Только твоя
Шрифт:
— Гильельмо...
Девушка хорошо помнила телохранителя Гвидо и понимала, что с этим огромным широкоплечим мужчиной ей не справиться. Что же делать?
— Прошу вас, идите домой, — сказал тот и, понизив голос, добавил: — Пока вас живьем не съели.
Он, видимо, был уверен, что она послушается, и слегка ослабил свою железную хватку, и Корделия не преминула этим воспользоваться. Без труда высвободившись, она распахнула дверь кабинета.
Гвидо, который сидел за своим столом, вскочил. Корделия, понимая, что в ее распоряжении лишь какие-то доли секунды, с ходу выпалила;
—
Глава 2
Гильельмо, который мгновение спустя возник за спиной Корделии, тревожно всматривался в лицо хозяина в ожидании бури, но, к своему удивлению, не увидел никаких ее признаков.
Затаив дыхание в ожидании, что ее вот-вот выдворят прочь, девушка смотрела на Гвидо. Она была потрясена происшедшими в нем переменами. Он как будто стал выше ростом и раздался в плечах, хотя и раньше хилым не был, всегда выделяясь в толпе. Теперь же его мощная фигура напоминала каменную глыбу.
В кабинете стояла такая тишина, что, казалось, воздух звенел от напряжения.
Чего можно ждать от взбешенного оскорбительным вызовом итальянца? — в ужасе думала Корделия, понимая, что, будь она мужчиной, от нее не осталось бы уже и мокрого места.
— Гильельмо... — ровным голосом произнес Гвидо, и телохранитель исчез, бесшумно закрыв за собой дверь.
Корделия невольно сделала шаг назад. Ее знобило, на лбу выступила испарина. Новый облик Гвидо потряс ее. В нем почти ничего не осталось от того мальчика, которого она знала десять лет назад, если не считать ослепительной красоты. Даже в официальном темном костюме от этого человека исходила мощная волна сексуальности, которой трудно было противостоять, а на худощавом волевом лице горели золотистые, словно у ягуара, глаза.
— Зачем же так унижаться? — лениво спросил он.
Она взяла себя в руки, отвела взгляд и спокойно ответила:
— Я не унижаюсь.
— Разве? Да если бы не уважение к твоему деду, я бы выставил тебя отсюда в первый же день, — все тем же тоном сообщил Гвидо.
Ярости в его голосе не было, но по спине Корделии пробежал холодок. Краска бросилась ей в лицо. Она подняла голову и отважно встретила взгляд противника, мысленно приказывая себе не поддаваться его чарам.
— У меня к тебе деловое предложение.
— Я не собираюсь выслушивать никаких предложений, — сухо ответил он.
Тон его был ледяным, но атмосфера в кабинете с каждой секундой накалялась все сильнее. Корделия почувствовала, что все ее тело покрывается мурашками. Забыв про осторожность, она снова посмотрела Гвидо в глаза и заметила, с какой откровенной насмешкой он разглядывает ее потертый костюм и отросшие волосы, которые, за неимением денег на парикмахера, она последнее время укладывала сама. Рядом с ним девушка, как всегда, почувствовала себя уродиной.
Мы словно Красавица и Чудовище, только наоборот, промелькнуло у нее в голове.
Эта мысль отрезвила Корделию окончательно и вернула
— Как ты смеешь смотреть мне в лицо? — внезапно рявкнул он.
— Спокойно... и с чистой совестью. — Девушка вызывающе откинула назад голову.
— Ты маленькая потаскушка!
В этом обвинении не было и капли правды, поэтому оно не задело Корделию. Наоборот, она была приятно удивлена, что Гвидо не перестает обвинять ее в том, что случилось так давно. Ей невольно пришло в голову, что, по иронии судьбы, мнимая измена произвела на него большее впечатление, чем то обстоятельство, что именно она умудрилась стать его невестой.
Скорбная улыбка тронула губы девушки.
— Ты можешь обзывать меня как угодно, — безразличным тоном произнесла она. — Но я действительно пришла к тебе по делу.
— Джакомо Кастильоне не стал бы нанимать тебя в качестве своего гонца.
— Безусловно, — спокойно подтвердила Корделия. — Но в данном случае из нас троих, похоже, только мне хватает смелости на прямые поступки. Ты не мог бы на время забыть о том, что случилось десять лет назад, и просто выслушать меня?
— Нет.
Удивление Корделии было искренним.
— Почему?
Гвидо молча смотрел на нее, и в его взгляде светилось недоверие.
Не дождавшись ответа, она глубоко вздохнула и сказала:
— Мой дед по-прежнему хочет передать тебе “Кастильоне корпорэйшн”. Это то, о чем он всегда мечтал, как, впрочем, и твой отец. Я была всего лишь связующим звеном и выступала как своего рода гарантия взаимного доверия.
— Что за чушь? — с явным отвращением бросил Гвидо.
— Я всего лишь прикрытие, понимаешь?
— Нет, не понимаю. Убирайся отсюда.
— Ну уж нет! — Пальцы Корделии задрожали, и она крепко сжала кулаки. — Ты уже десять лет мне мстишь...
— Черт возьми, о чем ты? — Он был явно раздражен.
— Если ты женишься на мне, я перепишу все на тебя... — дрожащим голосом продолжила девушка и тут же поняла, что ей удалось завладеть вниманием Гвидо. Еще никогда он не смотрел на нее так пристально.
— Это будет не совсем обычный брак... просто я хочу, чтобы дед остался доволен. Он тоже не слишком высоко меня ценит, так что не будет ожидать чего-то грандиозного. — Корделия торопилась выложить все, прежде чем Гвидо выйдет из ступора. — Я останусь здесь, в Штатах. Все, что мне нужно от тебя, это небольшая сумма каждый месяц, а взамен ты получишь империю Кастильоне. С моей стороны не будет никаких претензий, обещаю...
Краска залила скулы Гвидо. Он что-то гортанно произнес по-итальянски.
— Пойми, я оказалась в отчаянном положении, иначе не стала бы предлагать такое. Я знаю, ты думаешь...
— Как ты осмелилась явиться ко мне с таким предложением?! — яростно прогремел Гвидо.
— Я...
Быстро шагнув вперед, он схватил ее за плечи.
— Ты в своем уме? — тряся ее, вопрошал он. — Как ты могла хоть на минуту допустить мысль о том, что я женюсь на такой алчной, бесстыжей маленькой проститутке, как ты?!