Тиселе
Шрифт:
Нелепая ситуация. Разве только телепортироваться, но Тиселе после того раза сказала, что так себя мучить нельзя. Его — нельзя, а ее — можно?!
— Что ты молчишь? — обиделась девушка. — Сколько можно думать?
— Думать? Ах, думать! Да…
— Так что скажешь? Это можно будет — сделать такое заклинание, которое свяжет мою… как ты называл, сущность? Способность поглощать Силу, разрушать заклинания?
— Нет, конечно, — спохватился Залемран. — Это невозможно. Я уверен, даже то заклинание, которое изобрели твои друзья, не вечно. Отрицательный баланс — это отрицательный баланс и процесс разрушения можно только
— Ты уверен?
— Абсолютно. А почему это тебя так напугало? Чего тебе бояться здесь, в Карвийне? Никто не знает, кто ты, а если б и знали… Пока ты чароглотствовала, ты особого вреда не причинила, напротив, заставила усовершенствовать охранные заклинания, подняв их на недосягаемый прежде уровень. Кто посмеет причинить тебе вред? Ты — полноправная гражданка Карвийна, а твои чудачества вроде привычки лазить в окно по ночам — никого не касаются.
— Но я же не век буду жить в Карвийне… А снаружи маги служат короне… или себе, что еще хуже.
— Ты о Вийнике? Брось, он хороший малый!
— Это ты так думаешь, — упрямо качнула головой Тиселе. Она уже согрелась, ее клонило в сон, но бывшая ведьма предпочитала это скрывать, считая проявлением непозволительной слабости.
— Ну, если б и нет. Насильно наложить заклинание связи невозможно, Тиселе. Не переживай, ничего тебе Вийник не сделает. Кроме того… тебе ведь вовсе не обязательно…
Тиселе, как всегда, когда не хотела отвечать, резко оборвала разговор.
— Спасибо, ты меня успокоил. Я пойду.
Она встала и отбросила плед.
— Стой! Куда — в таком виде?!
— Здесь недалеко, а в темноте вида никто не разглядит.
— Какое разглядит! Ты же замерзнешь! Не сходи с ума!
— Я в своем уме, не бойся за меня. У меня железное здоровье, меня заколдовывали Заклятые, это никуда не делось. Я пойду.
— Стой! Тиселе, сейчас зима, а ты одета по-летнему! Я тебя никуда не пущу!
— Ты не сможешь меня удержать! — обиделась отлученная Заклятая. — Никто не будет стоять у меня на пути, вот! — Тиселе тряхнула головой, поняла, что говорит что-то уж совсем невежливое и поспешила исправить ситуацию: — Прости, мне пора. Уже поздно.
Прежде, чем Залемран успел вмешаться, она проскользнула мимо него и выскочила за дверь. Ассистент безнадежно махнул рукой. Если девушка не появится завтра в Коллегии, надо будет ее навестить. А если придет, но будет чихать, надо будет настоять на постельном режиме — чего бы ему этого не стоило!
Вмешательство не потребовалось, отлученная Заклятая и правда отличалась железным здоровьем. Вскоре выяснилось, что на людей заклинание связи не накладывается, а связь между Тиселе и созданными ею самой предметами вообще обеспечивалось не магией, а естественным путем, нормальная связь между человеком и его вещами. Находку пришлось практически целиком выкинуть, и взяться за дело снова.
Так закончилась зима, наступила весна. Грязь и слякоть почти не коснулись Карвийна, где подтаявший снег убирался магическим способом и точно так же улицы отчищались от грязи.
Тиселе не радовалась улучшению погоды. За весной придет лето — что тогда? А магия коллегиантам все никак не дается. Может, она не с теми связалась?
Грустные размышления не мешали работе. Учебных амулетов вполне хватало,
А Тиселе спокойно шагнула в пламя, как она всегда шагала навстречу любым, даже смертельным заклинаниям. И огонь погас, никого не опалив. Киксу освободили от занятий и срочно вызвали людей Ордена. Бывшая ведьма, как и все Заклятые, к негасимому пламени и огнетворцам относилась очень неодобрительно. И к городским чародейкам — тоже. Тиселе была убеждена, что городская магия прилична только мужчинам, которые не смогли бы стать Заклятыми, даже если бы и захотели. Но зачем женщинам подделываться под принципиально не подходящий их полу способ колдовства…
Несмотря на это, когда через две недели за Киксой приехал инспектор ордена, она рыдала, прощаясь в первую очередь с отлученной Заклятой, которая за это время превратилась едва ли не в персональную няньку. Тиселе возмущенно пожимала плечами. В глубине души бывшая ведьма жалела юную огненную колдунью, чью судьбу так сурово решили старшие, но повода для рыдания не видела. Прошлое надо оставлять за спиной… Конечно, она будет писать! Часто-часто… ну, как сможет. Только пусть девочка не плачет.
Почему в этом Ордене не запретили переписку с внешним миром?!
Перелом в работе наступил, когда Тиселе уже ни на что не надеялась. Уже набухали почки, удлинялись дни, птицы принялись щебетать под окнами. Лето приближалось семимильными шагами. Коллегианты изобретали заклинания каждую неделю и браковали их сразу после апробации. Бывшая ведьма снисходительно выслушала приглашение пройти в Зал, чтобы услышать очередную «великую идею».
Но идея оказалась стоящей. Ребята додумались создавать не заклинание связи, а заклинание, которое связь девушки с предметами, которые она создавала своими руками (в основном это были бумажные кораблики) распространяло бы на нечто другое. Например, на человека, которому эти вещи дарились. И сдерживающая часть навешивалась тоже не на девушку, а на сам объект, чтобы бывшая ведьма не могла испортить чар.
После недолгой серии неудач экспериментаторам наконец-то удалось полностью разработать нужные амулеты. Тиселе нанизала на нитку разноцветные бусины, по предложению ребят придав поделке вид магического символа, будущие маги зачаровали «амулет» и Пас храбро сунул его в карман. Тиселе пришлось настоять на том, чтобы не использовать сразу боевую магию… попробовали слабенькие иллюзорные чары и… амулет не сработал. К счастью для всех, мимо как раз проходил Залемран… нет, не случайно, вообще-то он давно прятался неподалеку, ждал результатов эксперимента. Ассистент выслушал чуть не плачущих с досады коллегиантов, посмотрел на встревоженную Тиселе и посоветовал подождать. Если они так уверены, что сделали все правильно…