Точка Немо
Шрифт:
Эмму остановил человек с респиратором, вставший в проеме контейнера. Указал на Мими на руках Эммы и почти сочувственно спросил: «Ваш ребенок мертв?». Эмма нашла силы лишь кивнуть. «Я должен забрать его у вас», – извиняющимся тоном молвил солдат. Эмма только сильнее прижала к себе Мими.
– Сименс! Лихачев! Сюда! – скомандовал солдат, и тут же за его спиной выросли два дюжих парня. – Заберите ребенка, он в первую лодку.
У Эммы вырвали ребенка, она всего-то и успела, что попросить снять с малышки крестик, обычный серебряный крестик. Эти бородачи хоть и выглядели аляповато, но действовали
Женщин отвели к бочке, в которой что-то горело, и усадили греться. Пара солдат в респираторах остались их охранять. Другие тем временем выносили тела из нижнего контейнера и аккуратно складывали у трапа. Вторая группа солдат спускали тела вниз по трапу к лодкам. Среди тел были и те, которые, скорее всего, принадлежали команде корабля и боевикам, атаковавшим сухогруз.
Мужчины тоже спустились по лестнице к бочке и тесно расселись вторым кругом. Чепмен, Нейтан и Лон принесли и положили обессиленную Ди. Истощенные путники были счастливы уже тому, что им удалось покинуть свою стальную гробницу, и сидели в покорном отупении, преданные в руки самой судьбе.
Джеральд тут же обратился к Эмме с вопросом, где же Мими. Эмма с трудом выдохнула: «Она умерла, дорогой, ее забрали». Джеральд не поверил, вскочил, заорал на солдата: «Ты забрал мою малышку». Тот пытался его урезонить – просил сесть и перестать кричать. Эмма, вторя солдату, заверяла Джеральда, что Мими мертва… Но Джеральд не мог угомониться, за что и получил прикладом в челюсть, и осел, едва не потеряв сознание. Больше Джеральд никуда не порывался, только сидел и тихонько плакал, сжимая в руках мягкого мишку – любимую игрушку Мими.
По трапу поднялась толпа мужчин, которые не были похожи на военных – на них было нечто вроде одинаковых пластиковых роб. Эти мужчины сразу прошли в надстройку корабля, где находится рубка, оттуда раздались звуки пил и молотков. Корабль разбирали на части.
– Я Саттерли, – тот самый здоровый темнокожий солдат представился всем и сразу, – Порядок ваших действий таков. Сначала все лекарства, личные вещи, телефоны, электронику, вообще все, что при вас есть – выкладывайте сюда.
Саттерли указал на палубу под своими ногами.
– Я вызываю, вы встаете и выкладываете. Пожалуйста, не нужно упираться и делать глупости. Порядок един для всех. Я тоже это проходил.
– Кто вы? Где мы? – спросил Орландо.
– Вам все разъяснят на берегу. Пока следуйте указаниям. Иначе… разговор у нас короткий – отправитесь в ту кучу, – Саттерли равнодушно указал на тела, которые продолжали носить солдаты.
Пассажиры «Линкольна» начали выкладывать вещи из карманов и сумочек под ноги Саттерли. Поскольку Ди была в отключке, обыскать ее пришлось Альваро. Он же выложил и вещи Чепмена, покуда Ди лежала у него на коленях. Вэлери
– Что там?
Вэлери сделала вид, будто ничего не слышит. Другой солдат подошел и разжал ее ладонь, а сама Вэлери жалостливо воззрилась на него снизу вверх. Солдат посмотрел на Саттерли и кивнул – едва заметно. Что-то особенное означал этот кивок, потому что двое солдат тут же, рывком, подняли Вэлери с места. Нейтан тут же вскочил:
– Она гражданка США, вы получите хороший выкуп!
– Вы все тут уже ничьи не граждане… всем на вас плевать, – заявил Саттерли и направил автомат на Нейтана.
Вэлери отвели за угол. Тут же раздались два выстрела.
– Вы убили ее? – уточнил Орландо так, будто бы это было не очевидно.
– Меня зовут Нейтан Коллинз и я хочу говорить с вашим руководством, – потребовал Нейтан.
– Переговорите. Все. По очереди, – холодно резюмировал Саттерли.
– Я хочу прямо сейчас! Я требую переговоров!
– Бог ты мой. Сиди, пока не отправился за ней.
Орландо подполз к Альваро и тихонько потеребил его за рукав.
– Надо бежать, – коротко отрезал Орландо.
– Куда тут убежишь? – парировал Альваро.
– Не знаю… спрячемся здесь, дождемся, пока они уйдут с корабля.
– И что мы будем делать?
– Ты хочешь, чтобы нас, как ее?
– Ее убили, потому что у нее ВИЧ. Я видел ее таблетки… Это антиретровирусная терапия, – прояснил Альваро.
– В любом случае нам нечего тут делать.
– Я никуда не пойду.
– Помоги мне.
Альваро посмотрел на Саттерли, потом на пару охранников. Нагнулся к Ди.
– Она едва дышит! Нам нужны лекарства! Хотя бы глюкозу! Немедленно! – Альваро прокричал это, сколько было сил.
– Ты самый умный? – спросил Саттерли.
Альваро привстал навстречу к Саттерли.
– Нет, что вы, я врач…
– Правда плоха?
– Да, она едва жива. Мы голодали.
– Сейчас позову.
Саттерли достал рацию и проговорил: «Фостер, ответьте Саттерли». – «Фостер на связи». – «Полковник, у нас девушка. Молодая. Состояние критическое, так говорит врач, который с ними был». – «Сейчас буду». В это время Орландо тихонько проскользнул вдоль стенки надстройки и скрылся из виду. Уже через минуту показался полковник Фостер – сухощавый белый лет сорока. Он быстро подошел к Ди, только глянув на Саттерли.
– Что нужно? – обратился он к Альваро и Чепмену, еще не понимая, кто из них врач.
– Глюкозу, капельницу, витамины, физраствор… ничего необычного. Надо работать с истощением.
– Все это может быть в корабельной аптечке?
– Должно быть.
– Саттерли! Выясни, собрали ли уже лекарства. На судне должен быть медицинский кабинет, если нет, посмотрите в рубке. Отправь кого-нибудь, пусть тащит все.
Пока солдат бегал за лекарствами, из-за контейнеров показался черный великан, который был на удивление гладко выбрит. На плечах его было какое-то подобие генеральских погон – с одной большой круглой блямбой. Звали его генерал Зилу Окинола, и когда-то это был самый настоящий генерал конголезской армии. Но обращались к нему просто «Генерал Зилу», так повелось.