Только (не)любовь

Глава 1. День дураков

То самое воскресенье, изменившее мою жизнь, началось рано утром с настойчивого звонка сотового.

Я не любила, когда звонили с незнакомых номеров, и обычно не брала трубку, но в этот раз телефон трезвонил уже минуты две, поэтому, вздохнув, я решилась. Предчувствуя, что горько пожалею.

— Да, — ответила я, стараясь придать голосу бодрости. Наигранно, но лучше чем откровенно сонное бормотание.

—

Багирова Герда Алексеевна? — спросил хорошо поставленный мужской голос.

Обычно мошенников я распознаю на раз-два. Образование психолога помогает, да и природа сообразительностью не обделила, но дело даже не в этом.

Как бы ни старался мошенник говорить респектабельным и деловым тоном, а я почти кожей ощущала, как он на том конце трубки он угорает от моего имени.

Да, мама назвала меня как персонажа из «Снежной королевы»! Подтекст был намного сложнее: я должна была растопить сердце моего отца, который отказывался иметь дело с матерью, узнав о её беременности. Не получилось.

— Верно, — ответила я, терпеливо ожидающему мужчине с приятным баритоном.

Наверное, он сейчас начнёт мне втюхивать очередную кредитную карту, а я, в душе высказав недовольство агрессивной политикой банков, так и не посмею озвучить своё возмущение и вежливо сольюсь.

— Я представитель адвокатской конторы, которая вела дела Дмитриева Алексея Викторовича, — голос помолчал и добавил: — Вашего покойного отца. Вы ведь получали наше письмо по электронной почте?

О, нет, на этот раз чутьё меня подвело! Всё-таки это настырные мошенники.

— Получала. Но ничего никому переводить за якобы услуги не буду, — буркнула я и отчего-то прибавила: — До свидания.

Я всегда злилась на себя за неумение послать того, кто явно на это напрашивался. А у меня ругательные слова застревали в горле, и всё кончалось тем, что я краснела и бормотала их себе под нос, заменив на более литературные эпитеты.

Телефон снова зазвонил. Тот же номер пытался связаться со мной, чтобы рассказать о наследстве от отца, которого я не знала. Прокол, господа!

Нажав отбой, я вернулась в постель своей арендуемой крохотной студии и попыталась заснуть. Но в голову лезли события, предшествующие звонку и непосредственно с ним связанные.

Я получила то самое письмо, о котором упомянул звонивший, неделю назад и справедливо перенесла его в папку со спамом. Обычная схема, по которой действуют мошенники: вам привалило наследство.

Некий Дмитриев А.В ни с того ни с сего оставил мне наследство в виде двухкомнатной квартиры в Черёмушках и двухэтажного особняка в Подмосковье. И меня приглашали к нотариусу, чтобы вступить в права наследования и узнать кое-какие подробности. Даже вызывались лично сопроводить в контору по указанному адресу.

На письмо я не ответила. Тогда мне пришло второе, дня через три после первого. И вот теперь они узнали мой номер телефона. Я выключила трубку, чтобы не слушать раздражающую вибрацию.

Никакой отец не мог оставить мне

даже клочок папирусной бумажки или мусорный пакет, потому что нет у меня отца! Он сбежал от матери и так запугал её, что она до самой смерти от несчастного случая, который произошёл, когда мне только исполнилось девять, не раскрыла семье его имя.

Подонок и ублюдок — самые страшные ругательства, которые я могла для него придумать. О более жёстких эпитетах и размышлять не хотелось!

Заснуть мне удалось, вернее, забыться сном, так я и провалялась до одиннадцати, пока голова не начала раскалываться от боли, сжимавшей виски.

Особо грандиозных планов на воскресенье у меня не было, но вот головная боль отравляла последний выходной. А мы договорились со Стасей прошвырнуться по торгушкам.

Я сварила себе кофе, выпила таблетку от боли и включила телефон, чтобы напомнить о себе подруге, как в дверь позвонили. Жила я в Очаково, тихом спальном районе, никого не трогала, исправно платила налоги, поэтому в гости никого не ждала.

Мельком взглянув в зеркало, я увидела растрёпанную молодую девушку с тёмными кругами под глазами. И ладно, так сойдёт!

— Кто там? — спросила я, выходя в предбанник и запахивая короткий халат.

— Герда Алексеевна? Откройте, пожалуйста, — произнёс другой приятный баритон, только этому было лет двадцать семь, не больше. — Нам надо поговорить.

Сегодня явно день дурака!

— О чём? — фыркнула я, скрестив руки на груди.

Надо было захлопнуть дверь, и дело с концом, но я, как практикующий психолог, была крайне любопытна. Каким-то шестым чувством понимала: всё это отголоски той истории с письмом о наследстве.

Интересные мошенники, крайне настойчивые. Может, удастся собрать материал для статьи, при удаче, и на диссертацию потянет.

— Наш поверенный уже звонил вам, — в голосе появились раздражительные нотки. Ах, его высочество изволило злиться!

— А вы, собственно, кто? — спросила я с улыбкой.

Немудрено, что у этих мошенников дела шли из рук вон плохо. Настолько, что они вынуждены заниматься чуть ли не рэкетом и грабежом.

— Я сейчас полицию вызову, — добавила я, повышая тон. — Убирайтесь!

— Да открывай ты, глупая курица! — послышалось с той стороны, но я уже захлопнула дверь. И когда оказалась в тишине квартиры показала двери язык. Как сказала бы тётя Надя: «Двадцать два года, а в голове ветер!»

Детский жест вернул мои нервы, натянутые как струны, в исходное состояние лёгкого невроза. Если день так начался, то, не сложно представить, как он должен закончиться!

Так, поездка по торгушкам отменяется. Набрав Стасе, я принялась оправдываться и извиняться.

— Да ладно! Эти придурки уже ушли. Ну не будут же они тебя караулить! — Стася не любила, когда ломаются её планы. Как и я. Тем более свободное воскресенье на дороге не валяется, обычно я в свой выходной подрабатываю на телефоне доверия.