Тигр. Тигр!
Шрифт:
— Двенадцать, четырнадцать, шестнадцать сотен долларов, — всхлипывал Вандальер. — И все! Шестнадцать сотен долларов! Мой дом стоил десять тысяч, земля — пять. А еще мебель, машины, самолет… Шестнадцать сотен долларов! Боже!
Я вскочил из-за стола и повернулся к андроиду. Я взял ремень и начал бить его. Он не шелохнулся.
— Я должен напомнить вам, что стою пятьдесят семь тысяч, — сказал андроид. — Я должен предупредить вас, что вы подвергаете опасности ценное имущество.
— Ты проклятая
Он продолжал бить андроида.
— Я должен напомнить вам, — произнес андроид, — что каюты второго класса не имеют звукоизоляции.
Вандальер выронил ремень и так стоял, судорожно дыша, глядя на существо, которым владел.
— Почему ты убил ее? — спросил я.
— Не знаю, — ответил я.
— Началось все с пустяков. Мне следовало догадаться еще тогда. Андроиды не могут портить и разрушать. Они не могут наносить вред. Они…
— У меня нет чувств.
— Потом оскорбление действием… тот инженер на Ригеле. С каждым разом все хуже. С каждым разом нам приходилось убираться все быстрее. Теперь убийство. Что с тобой случилось?
— Не знаю. У меня нет цепи самоконтроля.
— Мы скатываемся ниже и ниже. Взгляни на меня. В каюте второго класса… Я! Джеймс Палеолог Вандальер! Мой отец был богатейшим… А теперь — шестнадцать сотен долларов. И ты. Будь ты проклят!
Вандальер поднял ремень, затем выронил его и распластался на койке. Наконец он взял себя в руки.
— Инструкции.
— Имя: Джеймс Валентин. На Парагоне провел один день, пересаживаясь на корабль. Занятие: агент по сдаче внаем частного андроида. Цель визита на Мегастер-5: постоянное жительство.
— Документы.
Андроид достал из чемодана паспорт Вандальера, взял ручку, чернила и сел за стол. Точными, верными движениями — искусной рукой, умеющей писать, чертить, гравировать — он методично подделывал документы Вандальера. Их владелец с жалким видом наблюдал за мной.
— О боже, — бормотал я. — Что мне делать? Если бы я мог избавиться от тебя! Если бы только я унаследовал не тебя, а папашину голову!
Невысокая безнравственная Даллас Брейди была ведущим ювелиром Мегастера. Она взяла на работу саморазвивающегося андроида и соблазнила его хозяина. Однажды ночью в своей постели она внезапно спросила:
— Твое имя Вандальер, да?
— Да, — вырвалось у меня. — Нет! Валентин! Джеймс Валентин.
— Что произошло на Парагоне? — спросила Даллас Брейди. — Я думала, андроиды не могут убивать или причинять вред.
— Мое имя Валентин.
— Доказать? Хочешь, вызову полицию?
Она потянулась к телефону.
— Ради бога, Даллас!
Вандальер вскочил и вырвал у нее трубку. Она рассмеялась, а он упал и заплакал
— Как ты узнала?
— Все газеты полны этим. А Валентин — не так уж далеко от Вандал ьера. Что случилось на Парагоне?
— Он похитил девочку. Утащил ее в рисовые поля и убил.
— Тебя разыскивают.
— Мы скрываемся уже два года. За два года — семь планет. За два года я потерял на сто тысяч долларов собственности.
— Ты бы лучше выяснил, что с ним стряслось.
— Как?! Прикажешь сказать: «Мой андроид превратился в убийцу, почините его?..» Сразу вызовут полицию! — Меня начало трясти. — Кто мне будет зарабатывать деньги?
— Работай сам.
— А что я умею? Разве я могу сравниться со специализированными роботами? Всю жизнь меня кормил отец. Проклятье! Перед смертью он разорился и оставил мне одного андроида.
— Продай его и вложи эти пятьдесят тысяч в дело.
— И получать три процента? Полторы тысячи в год? Нет, Даллас.
— Но ведь он свихнулся! Что ты будешь делать?
— Ничего… молиться. А вот что ты собираешься делать?
— Молчать. Но я ожидаю кое-что взамен.
— Что?
— Андроид должен работать на меня бесплатно.
Сбережения Вандальера начали расти. Когда теплая весна Мегастсра перешла в жаркое лето, я стал вкладывать деньги в землю и фермы. Еще несколько лет, и мои дела поправятся, можно будет поселиться здесь постоянно.
В первый жаркий день андроид запел. Он танцевал в мастерской Даллас Брейди, нагреваемой солнцем и электрической плавильной печью, и выводил старую мелодию, популярную полвека назад:
Нет хуже врага, чем жара, Ее не возьмешь на «ура». Но надо стараться всегда Помнить, это все ерунда! И быть холодным и бесстрастным, Душка…Он пел необычным, срывающимся голосом, а руки, заведенные за спину, дергались в какой-то странной румбе. Даллас Брейди была удивлена.
— Ты счастлив? — спросила она.
— Я должен напомнить вам, что у меня нет чувств, — ответил я. — Все ерунда! Холодным и бесстрастным, душка…
Андроид схватил стальные клещи и сунул их в разверстую пасть горнила, наклоняясь вперед к любимому жару.
— Осторожней, болван! — воскликнула Даллас. — Хочешь туда свалиться?
— Все ерунда! Все ерунда! — пел я.
Он вытащил из печи клещи с формой, повернулся, безумно заорал и плеснул расплавленным золотом на голову Даллас Брейди. Она вскрикнула и упала, волосы вспыхнули, платье затлело, кожа обуглилась.