Тьма
Шрифт:
— А это что? — промолвил я вслух, приметив в рогоже еще какой-то предмет. Никак дерьмовый коротыш занимался не только копьем. Но нет, найденный мною предмет не являлся произведением Одноглазого. То был лук, лук со стрелами. Я не сразу признал его, ибо с тех пор, как видел это оружие в последний раз, прошло столько лет, что и думать противно. Я считал, что оно давным-давно утрачено. Однако именно этот лук Госпожа подарила Костоправу в те стародавние времена, когда она была Истинной Госпожой. У Костоправа всегда найдется в запасе какой-нибудь
Я прихватил копье, лук и столько глиняных сосудов, сколько уместилось в руках. Потом можно будет послать за пивком и Тай Дэя… Черт, руки у меня были заняты, и я не мог взять лампу. Но в конце-то концов, жил я раньше в этой норе или нет? Неужто не выберусь наружу без лампы? Да и через дверной проем проникал слабый свет.
Я уже малость окосел, а потому, перешагивая через Копченого, ехидно заметил:
— Не хотелось бы мне оказаться на твоем месте, пожарник хренов.
Копченый открыл глаза.
Я подскочил. Такого не случалось лет пять-шесть. Копченый таращился на меня, и вид у него был вовсе не дружелюбный.
Мне захотелось поскорее выбраться наружу и основательно хлебнуть пивка.
Тай Дэй освободил меня от части моей ноши, и в его руке тоже оказалась откупоренная бутыль. Пленники, за которыми он приглядывал, лежали на прежних местах, хотя у Нарайана Сингха наверняка прибавилось свежих синяков.
— Куда, черт побери, запропастились все эти недоноски? — снова заворчал я. — У меня появилась работенка, но мы не можем взять да уйти, оставив без пригляду этих типов. От них впору ждать любой гадости.
Длиннотень, Ревун и Нарайан Сингх не желали оставаться в заточении.
Однако тишина беспокоила меня и по другой причине. Она могла означать еще одну попытку надрать задницу Душелову, которая вполне могла оказаться столь же безрезультатной.
Я видел, к чему привел устроенный Госпожой обстрел. Скалы размером с дома были прожжены насквозь, почти все деревья в ущелье превратились в уголья. Кое-где утесы оплавились, словно восковые свечи.
Но там не было никаких трупов, кроме вороньих. И никаких свидетельств того, что нам удалось доставить ощутимые неприятности Ловцу или ее пленнице.
Живые вороны хохотали среди изувеченных скал.
Тай Дай снова хмыкнул. В эти дни он был особенно разговорчив: иногда произносил аж по два предложения в час. Но сейчас у него не было нужды в словах. Он просто переложил бутылку в левую руку, а правой указал вперед.
Ага, вот и наши. Они возвращались с той стороны, где находилось ущелье Душелова. Интересно, какая нелегкая их туда понесла. Не верилось, что Костоправ двинул туда всю ораву из-за того, что Ловец цапнула меня на совещании, хотя он, наверное, и смекнул, в чем истинная причина моего припадка.
Зато он вполне мог сделать это, чтобы заполучить Дрему. Что и сделал.
— Где вы его нашли? — спросил я Ваше Сиятельство, ведшего
Судя по всему, парню досталось на всю катушку. Одежда его выглядела не лучше, чем у Нарайана Сингха, о котором я рассказал Старику первым делом, едва его увидел.
— Мы чудом появились вовремя. Сейчас все в порядке, но тебе есть над чем поломать голову, иначе в один прекрасный день эти паршивцы станут для нас изрядной занозой в заднице. А где вы нашли Дрему?
— Патрульные наткнулись на него близ ущелья, которое обстреляла Госпожа. Они не знали, кто он такой. Я хмыкнул, покосившись на повозку.
— И чтобы приволочь его, потребовалось переться туда всей ордой?
— Я взял людей, чтобы пошарить вокруг… Скажи лучше, как твои дела? Что с тобой приключилось?
— Припадок. Вроде тех, что случались в Дежагоре.
Он нахмурился и принялся отдавать приказы. Солдаты занялись своими делами — которые сделали бы и безо всяких распоряжений.
— Ты знал о том, что у Одноглазого припрятан твой лук?
— Какой еще лук?
— Тот, который подарила тебе Госпожа.
— Нет, не знал. Хотя… не помню. Может, я и велел ему сберечь лук для меня на всякий случай. Давно все это было.
Он сморщился и фыркнул — от меня убойно разило пивом.
— Что ты еще откопал?
— Массу интересного. В том числе доказательства того, что Одноглазый намерен когда-нибудь вернуться.
Костоправ хмыкнул. В сгустившейся тьме я не мог разглядеть выражения его лица. Был ли он недоволен моим нежданным открытием? Или просто обдумывал, какие оно открывает возможности?
— Не могу поверить, что весь шурум-бурум устроен из-за одного только Дремы.
— Госпожа надеялась, что мы найдем там и Ловца — пришибленной.
— С чего бы это? Мы же знали, что она в порядке. Она посылала на нас Тени. И меня тряханула.
Возможно, мне она всего лишь дала легонького щелчка за то, что я стоял рядом со старшей сестрицей, когда та дергала младшую за косички.
— Мы не знали, а только подозревали, что не одно и то же. Если Дрема побывал у нее в плену, а потом вдруг оказался на воле, мы вправе были предположить, что ее малость пришибло. Не худо было бы дополнить Ловцом наш зверинец. И потом, существовала возможность найти… девочку.
Ага. Ну конечно, они надеялись, что их дочурка осталась без пригляду и они смогут забрать ее себе.
— А где Госпожа?
— Там, где надо.
По тону Костоправа я понял: моя норма вопросов на сей счет исчерпана.
— Дрема сказал что-нибудь полезное? — сменил я тему.
— Он вообще ни хрена не говорит. Впечатление такое, будто он не в себе. Разум его где-то витает.
— Этого только не хватало. Стало быть, в нашем полку одним безмозглым прибыло.
— Все шутишь. Кстати, твои сегодняшние находки заставили меня вспомнить… Как идут поиски наших беглых чародеев?