Только мой…

Маслюкова Ольга

– Вот и у меня такая любовь. Почему не поддержишь меня?

– Ну как я могу тебя поддерживать, тем более советовать уводить мужчину из семьи?

– Тогда разговор окончен.

Полина резко встала с дивана и пошла к себе в комнату.

Татьяна видела ее переживания, но не знала, как помочь. Вот вернется Сережа, думала женщина, он вразумит дочку.

Вскоре Полина устроилась на работу, уже не видела своего преподавателя так часто, как раньше, реже говорила о нем. И мать успокоилась, старалась ни о чем не спрашивать, не напоминать.

Глава 2

Татьяна

готовилась встречать мужа. В этот раз она не поехала, как обычно, в порт, потому что никто из командования части не подтвердил день прибытия судна. И все же женщина надеялась, что корабль пришвартуется именно в тот час, как это было запланировано. Она взяла отгул, чтобы без помех заняться приготовлением праздничного ужина. И вот плита выключена, из кухни доносятся манящие запахи, стол, на котором горделиво и чопорно разместился парадный сервиз, сияет начищенными до блеска приборами. Хозяйка удовлетворенно осмотрела плоды своего труда, улыбнулась, сняла фартук. Подойдя к зеркалу, поправила пышные волосы и собралась позвонить Полине, которая задерживалась на работе. Набирая номер, услышала звонок в дверь. Сердце радостно забилось, и женщина, бросив трубку, поспешила в прихожую, уверенная, что приехал Сережа. Быстро повернула замок, распахнула дверь. Перед ней стояли два морских офицера.

– Здравствуйте, вы к нам? – радостной улыбкой встретила она пришедших. – Проходите, пожалуйста.

Офицеры переступили порог и сняли фуражки, не закрыв за собой дверь.

– Татьяна Петровна, мы пришли с плохой вестью. Мужайтесь. Судно капитана Кириллова Сергея Анатольевича не вернулось из похода, оно потерпело крушение и затонуло. Как ни прискорбно, мы должны сообщить вам об этом сегодня, а о подробностях расскажут в штабе, позже. Приносим свои искренние соболезнования…

– Как затонуло? – шепотом произнесла Татьяна. Она прижала руки к груди и на шаг отступила от гостей.

В этот момент открылась дверь лифта и оттуда вышла Полина. Увидев открытую дверь, она воскликнула:

– Мама, а что это у нас дом нараспашку? Девушка увидела офицеров и приостановилась:

– У нас гости? А где папа?

– Полиночка, доченька, я ничего не понимаю! – сквозь слезы произнесла окаменевшая Татьяна. – Мне только что сказали, что папино судно затонуло…

– Этого не может быть! Он же недавно связывался с нами по рации. Все было хорошо…

– Полина, – скорбно произнес старший по званию офицер, – понимаю, поверить невозможно, и все же судно в порт не вернулось. Нам поручили сообщить об этом родственникам членов экипажа.

– Мамочка! – закричала Полина. – Неужели у нас больше нет папы? Не верю, нет, я не верю! Всякое бывает, но папа… он… он…

Дочь обняла мать, которая медленно опустилась в кресло, закрыла руками лицо и зарыдала.

– Я не верю, – продолжала твердить Полина. – Нет, этого не может быть! Мама, и ты не верь. Здесь какая-то ошибка.

Полина опустилась на пол перед матерью, обняла ее колени, гладила дрожащие

руки.

Офицеры еще раз принесли соболезнования, надели фуражки, отдали честь и вышли из квартиры. В лифте один из них сказал:

– Как же я ненавижу приносить плохие вести… И почему-то уже который раз командование поручает именно мне посещать родственников… Сколько еще осталось квартир? – спросил он товарища, доставшего из кармана список.

– Много, – вздохнул тот.

Лифт тем временем опустился на первый этаж, и они вышли на улицу.

Мать и дочь неподвижно сидели, горестно смотрели друг на друга, все еще отказываясь верить, что происшедшее – правда.

– Доченька, как же это так? Я приготовила праздничный ужин для Сережи, а он не придет?

– Мамочка, – причитала Полина, – неужели мы никогда не увидим папу?!.

– Не говори так, не говори! Думаю, еще никто ничего не знает точно. Может, команде удалось спастись, их подобрало какое-нибудь иностранное судно. Это же океан, огромный океан. И не такие чудеса случаются. Я знаю немало похожих происшествий. Если вовремя не вернулись в порт или прервалась связь, это еще не значит, что все погибли. Я сейчас позвоню кому-нибудь из начальства. Знаю, знаю, бывали такие случаи: думали, что утонули, а люди вернулись.

Татьяна взяла телефон и дрожащими руками начала набирать номер.

– Алло, скажите, пожалуйста, не поступали сведения о капитане Кириллове?

– А вам еще не сообщили? – после некоторого замешательства спросил мужчина.

– Сообщили, – тихо произнесла Татьяна.

– Приношу свои соболезнования, – ответил поднявший трубку человек. – Сожалею… Всю неделю они не выходили на связь. И сигнал SOS мы не получали. К сожалению, в их акватории других кораблей, которые могли бы оказать помощь, не было. Знаю одно: задание они выполнили и уже направлялись домой.

Татьяна, с трудом сдерживая рыдания, положила трубку и снова села в кресло.

– Доченька, это правда…

Плечи ее затряслись, она громко зарыдала. Полина, видя, что матери совсем плохо, накапала сердечных капель и подала ей. Татьяна долго держала стакан с лекарством в руке, пытаясь унять дрожь, а потом залпом выпила содержимое. Она сидела в кресле, сжавшись в комок, и не сводила глаз с дочери, словно надеялась: она молодая, сильная, что-нибудь придумает, что-то узнает, и все будет как раньше. Но девушка, всхлипывая, подошла к праздничному столу, села на стул и с тоской произнесла:

– Вместо праздника – поминки…

– Перестань! – крикнула Татьяна. – Не хочу даже слышать об этом! – И, опомнившись, произнесла едва слышно: – Отказываюсь верить. Не хочу, не могу… Знала, что у мужа опасная работа, но всегда надеялась: с ним ничего не случится. Конечно, сердце было не на месте, когда его ждала. Чего только в голову не приходило за долгие месяцы! Но он любил свою работу, только в хорошем настроении, с улыбкой уходил в море. И вот… случилось… Пришла беда…

– Мама, убирать со стола? – робко спросила Полина.