Тьма миров
Шрифт:
Уже неделю колдунье не спится толком. А это нервирует. Болезнь, правда не понятно какая, откуда взявшаяся, и куда исчезнувшая, больше Мериде не докучала. Она чувствовала себя абсолютно здоровой, полной сил, готовой к действиям… Но вот именно эта готовность и угнетала. Что нужно сделать, чтобы вернуться назад, домой к бабе Ники, — пусть не в свой родной волшебный мир, а всего лишь в магловский, но отсюда казавшийся таким знакомым и привычным, почти что родным, — девушка не знала. Нет, конечно мысли в голове бродили всякие и разные, и вполне возможно, что некоторые из них не принадлежали к бреду сумасшедшей. Но вот конкретный план действий так пока и не родился. Печально до жути, но факт!
А еще колдунья
Но вот чтобы не проделать подобное наяву, девушке пришлось приложить максимум усилий, сдерживая свои эмоции, бурлящие крутым кипятком. С чего весь сыр-бор, спрашивается? Да так, пустяки. Колдовать она разучилась.
Первый тревожный звоночек от своих способностей к магии, ведьмочка получила тотчас же после выздоровления. Решила она поздним вечером выйти на лоно природы, чтобы свежим воздухом подышать, на ближайшие окрестности полюбоваться, а попутно подивиться сразу на две луны, неспешно ползущие среди незнакомой звездной россыпи небосвода. Спускаясь по тропинке к запримеченному еще днем озеру, Мерида услышала позади себя какой-то неясный тревожащий шорох, словно некто очень осторожно крался обок от неё. В провожатых девушка не нуждалась. Тайными воздыхателями в новом для себя мире тоже вряд ли успела обзавестись. А потому ей стало крайне интересно, кто это такой наглый самовольно назначился в телохранители?
Резко развернувшись, колдунья привычным движением взмахнула волшебной палочкой, произнеся: «Люмос». А в ответ — тишина. В смысле того, что с кончика палочки лишь соскользнула бледная искорка размером с заморенного голодом светлячка и, отлетев на пару сантиметров, она с громким шипением погасла, будто в жаровню с углями ведро холодной воды выплеснули.
Если преследователь и вправду крался за девушкой, то он ничем себя не обнаружил, не высовывая нос из потемок. А вот элемент внезапности, с помощью которого Мэри рассчитывала застать врасплох непрошенного сопровожатого, накрылся медным тазом. И не простым тазом, а вскорости загромыхавшем так, словно его специально швырнули скользить по лестнице с гранитными ступеньками под гулкими каменными сводами просторной пещеры.
Дело в том, что неадекватное поведение волшебной палочки совсем не понравилось колдунье. Ой как не понравилось! Но она решила, что возможно еще не до конца оправилась после неведомой болезни, а потому плохо сконцентрировалась на желании временно превратить свой волшебный инструмент в фонарик на магических батарейках. Ведь им, ученикам школы колдовства, учителя в Хилкровсе, начиная с самого первого курса, настойчиво, по любому поводу, а иногда и без него, вдалбливали в головы непреложную истину, на которой, по их мнению, базируется любое волшебство. Магия — это прежде всего желание что-либо сделать, пусть даже настолько немыслимое, что разум поначалу отказывается верить в возможность исполнения пожелания. Но одного только желания всё же мало: иначе любой магл мог бы такого натворить, что потом министерство магии в полном составе за год не разгребло бы, вернув мироздание
Так вот, кроме желания, необходима вера в свои волшебные силы и физическая связь с источником, как минимум, одной из пяти стихий. А уж затем и знания, как всем этим правильно воспользоваться. Ими-то в школе обучения колдовству в замке Хилкровс наставники и старались поделиться с учениками.
Волшебная палочка в руках мага сродни смычку виртуоза-скрипача. Только она играет на энергетически-силовых струнах Стихий. Но в отличие от музыканта еще одновременно и заклинание «петь» требуется. Чуть сфальшивишь в игре или словах, и вся «песня» насмарку. А значит, нужна полная концентрация всех чувств, желаний и умений в одно единое целое. Потому-то Мерида, оконфузившись в первый раз, теперь с полной самоотдачей и сконцентрировалась повторно на таком простейшем заклинании, которое даже у первокурсников Хилкровса в конце учебного года отрабатывается до автоматизма, не вызывая излишних раздумий и замешательств.
Салют грянул неожиданно. Девушке даже показалось, будто от грохота почва под ногами сперва вздрогнула, а потом ходуном заходила. Оглушающее громыхание не отличалось продолжительностью, но зато оно вскорости отозвалось многократным ворчливым эхом в горах. Световой сгусток, стремительно умчавшийся вверх, на несколько мгновений завис высоко-высоко над головой волшебницы, став похожим на третью дополнительную луну. Потом он распластался по небу красивым полярным сиянием, узорчато переливаясь всеми цветами радуги. Но спустя минуту красочность фантастически великолепных всполохов поблёкла, свет потускнел, и сияние, распавшись на мельчайшие осколки, в конце концов бесшумно осыпалось на землю отдельными искорками.
На крыльцо дома выскочили крайне испуганные Сайна и Заясан, успев всё же полюбоваться с разинутыми от ошеломления ртами на невиданное доселе представление. Но Мэри, знавшая, что простейшее повседневное заклинание не должно было так себя вести, изумилась и перепугалась намного сильнее троллей. По сути, этим праздничным салютом колдунья и отметила прощание со своими магическими способностями.
Но не так уж легко отказаться от использования волшебной палочки на каждом шагу, когда ты к ней настолько привыкла с самого раннего детства, что порой махаешь ею не задумываясь, словно она просто продолжение твоей руки.
На следующий день, проходя мимо огромного зеркала, в котором даже отражение рослой Сайны чувствовало себя вольготно, а Меридино и вовсе выглядело заблудившимся в бескрайних просторах «потусторонней» комнаты, колдунья обратила внимание на свое платье. Девушке вдруг почудилось, будто за время недельного беспамятства она сильно исхудала, и одежда на ней висит мешковато, словно на вешалке. Да и явно бросающаяся в глаза помятость давно не глаженой ткани не вызвала бурного восторга. Красоваться, конечно, ей здесь особо не перед кем, но какая же девушка не хочет выглядеть идеально? Просто так, на всякий пожарный случай, а вдруг кто-нибудь в гости неожиданно заявится. Или хотя бы для себя самой, шибко любимой…
Пока взгляд ведьмочки деловито оценивал презентабельность зеркального двойника, а мысли прикидывали так и этак пути и очередность устранения недостатков, (стоит заметить, по большей части надуманных, а не реально существующих), рука уже автоматически потянулась за волшебной палочкой. Решив начать с подгонки наряда по фигуре, чтоб поясок на талии, например, не крутился словно гимнастический обруч — фантастическое преувеличение! — Мэри непринужденно взмахнула палочкой, произнося заклинание. Но лучше бы она оставила свой наряд в покое, не заморачиваясь внешним видом, ведь главное в жизни — внутренняя красота и доброта человека.