Том 3. Пьесы 1862-1864

Островский Александр Николаевич

При тебе, Андрей Семенович, такие речи Он говорит. Возможно ли терпеть!

Минин

(показывая на Биркина)

Ты видишь, терпит.

Воевода

Замолчи, Кузьма!

Минин

Я замолчу, да уж и он не скажет Ни слова больше, головой отвечу,

Семенов

Так

я скажу. Я замысел твой вижу. Не смуту — нет! — ты смуты не затеешь, Ты от казны попользоваться хочешь, Чужой копейкой поживиться, вот что! Вы все барышники!

Минин

Очнись, Василий Семенович! Ты старый человек! По дурости ты это говоришь Или по злобе на меня — не знаю. Нет, я души своей не продавал И не продам. Душа дороже денег, Мы знаем твердо, ты не позабыл ли? Мы тем живем, что Бог в торгу пошлет; К поборам да к посулам не привыкли; Добро чужое честно бережем, А истеряем, так своим заплатим. Ты будь покоен, я и не возьмуся Ни собирать, ни соблюдать казну: Мы старикам дадим на сбереженье, Уж только не тебе, ты не взыщи! Вот Петр Аксеныч, человек бывалый! Найдутся и другие послужить Для дела земского.

Аксенов

Бог даст, послужим. Не в тягость служба, коли дело Божье Да земское.

Воевода

А много ли собрать Мекаете? Вам это дело ближе, Виднее.

Минин

Прикажи нам кликнуть клич, Тогда увидим.

Семенов

Много не сберете.

Аксенов

Что Бог пошлет, и тем довольны будем. Ты прикажи, Андрей Семеныч, кликнуть!

Воевода

Все просите?

Голоса

Все, все, Андрей Семеныч!

Воевода

Ну, кличьте, с Богом!

Семенов

(Минину)

Соберешь алтын За гордость за свою.

Минин

Не ошибись!

Аксенов

Благодарим тебя, Андрей Семеныч, Что ты позволил нам к народу кликнуть И собирать казну на Божье дело! За что бы, кажется, благодарить! Свои мы деньги соберем, положим Свои труды; да ведь другой, пожалуй, И помешал бы нам, а ты велишь. Так уж тебе спасибо и за это!

Минин

Князья, и воеводы, и бояре, И все честные люди, посудите Своим умом и разумом

великим Мою простую речь! Не обессудьте, Что я, помимо старших, затеваю Такое дело! Не своя гордыня Ведет меня. Гордыня — вражье дело; А я слуга, я раб велений Божьих. Сегодня ночью преподобный Сергий Мне, грешному, явился, и велел он Будить народ и поспешать к Москве. Когда я близким стал про это чудо Рассказывать, в тот самый час гонцы Явились с грамотой архимандрита. И мнится мне, что сам угодник Сергий Ее прислал. Бояре, воеводы! Я чудо Божье утаить не смел И вам поведал все как перед Богом, И слушать и не слушать ваша воля; А мне одно: служить я буду Богу. Я раб, пославшего творю веленья, Пока исполнится завет Господень, Пока кремлевские увижу стены.

Голоса

Иди, иди к Москве, Кузьма Захарьич! Тебя Господь поддержит, укрепит!

Воевода

И мы по силе, по мочи поможем.

Голоса

Поможем все тебе! — Поможем все!

Воевода

А грамоту снесите к протопопу, Чтоб завтра за обедней прочитал. Велите в колокол большой ударить, Чтобы народу собралось побольше.

Семенов

А где свинцу да пороху возьмете? Без огненного бою как соваться!

Минин

Займем в Казани, там в остаче много.

Семенов

А не сберешь ты войска, что тогда?

Минин

Один пойду.

Семенов

Один — не ратник в поле.

Поспелов

Ты не один пойдешь, и мы пойдем. Посадские, торговые помогут Вам деньгами, а мы все головами.

Дети боярские

Мы все идем с тобой, Кузьма Захарьич!

Поспелов

Никто меня здесь, в Нижнем, не удержит! Служилые, воинские мы люди, Мы по приказу шли и умирали. Велят — иди и голову клади; Теперь без зова я иду, охотой! Уж умирать, так за святое дело!

Колзаков

Тебя Господь своим сподобил чудом; Иди же смело в бой, избранник Божий! И нас возьми! Авось вернется время, Когда царям мы царства покоряли, В незнаемые страны заходили, Край видели земли, перед глазами Земля морским отоком завершалась И выл сердито море-окиян. Довольно бражничать! Теперь есть дело: Точить оружие, в поход сбираться!

Воевода