Тьма чернее ночи
Шрифт:
– Для протокола: какого числа вы там были?
– Вылетел ночным рейсом двадцать девятого октября. В редакции журнала я был на следующее утро, в понедельник тридцатого октября.
– И что вы делали там?
– Я попросил заведующего фотолабораторией журнала увеличить снимок с книжными шкафами.
Лэнгуайзер представила две увеличенные фотографии на плотной фотобумаге как следующие вещественные доказательства. После того как их приняли, несмотря на ожидаемый протест защиты, Дженис поставила снимки на пюпитры, установленные перед присяжными.
– Детектив, вы сравнили эти снимки с фотографиями, сделанными во время обыска в доме обвиняемого?
– Да, сравнили.
Лэнгуайзер попросила разрешения установить третий и четвертый пюпитры и выложить увеличенные фотографии, сделанные во время обыска: книжный шкаф целиком и полка с пустым пространством между книгами. Судья разрешил. Потом она попросила Босха сойти со свидетельской трибуны и, используя указку, объяснить, что он обнаружил, сравнивая снимки. При взгляде на фотографии любому было ясно, что обнаружил детектив, но Лэнгуайзер скрупулезно проходила все этапы, чтобы никто из присяжных не мог запутаться. Босх направил указку на фотографию, указывая на пустое пространство между книгами на полке. Потом перешел к другой фотографии и указал на книгу, занимавшую это же место.
– Когда мы производили обыск семнадцатого октября, между книгами «Пятый горизонт» и «Печатайте легенду» ничего не было. На фотографии, сделанной за десять месяцев до этого, между «Пятым горизонтом» и «Печатайте легенду» книга есть.
– И как называется книга?
– «Жертвы ночи».
– Так, и вы изучили фотографию книжного шкафа, сделанную во время обыска, чтобы проверить, не стояла ли эта книга, «Жертвы ночи», где-нибудь в другом месте?
Босх указал на сделанный семнадцатого октября снимок книжных шкафов.
– Проверили. Ее нет.
– Нашли ли вы эту книгу где-нибудь в другом месте в доме?
– Нет, не нашли.
– Благодарю вас, детектив. Можете вернуться на свидетельскую трибуну.
Лэнгуайзер представила экземпляр «Жертв ночи» в качестве вещественного доказательства и передала книгу Босху.
– Детектив, можете рассказать присяжным, что это такое?
– Экземпляр книги «Жертвы ночи».
– Это та книга, которая стояла на полке в доме обвиняемого, когда его фотографировали для «Архитектурного обозрения» в январе прошлого года?
– Нет, не та. Это другой экземпляр той же книги. Его купил я.
– Где?
– В книжном магазине «Мистери» в Вествуде.
– Почему вы купили ее там?
– Я обзвонил разные магазины. Только в «Мистери» книга оказалась в наличии.
– Почему ее было так трудно найти?
– Человек в книжном магазине «Мистери» сказал мне, что книга вышла маленьким тиражом.
– Вы читали эту книгу?
– Отрывочно. Здесь в основном фотографии мест необычных преступлений, несчастных случаев и тому подобного.
– Есть в книге что-то, что показалось вам необычным
– Да, на семьдесят третьей странице имеется фотография сцены смерти, которая сразу же привлекла мое внимание.
– Пожалуйста, опишите ее.
Босх открыл книгу на закладке. Заговорил, глядя на фотографию во всю страницу.
– Здесь изображена женщина в постели. Она мертва. Шарф завязан у нее на шее и захлестнут за один из прутьев передней спинки кровати. Она обнажена ниже талии. Левая рука находится между ног, два пальца вставлены в вагину.
– Будьте любезны прочитать заголовок под снимком.
– Он гласит: «Аутоэротическая смерть. Эта женщина была найдена в своей постели в Новом Орлеане. Жертва несчастного случая в результате аутоэротической асфиксии. Предполагается, что таким образом по всему миру каждый год умирает больше пятисот человек».
Лэнгуайзер попросила и получила разрешение выставить на пюпитры еще две увеличенные фотографии в качестве вещественных доказательств. Она поставила их прямо поверх двух фотографий книжных шкафов. Теперь перед присяжными стояли рядом фотография тела Джоди Кременц в постели и страница из «Жертв ночи».
– Детектив, вы сравнили фотографию жертвы по этому делу, Джоди Кременц, и фотографию из книги?
– Да, сравнил. И нашел их весьма схожими.
– Вам показалось, что тело мисс Кременц могли уложить, используя фотографию из книги в качестве модели или исходного материала?
– Да, показалось.
– Была ли у вас возможность спросить обвиняемого, что произошло с его экземпляром книги «Жертвы ночи»?
– Нет. Со дня обыска мистер Стори и его адвокаты отклоняли повторные просьбы о беседе.
Лэнгуайзер кивнула и посмотрела на судью:
– Ваша честь, можно мне снять эти вещественные доказательства и передать их секретарю суда?
– Да, пожалуйста, – ответил судья.
Лэнгуайзер сначала сняла фотографии двух мертвых женщин, сложив их друг с другом, как две половинки складного зеркала. Мелочь, но Босх заметил, что присяжные внимательно наблюдали.
– Хорошо, детектив Босх, – сказала Лэнгуайзер, убрав фотографии с пюпитров. – Навели ли вы справки или совершили ли какие-либо еще следственные действия на предмет аутоэротических смертей?
– Да. Я знал, что, если это дело когда-либо попадет в суд, классификация смерти как убийства, инсценированного под такого рода несчастный случай, может быть оспорена. Меня также заинтересовал заголовок под фотографией в книге. Откровенно говоря, меня удивила цифра в пятьсот смертей в год. Я навел справки в ФБР и обнаружил, что цифра эта действительно точна, если не занижена.
– И это заставило вас предпринять дальнейшие исследования?
– Да, на более локальном уровне.
Руководствуясь наводящими вопросами Лэнгуайзер, Босх засвидетельствовал, что проверил архивы судебно-медицинской службы на предмет смертей вследствие аутоэротической асфиксии. Проверялись данные за пять лет.