Тьма
Шрифт:
И та же участь ждёт всех выживших жителей Стар-Сити.
Синее сияние возникло из ниоткуда столь стремительно, что, будь оно ближе к вседорожнику ещё хотя бы на пару ярдов, никакие «цепкие» шины не удержали бы автомобиль в этом мире — полностью остановившись, «Шевроле» зарылся капотом в неизвестность, и часть его исчезла из поля зрения. Теперь мерцающая стена была буквально перед самым носом Тейлора — если б не лобовое стекло, он смог бы протянуть руку и дотронуться до неё.
«И что дальше? — размышлял он. — Вернуться назад и поискать другой путь
Включив заднюю передачу, Джек медленно начал откатывать «Шевроле» от мерцающей стены. Когда автомобиль полностью «вернулся», молодой человек увидел, что капот остался таким же, как и прежде. И, честно говоря, не знал — радоваться или паниковать по этому поводу, ведь в его мире шёл чёрный ливень. Конечно, может, он и закончился, но где гарантии? Разумеется, их нет.
Краем глаза он заметил движение справа от машины и чертыхнулся. Как бы то ни было со всем остальным, а эти пауки-переростки уже не вызывали в нём страха. Скорее, отвращение и, ей-богу, улыбку. Было что-то в их внешности карикатурное. Вот только самим тварям на это абсолютно наплевать, и они не отстанут до самого рассвета, до которого, между прочим, наверняка ещё очень много времени. Едва представив себе, какой будет эта ночь (однозначно бессонной, но это ведь далеко не самый большой минус), Джек сильно захотел проехать через синюю стену. Ему очень хотелось проверить свои не очень уверенные догадки (чёрный дождь ещё ничего не доказывал — скорее, наоборот), но не меньше он боялся, что любопытство станет причиной его гибели.
Поскольку суета вокруг уже начинала действовать на нервы, Тейлор повёл «Шевроле» с черепашьей скоростью по заледенелому шоссе обратно в город. Это «мотание» туда-сюда напоминало замкнутый круг.
Монстр неспешно двинулся прочь. Его работа была выполнена. Очень быстро он исчез во тьме, растворившись в ней.
В вязкой чёрной массе в одном месте отчётливо был виден сгусток, очертаниями отдалённо напоминающий человека. Он непрерывно шевелился, подрагивал, извивался. Единственным, что пощадила слизь, оказались золотистые волосы, нелепо смотрящиеся на фоне сплошной черноты. Хотя нет — кое-где при внимательном рассмотрении в месиве угадывались красные прожилки.
Рядом с этим местом замер белый автомобиль, частично погрузившийся передком в ту же массу. Подобно Линде, «Кадиллак 62» 1958 года более не принадлежал реальности.
Абсолютную тишину нарушало только тихое причмокивание слизи. И ещё более тихий — но всё же различимый — стон.
Ведь она была жива.
Она ещё долго будет жить — гораздо дольше, чем кто бы то ни было мог представить даже в самом кошмарном сне. Во тьме всё вечно и неизменно — даже то, что когда-то принадлежало свету.
Кейт находилась там же — в коридоре больницы, совсем рядом с лестничным пролётом, но она не осознавала этого. Сильный жар и ломота во всём теле полностью лишили её возможности не только двигаться, но и нормально спать. Видения, прокручивающиеся
Ей казалось, будто всё, что происходило и происходит в городе сейчас — всего лишь декорации к фильму. Она видела себя со стороны, лежащей на полу, зная, что неподалёку находится съёмочная группа и как раз записывается очередной эпизод с её участием. Там же, рядом с режиссёром и оператором, стоит Джек. В настоящий момент он свободен, а потому наблюдает за тем, как играет Кейт. Она же, в свою очередь, очень хочет, чтобы ему понравилось. Кстати, там же стоит и Линда, но она в тени.
Это видение, столь приятное, но всё-таки какое-то туманное и неубедительное, сменилось другим. В нём не было места декорациям — всё происходило на самом деле. Но кошмар уже закончился: ливень прекратился, и тучи уже начали расходиться, пропуская на землю долгожданные лучи солнца (Кейт представляла себе, как стоит у дома Джека, который почему-то переместился на другую сторону улицы, и видит, как в небе исчезают последние чёрные клочки). Затем она вновь оказалась в больнице, и здесь её нашли спасатели в специальных защитных костюмах (по крайней мере, так она их себе представляла).
Помимо этих, были ещё сотни других видений, порой настолько сумасшедших, что она — даже будучи в бредовом состоянии — понимала, что это не реальность, однако чаще всего её преследовали именно вышеупомянутые два, причём они постоянно перекрещивались между собой. Несколько раз девушка ненадолго приходила в себя, сразу же ощущая страшный холод вокруг и твёрдость пола, а потом, ещё сильнее съёжившись, снова погружалась в забытье. Выбраться из этого мира грёз было не так-то просто.
И всё-таки она услышала шаги, гулко отдававшиеся в замкнутом пространстве коридора. Ей казалось, что это идёт один из спасателей. Наверняка его отправили на разведку, чтобы узнать, есть ли кто живой в здании больницы. Он приближался — она даже чувствовала вибрацию пола. А потом, раздавшись совсем рядом с ней, шаги прекратились. Некоторое время не раздавалось никаких других звуков, и она уже начала думать, что её не заметили, ведь здесь, как-никак, темно.
Кейт с огромным трудом открыла глаза и увидела рядом с собой чёрный силуэт. Поскольку он то и дело мелькал в её видениях, она не сильно испугалась, приняв его за очередную галлюцинацию. Однако время шло, а он не исчезал, неотрывно смотря на неё красными точками-глазами. Затем монстр потянулся к ней своей рукой. Девушка застонала, пытаясь отползти. Куда там — мышцы просто игнорировали команды мозга.
Когда стальные пальцы сомкнулись у неё на шее, Кейт окончательно потеряла сознание.
Пауки неотступно следовали за медленно двигающимся «Шевроле». Джек всё время хотел прибавить ходу, но его останавливала сильная сонливость и неуверенность в том, что ждёт за очередным поворотом… как выяснилось, не напрасно.
Гигантская трещина возникла перед автомобилем неожиданно. Злую шутку едва не сыграл толстый слой снега, замаскировавший задранные вверх — как будто что-то вырвалось из-под земли — края провала. Как и в случае с синей стеной на шоссе, Тейлор остановил машину в самый последний момент.