь кошмары и ужасы! Да здравствует солнечный день!

Влетаю в комнату, готовая к самому решительному бою. Просыпающаяся Женя хвалит меня и спрашивает, куда это я так активно собираюсь.

– Как куда? На подиум, - натягиваю прорезиненные джинсики и веселенькую, в цветочках маечку.
– А что?

– Не забудь сотовый, - напоминает.
– Не нравится мне этот хаос вокруг тебя

– А что делать?
– отмахиваюсь.
– Зато интересно жить. Как на вулкане.

– Попа у тебя больно провокационная, - нелогично отмечает Евгения.
– С точки зрения мужчин, конечно.

– Спасибо, - смеюсь.
– Все делается по плану, разработанным товарищем чекистом Стаховым.

– Он авантюрист, - утверждает Женя.
– Ты-то будь благоразумнее.

– Это как получится, - и, схватив со столика телефончик, говорю в него нарочно: - Я - "Маруся", я - "Маруся"! Прием-прием, выхожу на спецзадание.

– Дитя неразумное, - комментирует Евгения мое поведение.
– Наломаешь ведь дров.

– Непременно, - и, отмахнув руками, как птица крыльями...

И почему не умею летать? Ф-ф-фьюить - и над задымленными полями, лесами, перелесками и дорогами, ф-ф-фьюить - и над суматошливыми городами, ф-ф-фьюить - и ты уже в гнезде, в смысле, на нужном месте.

Выпадаю из подъезда и... подпрыгиваю сантиметров на десять. От удивления. Вороной джип Стахова стоит у парадной двери, как сказочный конь Сивка-бурка перед добрым молодцом. А где же он сам?

Заглядываю в салон - "добрый молодец" дрыхнет без задних ног. Но с серьезным ликом небритого непримиримого бойца.

Ах ты, лапочка моя, умиляюсь и пальчиком стучу по стеклу.

Алекс открывает глаза, сурово глядит на того, кто его посмел потревожить.

– Привет, мой свет, - открывает дверцу.
– Садись, "Маруся", покатаемся.

Я удивляюсь: он здесь провел всю ночь?

Почему?

– Бензин кончился, - и хрустит ключом зажигания.
– А теперь есть - за ночь накапало.

Я смеюсь и выражаю надежду, что дежурил Алекс не по причине оперативной необходимости?

– Вся наша жизнь требует оперативного вмешательства, Маша, - отвечает и сообщает, что навел справки по "Русскому видео-М".
– Лукавая контора. Занимается рекламной кинопродукцией...

– Кинопродукцией? Какой такой?..

– Кино про любовь. В чем мама родила.

– Не может быть?
– не верю.

– Почему не может быть? После наркотиков и продажи оружия идет проституция и порнография. Бизнес, Мария.

Я все равно не верю: неужели весь модельный бизнес лишь ширма?.. И осекаюсь - в памяти мелькает последнее кошмарное видение, когда мое я находилось в некой страшной клетке, куда маньяк затащил полумертвое девичье тело, так похожее на мое...

Истолковав мою заминку по-своему, Стахов объясняет, что, видимо, существует некая группа оборотистых господ, заколачивающих монеты не только на пустых показах одежды, но и на более серьезных мероприятиях, как-то наркотики, проституция, порнография.

– И что делать?

– Жить, - ответил охотник на людей.
– В предлагаемых условиях. И действовать.

– Действовать?

– Ты действуешь, как договорились вчера.

– А как мы договорились?
– искренне забыла.

– Маша, - с укоризной проговорил Алекс.
– Ты должна играть простушку. У тебя роль доверчивой жертвы.

– Жертвы?
– вздрогнула.

– Что-то не так, Мария?

– Не знаю, - поежилась.
– Такое впечатление, что ко мне липнет всякая грязь.

– Если я тоже грязь, - рассмеялся менхантер, - то лечебная.
– И попросил, чтобы я рассказала о своих страхах и подозрениях касательно сумасшедшего "поклонника".

Врагов у меня нет, утверждаю. Откуда явился в мою жизнь этот психопат не знаю. И знать не хочу. Может быть, реализовался из моих детских кошмаров. Например, в "садике" нас ежемесячно проверял врач, мы его боялись, и однажды мне привиделся кошмар, в котором этот дядечка в медицинском халате хотел отрубить мне пальцы на руках и ногах. Или ужас с учителем химии, любителем растворять в кислоте непослушных учениц, предварительно расчленив их на удобные кусочки.

Выслушав мои душевные откровения, охотник на людей издал нечленораздельное мычание, мол, всякое видал, но такие сложные психические завихрения? И у кого? У такой миленькой простушки?

– Подобное на яву происходило?

– Слава Богу, нет.

– А Евгения говорила о каком-то скандале, - напоминает, - на море?

– Там я не жертва, а - наоборот, - и коротко рассказываю о конфликте между приморской девочкой и приезжим столичным донжуаном.

Выслушав меня, Стахов неоригинально заключает, что истоки сегодняшних моих проблем могут заключаться в давнем происшествии.