Том-Укротитель
Шрифт:
Том совсем развеселился:
– Кого я вижу! Это же Остин… Остин Алькандер, отъявленный мошенник. По твоей заднице давно плачет хорошая плетка! Здравствуй, Остин!
Бандит с вытаращенными глазами и высунутым фиолетовым языком ничего не видел, не слышал и был не в состоянии говорить.
Теперь Том, соблюдая осторожность, смог убедиться, что бандит пришел один. Он положил неподвижного пленника на стол, только что служивший кроватью, затем вынул ключ снаружи и, закрыв дверь изнутри, спокойно произнес:
–
Но тот не отвечал и более того, кажется, перестал дышать.
Том забеспокоился:
– Должно быть, я перестарался. Черт побери! Мне все чаще изменяет чувство меры.
Укротитель ущипнул бандита за мочку уха, несколько раз шлепнул по щекам и с удовлетворением констатировал [110] , что тот в порядке.
Глубоко вздохнув несколько раз, мистер Остин Алькандер оглушительно чихнул, сотрясясь всем телом.
110
Констатировать – устанавливать факт, наличие чего-либо; подтверждать, свидетельствовать.
Ковбой церемонно склонил голову:
– Будь здоров, мой мальчик!
Гот привстал, растерянно посмотрел на Укротителя и, узнав его, затравленно улыбнулся. Затем пролепетал:
– Ах, это ты… Том?
– К твоим услугам, дорогой…
– Том! Ох! Черт побери! Почему ты здесь?
– Просто гулял!.. А ты?
– Все шутишь. Я, к сожалению, ничего не могу тебе сказать.
– Милый мой, – широко улыбнулся Том, – ты же хорошо меня знаешь. У тебя на щеке след моих шпор. Уверяю, сейчас твоя шкура не стоит и цента…
– Да, я знаю. Как хорошо, что именно ты оказался в этом доме.
– Ну да? Это почему же?
– Тебе, должно быть, известна тайна, которую хранят супруги Диксон.
– Выкладывай, в чем дело! И быстро, недоносок… я спешу.
– С тобой, насколько я помню, можно поговорить и договориться.
– Последнее очень разумно.
– Послушай. Ты получишь двести тысяч долларов, если заставишь говорить эту парочку в подвале. Мы хотим узнать тайну их сокровищ.
– Что за сокровища?
– Какое тебе до этого дело? Твоя доля – двести тысяч долларов. Пять миллионов французских франков.
– Ты так богат… сегодня?
– Достаточно, чтобы заплатить эту сумму. По предъявлении чека ты получишь их наличными в Национальном банке.
– Слушай, Остин, скажи, на кого работаешь, и я отпущу тебя…
– А разве я не могу работать самостоятельно?
– Для этого ты слишком мелкая сошка. И больше всего похож на заурядного жулика, исполнителя чьей-то воли. Говори быстро, кто твой шеф!
– Не могу. Соглашайся лучше на мое предложение. Достаточно твоего устного согласия, и дело в шляпе.
–
– Ну и кретин! Чего тебе надо?
– Чтобы ты освободил этих несчастных в подвале.
– А если я откажусь?
– Я поступлю с тобой как индейцы со своими жертвами… Тебе известны пытки краснокожих? Они умеют развязывать языки самым строптивым.
– Попробуй только!
– Ну что ж, придется…
Несмотря на боль в плече, Том снова положил бандита плашмя на стол, засунул ему в рот кляп, свернутый из носового платка. Крепко связал руки и ноги.
Во время этих действий Укротителю пришла в голову простая мысль. Надо обыскать прохвоста! В карманах жулика Том обнаружил чековую книжку, две банкноты по сто долларов каждая, какие-то бумажки, нож и связку ключей.
Он осмотрел ключи, некоторые были довольно необычной формы, и его осенило:
– Остин! А не могу ли я этими ключами освободить моих друзей? Попробую! И немедленно!
Укротитель зажег лампу, распахнул ударом ноги дверь в подвал, спустился вниз, прыгая через ступеньки, и предстал перед изумленными супругами.
– Это вы… и так быстро, мой мальчик? – воскликнула миссис Диксон. – Вы пришли нас освободить?
– Надеюсь, мадам, – волнуясь так, как не волновался даже перед смертельной опасностью, ответил молодой человек.
Том рассмотрел замок, сравнил его отверстие с формой одного из самых маленьких ключей и пробормотал:
– Кажется, этот…
Два оборота… два сухих щелчка… клац! клац! И замок открыт. Стальной пояс, а вместе с ним и цепь с грохотом упали на каменный пол.
– Свободна! Я свободна! Благодарю вас, мой мальчик! Теперь я увижу ее!.. Мою Джейн!
Переполнявшие миссис Диксон слезы упали на руки Укротителя. Тот вздрогнул и пролепетал:
– Мадам… не стоит… я всего лишь выполняю свой долг.
И, отведя заблестевшие от подступивших слез глаза, он уже другим ключом открыл замок, сковывающий мистера Диксона.
Едва веря собственному счастью, еще боясь оказаться жертвой дьявольской игры воспаленного воображения, несчастные чуть не задушили в объятиях Тома, вырвавшего их из лап смерти.
Гризли-Бен сбивчиво и возбужденно проговорил:
– Вы спасли нас! Вернули… свободу… мы скоро увидим нашу дочь… Том!… дорогой друг… У вас такое доброе сердце… Мы вам обязаны этими минутами счастья и никогда не перестанем вас благодарить!..
– Мистер… мистер Диксон!… я прошу… мне неловко, я разделяю вашу радость… Но… позвольте напомнить: мы еще не выбрались отсюда.
Оставив счастливых супругов, ковбой поднялся бегом по лестнице на кухню. От радостного возбуждения Том не чувствовал своей раны. Молодой человек без видимых усилий схватил Остина, – у того был очень жалкий вид, – и, словно гигантскую куклу, потащил вниз.