Только ты
Шрифт:
— Просто подожди меня, пожалуйста, — потребовала Рейчел. — Я буду у тебя через 5 минут.
Мы повесили трубки, и я подошел к Эмми и Пейсли.
— Рейчел уже едет ко мне. Она не хочет, чтобы я давал ей лекарства без ее присутствия.
— Ты собираешься ждать?
— Я не знаю.
Эмми поджала губы, но ничего не сказала. Я взял коробку с «Тайленолом» и посмотрел на лицевую сторону. На ней была изображена женщина с ребенком на руках. Всегда и на всем была женщина с ребенком. Отцы могли бы даже не
— Здесь сказано: 2,25 миллилитра для веса от 2 до 5 кг, и 2,5 для веса от 5,5 до 7 кг. А если ребенок весит между 5 и 5,5 кг? Сколько давать?
— Я бы дала меньшее количество, чтобы перестраховаться.
Мысль о том, что я принимаю небезопасное решение для Пейсли, вызывала у меня тошноту.
— Я подожду Рейчел.
— Хорошо, — она поцеловала лоб Пейсли. — Поправляйся, орешек, — затем она передала ее мне. — Я иду домой.
Пожалуйста, не оставляй меня.
— Хорошо, — я смотрел, как она идет к двери, мое сердце колотилось. — Эмми, подожди.
— Что? — она даже не обернулась, и я ее не винил.
— Ты ненавидишь меня?
— Нет, Нейт. Я не ненавижу тебя. Я ненавижу то, что ты сделал, но в основном я ненавижу себя за то, что влюбилась в тебя. За то, что поверила в твою ложь, когда должна была знать лучше. Я заслужила это разбитое сердце.
Я тяжело сглотнул, желая, чтобы она была строже со мной. Сказала, что я был засранцем. Назвала меня лжецом. Ударила бы меня, если бы захотела. Услышав, что она винит себя, я почувствовал себя еще хуже.
Я так много хотел сказать ей. Такие простые вещи, как: «Прости. Не уходи. Ты мне нужна». И сложные вещи, например: «Мне стыдно быть таким неумелым отцом. Почему любовь должна причинять боль? Ты сказала, что не позволишь мне оттолкнуть тебя, но ты позволила».
Но в итоге я ничего не сказал, и она ушла.
***
Рейчел приехала вскоре после ухода Эмми, запыхавшись и неистово желая взять на руки Пейсли, которая заснула у меня на руках. Она проснулась, когда Рейчел потянулась к ней, и начала плакать.
— Ты дал ей лекарство? — спросила Рейчел, прижимая ее к себе.
Я уставился на нее.
— Ты сказала мне ждать тебя.
Лучше бы она не злилась на меня за то, что я сделал то, о чем она просила.
— Знаю, но ты был таким чертовски властным сегодня вечером, что я не была уверена, что ты послушаешься.
Я подошел к пеленальному столику, сердито схватил коробку и принес ее, чтобы она могла видеть таблицу дозировок.
— Хорошо, давай пойдем по схеме 2,25 миллилитра. Открой ее и возьми маленькую пипетку.
Нам
— Хорошая девочка, — сказала Рейчел, беря ее на руки. — Скоро тебе станет лучше, ангел, — она прижала Пейсли к груди и посмотрела на меня. — Прости меня за то, что было раньше. Я не хотела сказать, что ты не способен дать ей это, я просто испугалась.
— Не уверен, что был способен дать ей это. Для этого нужны мы оба.
— Ты бы разобрался.
Я пожал плечами.
Только потому, что Эмми была здесь.
В одиночку я был потерян.
— Я тоже не знаю, что делаю, Нейт. Я тоже никогда не планировала заводить детей. Мне нравилась моя жизнь.
Я не хотел говорить о прежней жизни. Не хотел даже думать об этом.
— Ты хочешь покормить ее? — спросил я Рейчел, подавляя зевок.
— Конечно.
На кухне я приготовил бутылочку и взял ткань для срыгивания, затем передал их Рейчел, которая сидела на диване. Я сел рядом с ними на стул, и пытался не заснуть.
— Ты выглядишь измотанным, — сказала Рейчел.
— Потому что сейчас, бл*дь, 4 утра, а я совсем не спал, — я не хотел быть козлом, но между разрывом с Эмми и столкновением с моими недостатками как отца, мое настроение было дерьмовым.
— Значит, она не спала всю ночь?
— Примерно с полуночи, — я снова зевнул.
— А где твоя девушка?
— Она не моя девушка, — огрызнулся я.
— Извини, — сказала она. — Ты упомянул ее имя раньше. Я думала, что она была здесь, вот и все.
— Она ушла домой. После того, как снова спасла меня, — слова вырвались прежде, чем я успел их остановить. Мой мозг не мог нормально функционировать после такого короткого сна.
— Спасла тебя?
Я потер лицо обеими руками и опустил их на колени.
— Я не знал, где находится термометр и как им пользоваться. Она сделала это за меня.
— Это было мило с ее стороны.
— Да.
— Как давно ты ее знаешь?
— Несколько лет.
— Ранее она говорила так, как будто у вас что-то было.
Я нахмурился.
— Так и было.
— Вы расстались сегодня вечером?
— Слушай, я не хочу говорить об этом, хорошо? Это не твое дело и в любом случае не имеет значения.
— Ладно, ладно. Расслабься. Боже, — она переместила Пейсли вертикально, чтобы та срыгнула. — Я только хотела сказать, что она кажется милой.
— Так и есть.
И милая, и красивая, и сексуальная, и я никогда больше не смогу ее обнять. Я хоть поблагодарил ее сегодня? Боже, уровень моего мудачества повышался с каждой минутой.