Томек в стране кенгуру
Шрифт:
– У меня превосходная идея. Вместо того, чтобы печалиться о потере лошадей, давайте будем играть в Стшелецкого.
– Что с тобой, браток? – встревожился боцман, так как подумал, что у мальчика начался бред от жары.
– Со мной ничего, – ответил Томек. – Я думаю, что, если мы чем-нибудь займемся, то перестанем думать о нашем положении.
– Как же об этом не думать! – вздохнул боцман.
– Можно, можно, только надо очень захотеть, – твердо сказал Томек. – Будем играть в Стшелецкого!
– Что ж это за игра такая? – спросил боцман, чтобы
– Я буду Стшелецким, а вы дедушкой Бентли. Мы теперь находимся в непроходимом скрэбе, как это рассказывал Бентли. Мы застрелили лошадей, чтобы они не мучились от жажды.
– Порядок, мой ты Стшелецкий. Клячи уже зарезаны и что дальше?
– Переждем бурю и пойдем на юг в Порт-Филлип. Наш лагерь будет называться тоже Порт-Филлип.
– А мы туда дойдем без пищи и воды? – печально спросил боцман.
– Это очень хорошо, что у нас нет воды. Нас должны мучить и голод, и жажда. В противном случае игра ничего не стоит. Я теперь выброшу последнюю небольшую консервную банку, чтобы у нас не было никакого искушения. Раз голод, так голод!
– Легче на поворотах, браток! – поспешно возразил боцман. – Играть играем, но без выбрасывания банок!
– Ну что ж, в конце концов, ничего. Пусть банка останется, теперь мы пойдем спать. Может быть, скорее пройдет время до конца песчаной бури, – предложил Томек.
– Идет! Кто спит, тот не думает и восстанавливает силы, – похвалил Томека боцман, обрадованный хорошим самочувствием мальчика.
Они легли, положив головы на седла. Закрыли усталые глаза. Моряк был рад, что его молодой друг не отдает себе отчета в положении, а Томек тем временем, пряча лицо, молча глотал слезы. Он боялся ужасной смерти от голода и жажды, печально вспоминал об отце, который уже, наверно, бросился на поиски, несмотря на разгулявшуюся песчаную бурю.
«Как только утихнет горячий ветер, мы пойдем пешком в лагерь, – решил он про себя. – Ах, если бы тут были отец или Смуга!»
Наконец усталость взяла верх над печальными думами. Сон смежил ему веки, но и во сне его мучила тревога. Ему приснилась страшнейшая буря на море. Ослепительные молнии разрывали небо, гремел гром... «Аллигатор» ежеминутно заливали огромные волны. Томек стоял на верхней площадке. Он давал приказания перепуганному экипажу. Как вдруг огромная волна накрыла палубу и судно скрылось в морской глубине. Он хотел кричать, но вода залила ему рот...
Он проснулся, почувствовал, что его тянут за руку. Ночные видения сразу же пропали. Но шум волн не прекратился. Даже седло, служившее ему подушкой было мокрым, а по лицу Томека текла вода.
«Боже мой, я с ума сошел от жажды!» – испуганно подумал Томек.
В это время он услышал громкие слова боцмана:
– Вставай, браток! Это проклятая страна! Только что у нас языки высыхали от жажды, а теперь мы готовы утонуть. Мы находимся в русле какой-то высохшей реки. Улепетываем отсюда, а то потонем как крысы!
Томек проснулся окончательно. Значит, вода шумела наяву! У них теперь целая река
– Бери хлопушки! Я возьму седла! – крикнул он. – Давай отсюда скорее! Слышишь, как вода гремит по ущелью?
Томек схватил одежду. Сразу же двинулся за боцманом, несшим на плечах седла. Под их ногами хлюпала вода. Дождевые капли приятно охлаждали разгоряченные тела. Но опасность росла с минуты на минуту, потому что уровень воды поднимался с удивительной быстротой.
– Ах, чтоб тебя...! – выругался боцман, стараясь перекричать шум воды. – Мы не успеем выйти из ущелья!
– Попытаемся взобраться на вершину холма, – посоветовал Томек.
Стены ущелья были очень круты, а темнота не давала возможности найти удобное место. Тем временем вода уже достала Томеку по пояс. В конце концов боцману все же удалось найти пологий подъем. Он сначала помог Томеку взобраться на высокое место, а потом подумал о себе. Бросил седла на землю. Уселся рядом с Томеком и спросил:
– Ну, и что же, господин Стшелецкий? Мы готовы были рассохнуться без воды, как старые бочки, а теперь чуть-чуть не утонули в реке.
– Это верно, в Австралии даже играть трудно без препятствий. Здесь все происходит наоборот. Говорят, что здесь недостаточно воды? – пробормотал Томек. – Удивительная страна... На всякий случай не называйте лучше меня именем покойного путешественника.
Суеверный боцман немедленно умолк. Их отчаянное положение усугубляли молнии, разрывавшие черные тучи. По степи перекатывался глухой грохот грома. Дождь лил без остановки, как из ведра. Горячий северо-западный ветер вел отчаянную борьбу с бурей, идущей с юга.
Незадачливые охотники сначала обрадовались дождю. Он облегчал жару и давал возможность вволю напиться. Вскоре, однако, сильный ветер, несущий потоки воды, стал невыносимым. Надо было поискать укрытия.
Они ощупью двинулись вперед. Скользили по размокшей земле, падали, и наконец присели за большим камнем, который хоть немного закрыл их от прямых ударов ветра. Буря с молнией и громом продолжалась до утра. Перед самым восходом солнца воцарилась недолгая тишина. Томек и боцман с облегчением и радостью встретили огромное жаркое солнце, вставшее над линией горизонта.
XV
Уходите отсюда немедленно
На смену ночи, полной событий, пришел жаркий, солнечный день. Изнуренные охотники держали генеральный совет. Они решили оставить поиски убежавших лошадей. Ведь нельзя знать, что с ними произошло. Может быть, в степи сожрали их хищные динго, а может быть, лошади сами вернулись в лагерь.
В последнем случае можно было ожидать помощи со стороны друзей, которые, вероятно, сразу же бросятся на поиски пропавших товарищей.
– И так, и сяк рассчитывать мы можем только на себя, – говорил боцман. – Лучше всего давай съедим сейчас последнюю банку консервов, а потом перед выходом в путь вздремнем немного, чтобы набраться сил для дальнейшего похода.