Толстый
Шрифт:
— Понял. Что?
— Короче, спать ложись, завтра, если не забуду, подробнее проинструктирую. Не забудь только, что герои и гибнут чаще. А вот живой герой, тот да, спросом пользуется.
Утром оба встали как по расписанию, крепкое здоровье не позволило похмелью выбить их из седла. Теперь, наскоро подлечившись пивом (во избежание продолжения употребили одну банку на двоих), они быстро собрались и направились на выход. Выходили медленно и с опаской. Первым делом следовало оценить обстановку. Наличие поблизости небольшой стаи мутантов напрягало, но не было критичным. Патроны пока что имелись, при желании можно засесть на закрытой позиции и отстрелять
Первым мутантом, встреченным ими, был мелкий тощий упырёнок, которого так и тянуло назвать бесом. То ли ребёнком был при жизни, то ли просто такой маленький. Он сидел в уголке и старательно поглощал селёдку из пластиковых банок, открыть консервы ему было не по силам, а мясо и колбасу съели более удачливые сородичи.
На спустившихся сверху людей он поначалу внимания не обратил, ну, идут какие-то двое, агрессии не заметно, еду не отбирают, наверное, сыты. Пусть и дальше мимо топают. Опомнился он только тогда, когда один из людей оказался рядом, а свистнувший над головой ятаган перерезал жилы на шее. Голова мелкого монстра бессильно повисла вперёд, а по спине потекла кровь. Второй удар полностью отделил голову от тела.
— Готово, — выдохнул Сергей Иванович, вытирая клинок реквизированной с полки туалетной бумагой. — Выгляни наружу.
Боря подошёл к выходу и осторожно высунул голову. Повёл взглядом влево, потом вправо, потом пробежался по окнам школы.
— Кажется, никого, — проговорил он негромко. — Идём?
— Идём, — решительно сказал отец, оба вышли наружу и направились в сторону родного лагеря.
Пройти им требовалось не так много, вот только путь не слишком обнадёживал. Плотная городская застройка хоть и таит в себе опасность, зато позволяет пользоваться укрытиями. Они же, покинув своё временное убежище, шли почти по голому месту, несколько дорог, эстакады, перекрёстки, а между всем этим были нестриженные пятаки зелёной травы. Два человека на этом фоне видны были издалека, любой уважающий себя мутант просто обязан попробовать их на зуб.
Так и вышло, когда до населённого в прошлом квартала оставалось метров сто, две особи мутантского племени, прохаживаясь по эстакаде, заприметили потенциальную добычу и решили превратить её в добычу реальную. Будучи развитыми почти до верхней планки, обе не стали заморачиваться такими мелочами, как спуск. Оба взяли короткий разбег и, одним прыжком перемахнув отбойник, прыгнули вниз.
Высота была такова, что человеку такой прыжок грозил бы переломом обеих ног, но эти существа людьми не были, развитые мышцы подразумевали и крепкий скелет в сочетании с суставами. Оба приземлились на ноги, упираясь в землю передними лапами, через секунду они нашли свою добычу, определили направление и ринулись в бой. Точнее, ринулся только тот, что стоял справа, а левый, в момент приземления получивший меткую пулю в живот, почти сразу стал тормозить. Шагов через пять он просто свалился.
Шкура у этих тварей была прочной, колюще-режущим предметам поддавалась с трудом, но остановить пулю всё-таки не могла, а костяной каркас не мог прикрывать тело целиком. Боря поэтому и стрелял в живот, поскольку попасть в голову трудно. Пуля была из новой партии, с выемкой спереди, края которой были надпилены, отчего форма напоминала нераскрывшийся цветок. Теперь этот «цветок» раскрылся внутри тела монстра, а поскольку энергия пули ещё сохранялась, в таком виде
В итоге в их сторону мчался только один, на расстоянии в семьдесят метров он сумел развить такую скорость, что останавливать его пришлось бы из танковой пушки. Пули из карабина рвали его плоть, две или три ударили в голову, но не произвели критических повреждений. Вообще, цель, в виде согнувшегося пополам гигантского павиана, была неудобной. Голова на бегу подпрыгивала, грудь и живот почти скрыты, а о том, чтобы попасть по мелькающим конечностям, не могло быть и речи.
Спасла их только хорошая реакция и знание законов физики. Туша, разогнавшаяся до скорости легкового автомобиля, резко повернуть не сможет. За секунду до столкновения две фигуры, не сговариваясь, прыгнули в разные стороны, а мутант по инерции пролетел между ними. Сообразив, что что-то пошло не так, он резко затормозил, вспахивая задними лапами дёрн, а когда наконец остановился, оборачиваться было уже поздно. Пуля из винтовки Бори прилетела прямиком в позвоночник, ударив чуть выше копчика. Задние ноги отказали, оборачиваясь, монстр просто с размаху упал мордой в траву.
Контрольных выстрелов потребовалось целых три, пули просто соскальзывали с толстых костей черепа, отрывая куски кожи и мяса. А ведь это была ещё не самая старшая элита мира мутантов. Товарищ убитого, кстати, оказался намного умнее. Поняв, что резкий бросок у него не получится, а при медленной ходьбе эти люди окончательно превратят его в решето, он предпочёл поскорее удалиться, придерживая огромной рукой выпадающие из живота внутренности.
— Кажется, всё, — облегчённо вздохнул Сергей Иванович, легонько пиная убитого монстра носком ботинка. — Не знаешь, Мойше трупы для вскрытия нужны?
— Даже если нужны, я этого не потащу, — тут же заявил Боря. — Да мы его вдвоём с места не сдвинем.
— Да, и машины поблизости нет, ну и ладно. Ты, как всегда, отличился. А на будущее надо помнить, что у матёрых тварей башка и грудь бронированные, поэтому стрелять лучше всего в живот и шею. Пусть не насмерть, но из строя выводит хорошо, лежачего добить потом недолго. Подозреваю, скоро их пули вообще брать перестанут. Ладно, валим скорее, а то на выстрелы ещё кто-то прийти может. И не один.
Оказавшись в районе с относительно плотной застройкой, они прибавили шагу. Как назло, тяжёлые сапоги стучали по асфальту так громко, что, казалось, все мутанты города их слышат и уже собираются на обед. Только за два квартала до улицы Мичурина отец снял рацию и проговорил в неё:
— Анклав, как слышите? Зиновьич, слышишь меня?
Некоторое время рация молчала, хотя расстояние уж точно позволяло связаться, несмотря на плотную застройку. Потом раздался неразборчивый хрип, а чуть позже рация ответила нормальным голосом:
— На связи анклав, Зиновьича нет, есть Левинзон. С кем говорю?
— Надо хоть позывные придумать, — проворчал отец, потом нажал кнопку передачи и проговорил: — Борисыч, здорово. Это Лукьянов с сыном, мы к соседям ездили, в ПКО. Вернулись в пешем порядке. Скоро будем на месте.
— Так их ведь снесли? — совершенно буднично уточнил Левинзон, так, словно речь не шла о гибели сотен людей.
— Их снесли, а мы вот прорвались, оба живы и не укушены.
— Какого лешего вы вообще туда попёрлись? — снова спросил доктор.