Только один день
Шрифт:
Взглянув на Профессора со спины, Корнилыч удивился еще больше. Он привык видеть Профессора с чуть потертым, придающим солидность портфелем в руке. Сегодня же сосед размахивал двумя огромными пустыми хозяйственными сумками, а на плечах у него висел новехонький рюкзак, в который без труда вошел бы в сложенном виде целый туристический лагерь с байдарками и недельным запасом дров для костра.
Выйдя из подъезда, Корнилыч даже присвистнул от удивления – улица, обычно в это время дня почти пустая, была похожа на тропу, проложенную зловредными домашними муравьями к сахарнице. Люди сновали из конца в конец, едва не налетая друг
Корнилыч задумчиво почесал затылок, размышляя: не праздник ли сегодня какой? Он хотел даже остановить кого-нибудь из прохожих и поинтересоваться причиной странного столпотворения, но вид у тех, кто пробегал мимо него, был столь озабоченный и серьезный, что Корнилыч постеснялся приставать к незнакомым людям с расспросами.
Двигаясь вдоль улицы по направлению к универмагу, Корнилыч то и дело останавливался, пораженный странным видом прохожих. Сначала ему на глаза попалась женщина с двумя тяжеленными сумками в руках, которые она едва могла оторвать от земли. Но при этом она умудрялась удерживать под каждым локтем по батону сырокопченой колбасы. Женщина двигалась очень медленно, и вскоре ее обогнал неопрятного вида мужчина, также тащивший в каждой руке по сумке, но вдобавок еще и обернутый крест-накрест, точно революционный матрос пулеметными лентами, низками рулонов туалетной бумаги. Две женщины на краю тротуара зацепились сумками. Не говоря ни слова, они упорно тянули их каждая в свою сторону до тех пор, пока одна из сумок не лопнула по шву и все ее содержимое не посыпалось на асфальт. Битые яйца, спичечные коробки, акварельные краски, две бутылки шампанского, взорвавшиеся, точно фугасы времен Первой мировой, оловянные солдатики, синюшные куриные тушки – все смешалось в безобразную кучу. А хозяйка всего этого добра, вместо того чтобы попытаться хоть что-то спасти или уж, на худой конец, обругать как следует виновницу происшествия, бросила сверху разорванную сумку и заспешила дальше по своим делам.
И у всех, буквально у каждого, кто встречался Корнилычу по пути, на лицах, в глазах, в жестах присутствовал какой-то пугающий бешеный азарт. Корнилыч не мог припомнить, когда в последний раз ему доводилось видеть своих сограждан столь возбужденными. Даже в былые времена, следуя в колонне первомайской демонстрации, но ожидая при этом не столько встречи лицом к лицу с городским партийным руководством, сколько гонца, посланного в магазин, мужики вели себя не в пример сдержаннее.
Так и не сумев уразуметь причину столь странного поведения горожан, Корнилыч подошел к универмагу.
Как обычно, первым делом Корнилыч заглянул на задний двор. У окошка приема стеклотары было подозрительно безлюдно. Борясь с дурными предчувствиями, Корнилыч подошел к закрытому окошку и застучал в него кулаком.
– Эй, тетка! Открывай богадельню!
Окошко так и осталось закрытым.
Корнилыч застучал с удвоенной энергией. А что ему еще оставалось делать? Другого источника доходов, помимо лежавших в авоське пустых бутылок, у него на сегодняшний день не было.
– Чо долбишься? Ополоумел совсем от радости?
Корнилыч обернулся. За спиной у него стоял помятого вида мужичок в затасканном сером пиджачке.
– Да бутылки сдать надо, – ответил Корнилыч, глядя не на мужика, а на запечатанные пробками из золотистой алюминиевой фольги горлышки водочных бутылок, высовывавшиеся
– На кой ляд тебе эти бутылки, – усмехнулся мужичок. – Дуй в магазин, пока всю голубушку не растащили.
Подмигнув Корнилычу, мужичок поудобнее перехватил ношу и зашагал дальше своею дорогой. Прикинув, что сдать посуду ему все равно не удастся, Корнилыч быстро догнал человека, который по всем параметрам не вызывал у него доверия.
– Послушай, мил-человек, – обратился Корнилыч к мужичку, стараясь шагать с ним в ногу. – Я гляжу, на твоей улице нынче праздник. Так, может, разделишь свою радость с ближним?.. Одолжи десятку…
Мужичок остановился и посмотрел на Корнилыча так, словно тот просил у него ключи от «Мерседеса».
– Да ты что, дражайший, с Луны свалился?
– В кризисное время живем, – смущенно потупился Корнилыч.
– Да не о том я! – Мужичок чуть было не махнул на Корнилыча рукой, но вовремя вспомнил про пакет с бутылками. – Ты в магазин-то сегодня заходил?
– Нет, – мотнул головой Корнилыч.
– Ну так иди и бери! Чего хочешь, сколько хочешь – сегодня все задарма!
Склонив голову к плечу, Корнилыч посмотрел на мужичка с подозрением.
– Неужто и взаправду ничего не знаешь? – недоверчиво прищурился мужичок.
Корнилыч молча качнул головой из стороны в сторону.
– Да уж какой день только об этом по телевизору и твердят!
– Ну… – Корнилыч смущенно ковырнул носком ботинка асфальт. – Я телевизор-то почти и не смотрю… Разве что только фильм какой, чтобы без стрельбы и мордобоя…
– Короче. – Мужичок слегка подкинул пакет, который уже начинал оттягивать ему руки. – Дело в следующем. Фракции коммунистов в Госдуме при поддержке аграриев удалось добиться права на проведение эксперимента в одном отдельно взятом городе. Они вроде как вознамерились доказать, что коммунистический образ жизни присущ нашему народу от природы. Как говаривал классик: «От каждого – по способностям, каждому – по потребностям». Не знаю, как уж они там выбирали город для энтого эксперимента, но в конечном счете остановились на нашем Ярске. Так что с сегодняшнего дня в нашем городе частичный коммунизм введен: на работу все еще ходить нужно, но зато в магазинах все задаром!
– И надолго? – поинтересовался Корнилыч.
– А черт его знает, – пожал плечами мужичок. – Говорят, что ежели эксперимент окажется удачным, то все время так жить будем. Но я так думаю, что эксперимент энтот закончится вместе с запасами продовольствия в магазинах. Так что народ времени почем зря не теряет и делает запасы впрок. И ты, мил-человек, от остальных не отставай – пользуйся, пока есть возможность.
Кивнув на прощание, мужичок потопал дальше, оставив вконец растерявшегося Корнилыча в одиночестве.
Корнилыч и верил, и не верил тому, что рассказал ему случайный собеседник с полной сумкой водки. С одной стороны, где это видано, чтобы все раздавали задаром? Если и были когда такие времена, так давно уж минули. С другой стороны, толпы людей с сумками на обычно весьма малолюдных улицах Ярска служили наглядным подтверждением того, что сказал мужичок.
Прикинув и так и эдак и решив, что ежели мужичок и подшутил над ним, то в магазине, глядишь, встретится кто-нибудь знакомый, Корнилыч направился к центральному входу в гастрономический отдел.