ТКС. Книга вторая
Шрифт:
– Слушай, кажется, они наврали, - прерывающимся от волнения голосом сказала я.
– Это же не те цветы, которые поливали в две смены?
– Я подошла поближе.
– Да это вообще просто крапива! Здоровенная, правда…
И растёт как-то странно… аккуратной продолговатой купиной посреди зелёной лужайки… Да, это были заросли крапивы, но какой… Приглядевшись, можно было заметить, как вибрируют толстенные стебли и листья величиной с ладонь, опушённые жгучими волосками. Они словно говорили - не подходи,
Кайлеан подошёл и, прищурясь, взглянул на заросли.
– Ну, что, просто крапива?
– с надеждой спросила я.
– Встань позади меня.
Щёлкнув пальцами, Кайлеан жестом отогнал от зарослей соседей и Ночку. Затем сложил руки рупором и выдохнул полосу кипящего пламени, которое прошлось по зарослям как напалм. Стебли, листья почернели и осыпались прахом, обнажив три надгробия.
Ольга Петровна и Валерий Егорович с видом “мы же говорили” переглянулись и радостно изобразили “дай пять”, хлопнувшись ладонями.
– О, нет, - простонала я, сунувшись было прочесть, что написано на плитах, но на месте сгоревших растений тут же выросли новые и скрыли из виду могилы.
Кайлеан невнятно ругнулся и вновь выдохнул пламя.
На этот раз крапива восстановилась ещё быстрее… и, кажется, стала выше и гуще… но я сконцентрировалась и успела заметить, что на центральном камне высечено “Шергин Андрей Сергеевич” и какие-то цифры внизу… очевидно, годы жизни.
Я повернулась к Кайлеану.
– Подними отца, - сказала я, задыхаясь от новых, доселе неизведанных чувств.
– Ты же некромант из некромантов. Подними. Я хочу знать, кто это сделал.
Кайлеан вначале изучил моё лицо и осторожно спросил:
– Даня… ты осознаёшь, о чём просишь?
– Подними. И спроси, кто это сделал. Если отец не ответит… поднимай мать.
Помедлив, Кайлеан обратил взгляд на заросли и застыл. Вначале он просто смотрел, потом его губы искривились, а брови сдвинулись от напряжения. Затем он вдруг расслабился, и его посетило уже знакомое мне выражение отрешённости. Только чуть заметное движение зрачков позволяло понять, что он что-то наблюдает внутренним взором. Наконец, он вернулся в этот мир, ко мне.
– Не могу, крапива мешает, - сказал он задумчиво.
– Корни уходят метров на десять вглубь и образуют искажающую сетку. Одно могу сказать точно - с теми, кто в могилах, что-то не так… Твою кровь не чувствую… хотя что-то твоё… присутствует. Но эту траву лучше не трогать.
– Почему?
– Она заговорена на магическое воздействие. Чем больше магии к ней применяют, тем сильней она становится. И вообще никто с даром магии с ней ничего не сделает.
– Его глаза вдруг хищно блеснули.
– Твои соседи… Они маги?
Я кивнула.
– Оба маги.
– Время… Время поджимает… Я мог бы заставить животное… - в раздумье пробормотал Кайлеан.
– Корову? Ночку?
– нахмурилась я.
– Она же травой питается… правда, не знаю, на сколько её хватит… глотку сожжёт…
Я твёрдо намеревалась узнать, что произошло. Но всё же сказала:
– Животное невинно. Ночку мучить не дам.
– Не так уж и невинно, - возразил Кайлеан.
– Тоже сторожит. Твоя Ночка ведёт себя прилично только потому, что я сразу взял её под контроль, как и её хозяев, и контролирую до сих пор. На самом деле ей очень хочется устроить корриду - проткнуть рогами и затоптать любого, кто кажется ей подозрительным. Ты, например, ей очень подозрительна… Возвращаемся в посёлок. Попробуем допросить кого-нибудь. Подумай, кто скорей всего в курсе того, что случилось с твоими родителями…
И тут меня настигло озарение. Перед глазами встали поля с овечками, невинно-голубое небо, шелестящий седой ясень и древние мудрые глаза за стёклами очков… И вспомнились непонятные слова… тогда непонятные… “крапива на кладбище у вас ещё будет. Запомните, её надо рвать голыми руками. Только тогда ваши усилия увенчаются успехом…”
– Это же я! Я - не маг! Во мне сейчас нет ни капли магии!
Кайлеан секунду смотрел на меня, затем молниеносно ухватил моё запястье - как клещами.
– Нет.
– Главное, Мерлин сказал, что тогда мои усилия увенчаются успехом, понимаешь? Увенчаются успехом! Это сам Мерлин предсказал!
– Нет.
– Ты не имеешь никакого права меня удерживать!
– Я безуспешно пыталась разжать железные пальцы.
– Уже имею! Забыла? Имею право, как связанный с тобой брачными клятвами.
Я перестала вырываться.
– А я сейчас дам королевское слово. Слово принцессы Аннмории. Что не прощу тебя никогда, если не подпустишь к могилам родителей.
Он отшатнулся и рявкнул:
– Данимира, прекрати! Ты ведёшь себя как ребёнок. Ещё неизвестно, что это за могилы…
– Вот и узнаем. И да, я веду себя как ребёнок. С родителями которого произошло что-то… неизвестное и страшное.
– Предлагаешь мне стоять и смотреть, как ты рук лишаешься?
– зло осведомился Кайлеан
– Милый… - сказала я и погладила его по щеке.
– Ты ведь будешь любить меня и без рук, правда?
– Хватка ослабла, и я по одному разжала его пальцы.
– Я сейчас разберусь с этой крапивой, и тогда ты сможешь меня обезболить. С помощью магии. Как сегодня ночью.