Тигры Хайбории
Шрифт:
– Пожалуй… Ранн, не трогай ничего, пожалуйста! Пожалуй, серебро. Сделаете? Все должно выглядеть очень скромно – никаких излишеств. Цепочка запаянная, покрепче.
– Сто тридцать кесариев за камень, оправу, цепь и работу, – просто сказал карлик. – Вам когда надо?
– Немедленно.
– Тогда еще десятку за срочность.
– Дороговато, – точь-в-точь Конановским голосом пробурчал Ранн, но волшебник его одернул, шепнув:
– Никогда не берись торговаться с гномами. Они всегда назначают честную цену и не уступят даже жалкой медяшки. У твоего папы может, и получилось бы, но только
Тотлант отсчитал деньги, гном передал изумруд подмастерью, который исчез за занавесью в глубине лавки. Волшебник ради интереса начал считать удары своего сердца, чтобы проверить легенды о работоспособности гномов. Тридцать два, тридцать три, тридцать четыре…
– Примите, – коротко сказал ювелир. – Если понравится, обязательно приходите еще. Семья Нали, сына Торира, всегда к вашим услугам.
Тотлант надел цепочку на шею, взял Ранна за руку и заспешил к трактиру. На его груди зеленовато посвечивался крупный изумруд овальной формы.
Остальные давно собрались. Вещи были упакованы в седельные мешки, приглашенный месьором Барли кузнец перековал лошадей, заново проверили наличие всего самого необходимого. Как выразился Конан, «нельзя забыть теплую одежду, шатер, подорожные, золото и собственные головы». Оставалось лишь выехать из Брийта через Полуденные ворота, миновать Белые холмы, обогнуть их и выйти на тракт, ведущий к границам Бритунии.
Киммериец вчера вечером и сегодня с утра не терял времени даром. Пусть он не заметил ничего подозрительного, но история с наемным убийцей Конана по-прежнему беспокоила. Он привык исполнять прямо противоположную роль. Обычно варвар сам на кого-нибудь охотился или искал требующегося ему человека. Сейчас искали его и охотник за людьми вовсе не собирался угощать Конана пивом. С гильдией наемных убийц киммериец предпочитал не связываться. Себе дороже.
Варвар подробно расспросил Барли Бютта, который замечал и запоминал все, как бы не тяготился работой по трактиру. Хозяин потер ладонью лысину, окруженную венчиком седоватых волос, подумал и припомнил, что действительно несколько дней назад в «Танцующей лошади» останавливался благородный месьор с немедийским акцентом (а язык Пограничья складывался из чудовищной помеси бритунийского, нордхеймского и, как ни странно, гандерландского наречий). Да, правда, незнакомец был похож на дворянина. Нет, девицами не интересовался. Встречался с какими-то парнями, вроде бы из рода оборотней. Вместе с ними и уехал. И вообще, сударь, под ваше описание подойдет кто угодно. Видите во-он тех торговцев пушниной? И волосы светлые, и борода, и стрижка, как принято в Немедии. Не отыскать вам теперь вашего друга. Уехал, должно быть.
«Или погиб во время бури, – чуть обнадежено подумал Конан. – Ладно, чему быть, того не миновать. Главное, чтобы он не нанес удар из-за угла первым».
Отбыли. Ехали попарно. Впереди Конан и Ранн – варвар купил подопечному спокойную каурую кобылку. Не все ж Ранну ездить на седле киммерийца? Затем Эмерт с Тотлантом. Замыкали процессию оборотни, которым было приказано следить в оба, особенно когда бург останется позади и потянутся леса. После дня пути деревня должна была обнаружиться лиг через восемнадцать. Там можно заночевать.
– Ничего
– Верно, – Веллан не удержался и тоже полез в разговор. В конце концов, оборотень родился в Полуночной Бритунии, окончательно перебравшись в Пограничье лишь четыре года назад. Веллан, еще во времена ранней молодости, изучил дорогу от Пайрогии до Вольфгарда почти наизусть. – Конан, ты что-то перепутал. Ночевка в теплом крестьянском доме отменяется. До ночи не успеем.
– Опять шатер? – горестно отозвался Тотлант. – Холодно, жестко, Эмерт вечно храпит под ухом… Вы бы хоть свои портянки на ночь выкладывали наружу!
– Промокнут, – хохотнул Конан. – Терпи. Удивляюсь, насколько ты неприспособлен к походной жизни.
– К удобствам быстро привыкаешь, – огорченно произнес волшебник. – И зачем я с вами только связался? Вот Ранн, ему хорошо – он будто создан для путешествий. Никогда не жалуется, знает, что нужно делать, как охотиться, как дрова нарубить…
– Мое воспитание, – брякнул Конан и только потом понял, что сказал. Он уже привык считать Ранна сыном. Удивительно просто!
Ничего неожиданного так и не произошло. Поселок скрылся за покрытыми снегом холмами, некоторое время маленький отряд сопровождали несколько встретившихся по пути воинов дорожной стражи, переругивавшиеся с Велланом и Эртелем, проплыл мимо деревянный межевой столб с надписью, извещавшей всякого путника, что тот ступил на землю, принадлежащую вольному бургу Пограничного королевства Брийт, а далее простерлось бесконечное лесное море, за которым, слева, синела темная полоса Граскаальского хребта.
– Привал, – объявил Конан в середине дня. – Ранн, бери топор и иди за хворостом. Эртель, распаковывай еду и котел. Тотлант…
– Я сейчас буду очень занят, – волшебник, как всегда неловко, слез с лошади. – Зачем откладывать на потом то, что требуется сделать как можно быстрее?
Мальчишка молча вынул из чехла небольшую секиру и отправился к зарослям молодого ельника.
– Что сделать? – насторожился Конан, услышав речи стигийца. – Опять придумал какую-нибудь магическую гадость?
– Не гадость, а весьма полезное дело, – сказал волшебник. – Где сердце чудовища? У Эмерта?
– У меня, – Конан ткнул пальцем в кожаный баул, висевший на седле. – Полагаешь, я доверю кому-нибудь такую опасную штуковину?
– Давай сюда, – скомандовал Тотлант. – Сейчас будем перемещать заключенную в нем магическую силу в изумруд, который я сегодня купил. Этот камень лучше всего сохраняет магию.
– А это не опасно? – Веллан нахмурился, подозрительно глядя на стигийца.
– Плевое дело, – Тотлант снял с лошади киммерийца мешок, развязал горловину и осторожно заглянул внутрь. – Шевелится… Живое еще. Видишь ли, Веллан, если живая плоть сердца, пока что поддерживаемая магией, все-таки умрет, мы потеряем столь дешево доставшуюся нам силу, а над Пограничьем разразится очередной колдовской шторм, сохранившийся внутри заполученного нами артефакта… Поэтому я решил заключить Бурю в изумруд как можно быстрее.