Точка Гриндиса
Шрифт:
– Оставь все отцу, пусть он разберется, - мирно предложила Лив.
– Он скоро вернется, - поддержала сестру Айлен, - и все поставит на свои места, ты же его знаешь, Гловин.
– Выбор, так ли он важен сейчас? Может запереть вас по комнатам и все дела или дать вам больше свободы?
– усмехнулся гелл.
– Оставь все как есть, правила твои, нужно лишь лучше следить за их выполнением, - произнесла Лив.
– Может и так, - сказал Гловин, - сейчас меня больше всего беспокоит субъект похожий на Ронета. Как мне его отыскать и устранить от дел, пока тот еще чего не натворил. Все-таки я считаю, что это он виновен в покушении на Ронета.
Айлен
– На сколько я знаю нашего общего знакомого, то есть Ронета-бонета, то все, кто с ним тем или иным образом связан, сами выползут из своих нор и начнут предпринимать действия на почве Рона.
– Во истину так!
– прозвучал голос Лив.
– Дергай за ниточки и жди подходящего момента, мы поспособствуем если что, - мелодичным голосом промолвила Айлен.
– У Улиссана много козырей, нужно только вовремя их использовать, - не навязчиво произнесла Лив, - все у Теней Умбрани выйдет и все скоро наилучшим образом разъясниться.
– Ладно, - вздохнул задыхающийся от напора девушек Гловин, - оставим все как есть! Если что, Уриэль с вас шкуру сдерет, вместе с крыльями.
– Ну и ладушки, - обрадовался я.
– Скушаем оладушки, - сказала Лив.
Успокоившийся старейшина хлопнул в ладошки и вскоре у нас на столе заблистал ужин.
Позже, ступая по лестнице в сопровождении Ракита и Кроуна, я размышлял о Маскировщике, об его игре, игре человека с лицом Нетри, возможно, палазника, и количестве этих самых Нетри. Если то был 98-й, то сколько их всего и почему они схожи со мной, зачем их столько? Сотня Нетри, больше, что они вытворяют в своем обличии? Диверсанты хреновы! Такой оравой можно ой как много дел натворить, чем они, похоже, и заняты. Кто они в конце концов? Если Маскировщик меня оберегает, зачем тогда столько ненужного орденского внимания к моей персоне? Странные, загадочные книги из которых собралось слово:" Слезы". Почему те голоса назвали меня Точкой Гриндиса? Что это означает? Кто такой все-таки этот Гловин: злодей, дергающий белые нити и очерняющий их или же делающий все во благо геллов верный и хороший друг князя? Где придел неизвестному и какова во всем этом спектакле странностей моя роль? Мысли слишком быстро пролетают, нужно успокоиться. Дыхание выровнять, повысить уверенность и твердость шагов. Только груда вопросов и тайн, аж голова шла кругом и в висках пульсировала боль, немного мутило. Не отравили ли меня?
– такой была моя последняя мысль, когда я вошел в свою комнату. Пришел покой - усталость и сон окутали меня нещадной тьмой.
Глава 20
На утро, наконец-то немного выспавшись, самочувствие мое наладилось, и я решил, что всему виной переживания, нервы и недосыпание.
Бодрячок, который мне помогла обрести холодная вода, новая одежда, ждущая на столе и готовая к испытаниям турнира, занятия мечами с Айлен и присоединившейся к нам валькирии Лив, что показала мне кучу моих ошибок и очень помогла тем что дала совет, как их избежать и также неплохо отделавшая меня в танце с мечами.
Выход на арену, которую за счет большого и высокого цветущего древесного старца назвали Древом. Новый поединок и новое испытание в котором я показал себя лучше, чем во всех предыдущих боях. Воздушный натиск крылатого ассасина с двумя кинжалами, ужасная скорость которых изрезала
На этот раз, это оказался мощный порыв ветра, который окутал ассасина облаком сорвавшихся с дерева лепестков. Возник просто ураганный вихрь кинжалов, успешно отгоняющий белый туман нежных цветов. Дальше были: мой превосходный прыжок, прочь с траектории лепестков, и царапина на ноге противника, красная нить крови и всхлип, выход из центра древесной арены и дальше на юг, в сторону библиотеки.
Так как, мой поединок сегодня прошел рано, не смотря на наши поиски, мы решили остаться еще не на долго, дабы посмотреть несколько следующих боев. Мы сидели все вместе, а за нашими спинками наши тени - телохранители.
– Смотрите - это же Келл!
– воскликнула Айлинель.
– Да, он!
– сказала Лив, погладив рукоятку своего клинка.
– Сделай его, Келлери!
– выкрикнула Айлен.
– Победи!
Парень заметил нас и приветственно помахал рукой.
– Вперед, - не горя энтузиазмом, буркнула Лив.
– Знаете, а после того случая в таверне, где на нас напали спрунты и ведуны, стиль Келла изменился, а именно с одного клинка он почему-то перешел на дуалы, - невзначай произнесла Айлен.
– После воскрешения?
– спросил я.
– Да, - был мне ответ.
– Довольно странно, но ты верно подметила, - ответила Лив.
– Ага... противничек!
– возбужденно проголосила Айлен.
Я посмотрел на арену и разглядел противника Келлери: рыжий здоровяк с огромным молотом, облаченный в полуброню. Странно, вроде я его никогда не видел, но его выражение лица, показалось мне чем-то знакомым. Я решил, что это мне только почудилось. Интересно, два гелла договорились биться на земле, не знаю, кому из них выгоднее, но то, что тогда в рыжем дубу с помощью крыльев вытворял Келл, говорило мне о том, что в воздухе он непобедим. Тогда зачем он согласился?
– Началось!
– выкрикнула Айлен, сопроводив слова хлопком в ладоши.
– А она сегодня на веселе, - шепнула мне Лив.
Я кивнул и стал наблюдать за поединком. Превосходные увороты Келла затмевали как тень, бешеные атаки молотчика мелькали повсюду. Молот вертелся как карусель, Келл просто вылетал из зоны его поражения, тотчас же предпринимая какую-то прям-таки изящную контратаку.
Красавчик Келл, только что чуть не дотянулся клинком до щеки противника, стремительно напрыгнув на молот и оттолкнувшись от него, он дерзко финтанул мечами. Ну почему? Противник сумел уйти драгоценной щекой, лезвие, как мне показалось, прошло в миллиметре от его лица.
– Давай, Келл!
– теперь уже я выкрикнул ободрение.
Он победит!
– решил я, когда Келл, проскользнув под молотом, вытянул лезвия клинков. Но нет, произошло кое-что другое, совсем другое, молотчик успел повернуть булаву и заехать ею противоположным концом, прямо по лбу Келла.
Ух! Жестко! Парень аж отлетел и приземлился на пятую точку. Противник, не теряя ни секунды, треснул страшным оружием геллу по ноге, размозжив ему кость. Зрители взвыли, дамы заохали, их кавалеры запрыгали на своих местах.