Тонкая шелковая нить

а воздух был на вкус как дождь

сырая мята на ладони

ты думал что уже не ждешь

а он напомнил

вкус поцелуя и глоток вина

лаванды запах

нитка тонкая

разматывается с веретена

шелковая

пусть голос прозвучит в безмолвных небесах

внимательная птица режет ветер

ножом

крыла

деревья парка поднимают ветки

и облака качают на весах

как в первый день творенья тьмы и света

я углубляюсь в пустоту и тени

где прошлое запутавшись в кустах

цветными лентами отпугивает страх

пугливой кошкой прячась средь растений

с недоброю ухмылкой на устах

дорожки сада пустотой полны

ведь ты по ним со мной не проходила

сочится солнце сукровью в индиго

воспоминанья страха и вины

и ревности и боли и надрыва

на вербиих обесихом органы

день пробегает по аллеям псиной

спеша с нелепой важностью дворняги

со мною рядом

наберусь отваги

на выдохе как перед рюмкой спирта

и память исповедую бумаге

на реках вавилонских мы с тобой

сидели плача

музыка звучала

играли дети весело с судьбой

а их мамаши мерялись речами

и груза лет почти не замечали

как теней ухажеров за спиной

подростки стайкой узнавали яд

в крови греха а также счастья сладость

и грех и счастье так перемешались

что различить их непосильный труд

который я оставил бы на старость

когда я как мыслитель стану крут

оставим прошлое лежать, как оно есть

бездомным алкоголиком на травке

последнее на выпивку потратив

сберег он на груди нательный крест

блаженны пьяницы лежащие окрест

молитва оставляет след на небе

инверсионный

или это лайнер

в котором пассажирами желанья

мои мольбы не о насущном хлебе

но о вине дарующим забвенье

Ромео жизнью не научен

он не по-взрослому беспечен

идет походкой неприрученного

не оборачиваясь на женщин

ему бы знать простые правила

любовь потребует финансов

цинизма лжи

а он фатально

любил Джульетту а ни шанса

не знал глупыш суровой правды

был к лицемерью не приучен

он получил свою награду

походку зверя неприрученного

увы Ромео обречен

не доживет до старца согбенного

горит любовь его свечей

господний меч пылает огненный

сентябрьский

дождь осенний вечер

московских улиц пустота

Отелло в ревности замечен

его любовь и жизнь проста

о мавр! смешны же ваши слезы

в московский вечер дождевой

и нет ответа на вопросы

и мавр один в ночи живой

и пение сирен

и дудка Крысолова

пока звучит свирель

не высказано слово

ты веришь в силу слов

в монетку на удачу

хохочет Крысолов

а дудка его плачет

любовь как сон недолговечна

она красива но беспечна

не создает запасов впрок

любовь играет словом вечность

на это возразить ей нечего но

суров и прозаичен рок

и ни надежда на удачу

ни слезы если ты не плачешь

не значат ничего поверь

запомни что любить что верить

стучаться в запертые двери

любовь и есть входная дверь

ноябрь туманом укрывает тайны

волшебный шар прокатится по небу

секретный код разгаданный случайно

жизнь глупый ребус

пройди по улице как можно незаметней

туман укроет твои слезы милосердно

шпион в чужой столице и столетье

и с тайной в сердце

чужая речь вокруг тебя летает

как старый голубь птица-попрошайка

ноябрь туманом укрывает тайны

и ребусы с улыбкою решает

в этот день ты родился

занесло тебя

в мир пропахший лицемерием кошками и ложью

нежный

голос матери и хрипловатый голос отца

рассказали тебе вкратце всю историю

человечества

день твоего рождения

был наверное так же незаметен и сер

как совиные крылья в осиновой роще

удивление в твоих глазах постепенно

сменилось на любопытство растерянность и страх

если быть точным, не годы шли а ты

проплывал мимо вечности в лодке

но голос нежный матери и грубоватый отца

останется в твоей душе до самого конца

сорок пятая годовщина твоей плоти

ты ярость пьешь как красное вино

месть неба не замедлит состояться

твоя дружище жизнь как хрупкое стекло

расколется от прикосновенья пальцев

прислушайся к предупрежденью сердца

и ярость сладким ядом истечет

по венам вглубь