Только мать
Шрифт:
Ты видел, какой танк они подсунули сюда под видом палатной сестры? Они не имеют права допускать таких женщин до родильниц. Все мои надежды обмануть ее и проникнуть поближе к крошке провалились. К тому же она способна говорить только о мутантах. К счастью, с нашей крошкой все в порядке, хоть она и поспешила появиться на свет.
Я чувствую слабость. Они предупредили меня, чтобы я не садилась раньше времени, но должна же я писать тебе!
Люблю тебя, твоя Мэгги.
29 февраля.
Дорогой!
Наконец-то
Конечно, они правы, когда говорят о новорожденных, о личиках, которые на первых порах нравятся только их матерям - но это очаровательный ребенок. И все на месте! И глазки, и ушки, и носик-один носик, не бойся! И все на своих местах. Нам так повезло, Хэнк!
Боюсь, что я всем здесь надоела. Я сутра до вечера приставала к палатной сестре, что хочу увидеть ребенка. Наконец та позвала доктора, который стал мне все "объяснять" и наговорил кучу чепухи, которую я, к счастью, как и всякий разумный человек, не поняла, Единственное, что я поняла: нашей малышке больше не надо лежать в инкубаторе.
Ты не представляешь, что я пережила, пока они решали этот вопрос, но наконец, я услышала, как та Женщина в Белом сказала за дверью: "Пожалуй, так будет лучше. Для всех".
Представляешь, у этих врачей и сестер вырабатывается прямо-таки божественный комплекс, столь велика их власть над беспомощными пациентами, и потому нормальная родильница не пользуется здесь никакими правами.
Я чувствую страшную слабость. Напишу тебе позже. Люблю.
Мэгги.
8 марта.
Мой дорогусенький Хэнк!
Знаешь что: эта сестра просто идиотка, если она тебе такое сказала. У нас с тобой девочка. С детьми легче разобраться, чем с котятами. Как тебе понравится имя Генриетта?
Я уже вернулась домой и занята больше, чем центральный компьютер. Они меня ничему не научили в больнице, поэтому мне приходиться самой всему учиться - и как ее купать, и кормить... она хорошеет день ото дня. Когда же у тебя будет отпуск? Настоящий отпуск?
Люблю.
Мэгги.
26 мая.
Дорогой Хэнк!
Ты бы сейчас на нее поглядел. И наконец-то тебе это удастся. Я посылаю тебе цветную кинопленку. Моя мама сшила малышке смешной конверт' в нем она словно белый мешок картошки с чудесным хорошеньким личиком, которое выглядывает наружу. Только не подумай, что я сумасшедшая мамаша: вот увидишь ее сам и влюбишься!
10 июля.
... Хочешь верь, хочешь нет, но твоя дочка уже умеет говорить. И не просто лепетать, как положено младенцам, а по-настоящему. Это обнаружила Алиса, наш дантист. Когда она услышала, как наша крошка лепечет, она заявила, что это разумная речь, просто произнести толком слов она еще не может -у нее же нет зубиков.
13 сентября.
... У нас с тобой настоящий вундеркинд! Теперь, когда у нее прорезались передние зубки, она говорит совершенно чисто. И она начала петь! И как точно она
19 ноября.
... наконец. Наш маленький гений был так занят, что только сейчас научилась ползать. Но доктор говорит, что в таких случаях развитие идет непредсказуемо.
СПЕЦИАЛЬНАЯ СЛУЖЕБНАЯ ТЕЛЕГРАММА
1 декабря 1953 г.
08.47. ЛК 59 Ф
От: Техника-лейтенанта Х.Марвелла. Х-47-016. ДСНУ
Кому: Миссис Х.Марвелл. кв.К-17. 504.Е.19 стр. Нью-Йорк
НЕДЕЛЬНЫЙ ОТПУСК НАЧИНАЕТСЯ ЗАВТРА ТЧК ПРИЛЕТАЮ АЭРОПОРТ ДЕСЯТЬ НОЛЬ ПЯТЬ ТЧК ВСТРЕЧАТЬ НЕ НАДО ЛЮБЛЮ ЛЮБЛЮ ЛЮБЛЮ ХЭНК
Маргарет спустила воду из ванночки, пока в ней не осталось несколько дюймов, а затем отпустила извивающуюся девочку.
– Пожалуй лучше, если бы ты была отсталой, - заметила она, счастливо улыбаясь своей дочке.
– В ванночке не поползаешь.
– Так почему мне не купаться в настоящей ванне?
Маргарет уже привыкла к разумности своей дочки, но время от времени ее слова заставали мать врасплох. Она завернула розовое тельце в полотенце и начала вытирать.
– Потому что ты еще маленькая, стенки ванны твердые, а твое тело и головка еще мягкие !
– А когда мне можно будет купаться в ванне?
– Когда твой череп догонит твои мозги, - ответила мама.
Маргарет протянула руку к чистому белью и заметила:
– Не понимаю, почему ты не можешь пользоваться пеленками, как все дети. Ты же умный ребенок.
Девочка не стала отвечать, она слышала эти слова уже сотни раз. Она дождалась, пока мама завернула ее в простынку и одеяльце и в ответ благодарно улыбнулась ей. Той самой улыбкой, которая привела в восторг Хэнка на кинопленке,
– А теперь спать, - сказала Маргарет.
– Когда ты проснешься, наш папочка уже приедет.
– А почему он приедет?
– задавал вопрос четырехлетний мозг, стараясь удержать от сна десятимесячное тельце.
Уложив ребенка, Маргарет прошла на кухоньку и поставила таймер для гренок. Затем она извлекла из гардероба новое платье, туфли, белье - все новенькое, купленное неделю назад и приготовленное ко дню приезда Хэнка. По пути в ванну она вынула газеты из факса и, перетащив в ванную все свое добро, с наслаждением опустилась в воду.
Она просматривала газеты невнимательно. Сегодня ее не так, как обычно, интересовали национальные новости. А вот статья знакомого генетика - число мутаций увеличивается... но мой ребенок нормальный! Потом она заметила в газете небольшую заметку. Она касалась Оак Риджа 1947 года. Как раз тогда Хэнк оттуда уехал. Только два или три процента родителей, виновных в убийстве своих детей-мутантов привлекаются к ответственности... Но ко мне какое это может иметь отношение? Мой РЕБЕНОК НОРМАЛЬНЫЙ.