Том 3. Пьесы 1862-1864

Островский Александр Николаевич

Поспелов

Теперь я лишнее бревно в избе.

(Уходит в боковую дверь.)

Входят Семенов, выборные и народ.

Явление четвертое

Минин, Аксенов, Семенов и выборные.

Семенов

Кузьма Захарьич! ведомо тебе, Что мы всем миром посылали к князю Димитрию Михайловичу в Пурех Нижегородцев, выборных людей Из всех чинов, с великим челобитьем. Да будет ведомо тебе, что стольник Князь

Дмитрий наше челобитье принял И приказал сказать всему народу Нижегородскому свое решенье: Что ради веры пострадать готов И собирается к нам в Нижний наспех. У сбора же казны и у раздачи На жалованье ратным людям денег Князь приказал приставить человека Бывалого, из лучших из посадских. Да будет ведомо, Кузьма Захарьич, Что мы, поговорив между собою, С посадскими и всякими людьми, Приговорили кланяться тебе И звать к мирскому делу неотступно.

Один из выборных

Уж не впервой тебе, Кузьма Захарьич, За дело земское руками браться. Мы много милостью твоей довольны. И в этом разе ты нас не покинь.

Все кланяются.

Другой выборный

Кузьма Захарьич! мы к тебе с поклоном, С великим челобитьем прибегаем. Ты нашей просьбы не оставь! Всем миром Тебя мы просим: послужи ты нам!

Все кланяются.

Голоса

Кузьма Захарьич, послужи! — Кому же, Опричь тебя и некому у нас! — Все просим: послужи, Кузьма Захарьич!

Кланяются.

Татьяна Юрьевна, Нефед и Поспелов смотрят из боковой двери.

Минин

Благодарю, что вспомнили меня, И низко кланяюсь. За честь спасибо!

(Кланяется.)

Есть поумней меня и побогаче, Да и постарше, прежде тех просите!

Голоса

Нам никого не надо! — Не хотим Другого! Ты нам люб! — Тебя мы просим!

Минин

Не бегал я от службы никогда, Для дела земского бросал заботы Свои домашние, семью, торговлю, Радел, чтоб застоять да не обидеть Молодших братий…

Голоса

Мы тобой довольны, Кузьма Захарьич, ты об нас радел.

Минин

Вот и недавно подняли мы дело, И малое начало положили Великому. Жалел ли я себя? И деньги и добро принес я первый. По-моему-то, всем так подобает; А может, кто жалеет. Как тут быть! Как тут орудовать! Один и душу Рад заложить; другому жаль копейку. Стань принуждать, его обидишь кровно. И только грех, да брань, да уреканье! Послужишь Богу, так людей обидишь! Людям служить, так Богу согрешить! Кому служить-то: людям или правде?

Голоса

Ты

правде послужи, Кузьма Захарьич!

Минин

Служил бы правде, силы не хватает, Последнюю на службе истерял. Работал много, наработал мало! Хлопот по горло, дела на алтын! Любовью начали, свели на ссору! Хотели волей собирать подмогу, Теперь хоть силой отымай, так впору. Что ж, мне стоять с ножом у горла, что ли? Что было силы, послужил народу — Уж не взыщите, утрудился больно.

(Кланяется.)

Задние

(передним)

Просите! Кланяйтесь! Что так стоите!

Передние

(кланяются)

Кузьма Захарьич! Пожалей ты нас! Мы без тебя — без рук. Все дело прахом Рассыплется. Не совладать другому, Напортит только. — Где другому сделать!

Минин

И не просите лучше, не могу.

Выборный

Кузьма Захарьич, может, ты серчаешь На нас за что? Так гнева не держи! Вину и виноватого поведай! В чем проступились, в том и повинимся.

Минин

Другому кланяйтесь, я не слуга вам! Последнее вам слово говорю.

(Садится к столу и закрывает лицо руками.)

Голоса

Татьяна Юрьевна! ты, Петр Аксеныч, Покланяйтесь да попросите с нами!

Татьяна Юрьевна

(с поклоном)

Не наше дело, батюшка; не смеем.

Аксенов

Не все ж ему плясать по вашей дудке! Не в час пришли, так лучше воротиться, Да сызнова прийти, да поклониться.

Все кланяются.

Татьяна Юрьевна

Прощенья просим!

Голоса

С Богом оставаться!

(Уходят.)

Явление пятое

Минин, Аксенов, Поспелов и Нефед (смотрят в окно), Татьяна Юрьевна (у боковой двери).

Минин

Ушли! Ну, слава Богу! легче стало! Душа моя открыта перед Богом, Я рад служить, рад душу положить! Я к делу земскому рожден. Я вырос На площади, между народных сходок. Я рано плакал о народном горе, И, не по летам, тяжесть земской службы Я на плечах носил своей охотой. Соблазну власти я не поддавался; И как наседка бережет цыплят, Так я берег от властных и богатых Молодшую, обидимую братыо. Теперь зовут меня, а я нейду; Я не пойду служить, пока весь Нижний В моих руках не будет поголовно Со всем народом и со всем добром.