Тьма
Шрифт:
Татьяна сидела рядом, обхватив Ольгу за плечи, и что-то говорила ей. Но слова утешения, кажется, вовсе не доходили до воспаленного сознания Мошкаревой – Ольга даже дочь не замечала, которая испуганным птенчиком жалась к ее ногам.
– Таня, оставь нас, – усталым голосом проговорил Игорь, подходя к жене. И весь мир для него сжался до размеров этой комнаты.
Глава 3
На улице заметно похолодало. Бриз с необъятной Волги остудил отогревшийся за день городок, принеся с собой запах воды, рыбы, водорослей и чего-то еще неуловимого, присущего лишь большим водным просторам. Может быть, запах далекого
Сергей зябко подернул плечами. В бледном, призрачном свете луны мир казался совсем иным, совсем не похожим на тот, каким он выглядел днем. Он не стал чужим и инородным. Просто. Был иным, словно один из ликов Януса.
Городок был погружен во тьму. Внизу, у самой подошвы Волги, он был залит светом фонарей, а здесь, на холмах, царила Ее Величество Селена, презрительно глядя с недосягаемой высоты на редкие пятнышки электрического света.
Происшедшее на вечере не укладывалось в голове Сергея. Он не совсем понимал, в чем причина ссоры между Ольгой и Викой, но сейчас это было неважно. Гораздо важнее было то, какой вдруг стала его невеста, преобразившаяся в несколько секунд.
Виктории нигде не было видно, лишь стук ее каблуков раздавался неподалеку, эхом отдаваясь в ночной тишине. Секунду поколебавшись – вернуться в коттедж или догнать Вику – Сергей выбрал последнее. У него не было времени узнать, что произошло на самом деле у Мошкаревых, но, несмотря на скотское поведение Вики. Он посчитал непорядочным бросить ее сейчас одну. Впрочем, даже знай Сергей, что случилось в ванной, он не поступил бы по-другому.
Он догнал Викторию метров за сто от дома Игоря. Она бешено рванулась в сторону, когда Сергей попытался остановить ее, дотронувшись до плеча. Словно дикая кошка, готовая вцепиться когтями в глаза, девушка резко развернулась на каблуках. Да так. Что один из них хрустнул, не выдержав нагрузки. Взглядом, полным ярости дикого зверя, Вика обожгла своего жениха.
– Что тебе надо?! – почти прохрипела она.
– Может, ты мне объяснишь, что произошло? – Сергей пытался говорить спокойно. – Что за кошмар ты там устроила?
– Я устроила?! – Виктория резко повернулась к Сергею той щекой, на которой, даже в свете луны, ярко пламенел след пятерни. – А это что?! Это, тоже я?
Легкий стыд за вынужденный удар выдавил остатки агрессии к невесте из сердца Сергея, и напрочь выветрил остатки хмеля из его головы.
– Ты же просто не помнила себя, киска! У тебя была пьяная истерика, а это… Считай это лекарством…
– Вот, вот! – черная злость на весь мир адской смесью бурлила в ее словах. – Именно. Лекарство! И, можешь мне поверить, я излечилась!
Сергей недоумевающее посмотрел на Викторию. Посмотрел так, как будто посох, которым он целый день разгребал листья под деревьями, разыскивая грибы, вдруг обратился в его руках в ядовитую змею. Он не узнавал невесту, совершенно не понимая, что с ней творится. За три месяца их знакомства Сергей никогда не слышал от Вики грубого слова. Не видел ничего даже близко подобного той ярости, что бурлила сейчас в ее душе.
– Ты – безмозглый пенек! – распыляя себя, перешла на крик девушка. – Ты думаешь, что я стала встречаться с тобой ради твоей ослиной рожи? Тогда, ты еще тупее, чем вообще можно себе представить. Неужели до твоего козлиного умишки не дошло, что в этой, проклятой Богом дыре, есть только один человек, достойный быть рядом со мной?! Лишь один человек, способный обеспечить мне достойную жизнь?..
Недоумение Сергея медленно сменялось разочарованием, болью, обидой. Он уже догадывался о том, что произнесет Виктория
– Да, да! Да!!! – Виктория заметила догадку, мелькнувшую в глазах Сергея, и злорадство переполнило ее. – Догадался, дурачок? Конечно, это Игорь! Он умен, и за ним будущее. Посмотри, чего он добился меньше, чем за год, начав дело с нуля. А ты бы и сейчас сидел в своем дерьме по самые уши, если бы он тебя оттуда не вытащил. Что сейчас значит любовь? Кому она в наше время нужна?!. Да, все разговоры о Великой Любви, это лишь глупые бредни истеричных неудачников. Сейчас только деньги решают все, и только разум, нацеленный на их добычу, заслуживает уважения. Игорь будет сказочно богат и знаменит, потому что знает, чего он хочет от этой жизни. А тебя, тупой осел, я использовала, только и всего. Использовала для того, чтобы подобраться к Игорю поближе. Чтобы усыпить бдительность его жены. Для того, чтобы получить возможность соблазнить его и заполучить себе!..
– Ну, ты и сука! – только и смог выдавить из себя Сергей.
– Да, я – сука! Ведь, именно так сейчас называют недоумки человека, который знает, чего хочет от этой жизни, и стремится заполучить это любым путем. А вы, чистоплюи и недоумки, поганые лицемеры, кричащие на каждом углу о чистоте и порядочности, сами тайком портите невинные души. Вы, дешевки, с пеной у рта разглагольствующие о непродажности, чести и совести, сами за спиной продаете все, что возможно, лишь бы урвать лишнюю копейку. Можете лгать и надевать маски! Все равно, вас всех прекрасно видно и, рано или поздно, но вы понесете кару за свои подлые делишки, прикрытые громкими лозунгами. А ты, гад, ответишь первым. За все! И за этот удар, тоже!..
– Да, ты еще и ненормальная?! – удивился Сергей таким тоном, словно сделал величайшее открытие в истории человечества. – Да, пошла ты!..
– Конечно, я ухожу! – казалось, Вика готова ударить его, но все же не посмела. – Только запомни, Сереженька, что за все надо платить! И любой, кто встанет у меня на пути, будет своей кровушкой за это рассчитываться.
Она плюнула Сергею под ноги. Плюнула так, словно ставила клеймо и, резко развернувшись, побежала прочь.
В этих движениях было что-то мистическое. Она бежала длинными прыжками, словно волчица, преследующая добычу. Ее каштановые волосы рассыпались по плечам, взлетая при каждом шаге, подобно взмахам крыльев. А глаза, хоть Сергей и не мог этого видеть, горели холодным огнем, соперничая своим холодом в мертвенном лунном свете с далекими звездами. Звериная ярость исходила от нее ощутимыми волнами, и если бы кто-то увидел ее в этом стремительном беге, наверняка, свернул бы на другую улицу, от греха подальше. Одна лишь луна могла смотреть на нее с безнаказанной усмешкой.
Каблуки туфель у Вики сломались после первых же шагов, и она бездумно, почти не сбавляя темпа, сбросила туфли с ног, оставив их сверкать лакированными боками на асфальте, в свете луны и фонарей. Почти у своего дома Виктория с силой рванула за ворот платье, и она разорвалось с сухим треском, обнажив левую грудь. Вот так – босой, в разорванном платье, простоволосой – она с сильным рывком распахнула тяжелую дверь небольшого зеленого домика, стоявшего у самого края городка. Дальше него были лишь сады. За садами – лес, в котором, словно волчьи ямы, зияли обвалившиеся склепы староверцев.