Титан
Шрифт:
– Мне не нужны твои благодарности, – ответила Габи, – мне нужно, чтобы ты любила меня.
– Я не могу принять от тебя такой жертвы. Я люблю тебя, Габи. О, дьявол! Мы были с тобой бок о бок с самого старта. Но первые пятьдесят километров мы совершаем на цеппелине. Я не могу принудить тебя к этому.
Габи побледнела, но храбро заявила:
– Тебе и не понадобится этого делать!
Сирокко кивнула в ответ:
– Как я уже говорила, ты поступаешь по своему усмотрению. Калвин говорит, что мы должны лететь
– Итак, идем ты, я и Джин?
– Да, – нахмурившись ответила Сирокко. – И я рада, что ты решилась идти.
Им много чего надо было в дорогу и Сирокко не знала, как все это добыть. У титанид существовала система обмена, но цены зависели от степени родственных взаимоотношений, установленных в общине и потребности в них. Никто не был голодным, но социальный статус личностей был неоднородным. У таких, как Волынка, была пища, кров над головой и орнамент на теле, которые ценились немногим меньше такой жизненной необходимости, как пища.
У них существовала своя кредитная система. Частично мейстерзингер использовал ее, но при установлении цены больше полагался на произвольно установленный им социальный статус Сирокко, утверждая, что так как она его духовная дочь, то соответственно должна быть принята общиной по причине природы ее миссии.
Большинство титанид-ремесленников покупали у нее идеи и платили ей чересчур щедро. Ими были изготовлены рюкзаки, ремни которых были приспособлены к человеческому телу. Все предлагали свои лучшие изделия.
Сирокко решила, что каждый из них должен нести около пятидесяти килограммов массы. Объем получался внушительный, но вес только двенадцать килограммов и будет становиться все меньше по мере их продвижения к ступице. Габи сказала, что центростремительная сила ускорения будет составлять одну сороковую гравитации.
Во-первых надо было решить проблему веревок. У титанид росло растение, которое очень подходило на роль веревки: оно было тонкое, крепкое и гибкое. Каждый мог нести кольцо из этой «веревки» длинной в сто метров.
Титаниды были хорошими альпинистами, хотя в большинстве случаев применяли это свое умение на деревьях. Сирокко обсудила с ремесленником по металлу вопрос изготовления альпинистских крюков и тот рьяно принялся за работу. К сожалению, сталь была незнакома титанидам. Джин посмотрел на крючья и покачал головой.
– Это лучшее, что можно сделать, – сказала Сирокко. – Они закалили ее как я сказала.
– Этого все равно недостаточно. Но не волнуйся. Чтобы там ни находилось внутри спицы, но это не должен быть камень. Камень не выдержал бы такого давления и раскололся. В сущности, я не знаю ничего достаточно прочного, чтобы могло выдержать это.
– Из этого следует, что люди, которые строили Гею знали больше нас.
Сирокко не слишком волновалась. Ангелы жили в спицах. Если они всю жизнь летают, то у них должны быть где-то насесты. Если они садятся на что-либо,
Они купили молотки, чтобы заколачивать крючья, они были наиболее легкие из тех, что могли изготовить ремесленники, и в то же время имели большую ударную силу. Ремесленники же снабдили их топорами и ножами, а также точильными камнями для их натачивания. Упаковали они и парашюты, любезно предоставленные цеппелином.
– Еще одежда, – сказала Сирокко, – какую одежду нам надо с собой взять?
Мейстерзингер беспомощно посмотрел на нее.
– Как ты видишь, я не испытываю в ней потребности, – пропел он. – Некоторые из нас, у которых также как у вас обнажена кожа, надевают на себя одежду в холодное время. Мы можем изготовить что вам потребуется.
В результате они оказались экипированы с головы до ног в лучшие образцы шелка. В самом деле это был конечно же не шелк, но ощущение было идентичное. Поверх этого были войлочные рубахи и панталоны, по две пары на каждого и шерстяные свитера. Были изготовлены также меховые куртки и штаны, а также перчатки на меху и мокасины на прочной подошве. Они должны были быть готовы ко всему и поэтому одежда заняла в их багаже много места, но Сирокко об этом не сожалела.
Упаковали они также шелковые гамаки и спальные принадлежности. Титаниды изготовили спички и масляные лампы. Они взяли каждый по одной лампе и горючее для нее.
Надо было подумать о воде и пище для путешествия.
– Вода, – волновалась Сирокко, – это может вылиться в большую проблему.
– Ладно, ты сама сказала, что ангелы живут там, наверху, – сказала Габи, помогающая Сирокко упаковывать вещи, – они ведь должны что-то там пить.
– Но это не значит, что эту воду легко будет там найти.
– Если ты будешь все время из-за чего-нибудь волноваться, мы можем вообще никогда не выйти.
Они взяли с собой большие бурдюки с водой, чтобы хватило питья на девять-десять дней. Затем заполнили все свободное пространство в багаже сухими продуктами. Они планировали, если это возможно, питаться той же пищей, что и ангелы.
На шестой день все было готово, но ей надо было еще встретиться с Биллом. Ее омрачала перспектива использовать свою власть, чтобы положить конец спорам, она знала, что поступит так только в случае крайней необходимости.
– Вы все сумасшедшие, – говорил Билл, стуча ладонью по кровати. – Вы не имеете понятия, как будете взбираться туда. Ты что, серьезно думаешь, что сможете вскарабкаться вверх по трубе на высоту 400 километров?!
– Мы собираемся посмотреть, возможно ли это.
– Это верное самоубийство. Ты будешь лететь со скоростью тысяча метров в секунду, прежде чем ударишься.
– Я подсчитала, что ускорение в этом воздухе не превышает двухсот метров. Билл, если ты пытаешься ободрить меня, то делаешь это паршиво. – Сирокко еще никогда не видела Билла таким и она ненавидела его за это.