Тигр. Тигр!
Шрифт:
— Можешь вернуться.
Робин приблизилась к полууничтоженному существу, копошащемуся у ног Фойла и смотрящему на него тусклыми трезвыми глазами.
— Ты — Форрест?
— Кто вы?..
— Ты — Бен Форрест, бывший член экипажа престейновской «Ворги». Шестнадцатого сентября 2336 года ты находился на борту «Ворги».
Форрест всхлипнул и затряс головой.
— Шестнадцатого сентября возле пояса астероидов вы прошли мимо разбитого корабля. Мимо остатков «Номада». Он дат сигнал о помощи. Но вы ушли.
Форрест страшно закричал.
— Кто приказал пройти мимо?
— Боже, нет! Нет! Нет!
— Из архивов пропали все документы. Кто-то наложил на них лапу раньше меня. Кто? Кто находился на борту «Ворги»? Кто был с тобой? Кто командовал?
— Нет! — надрывался Форрест. — Нет!!
Фойл сунул в лицо бьющемуся в истерике человеку пачку банкнот.
— Я плачу за информацию. Пятьдесят тысяч. Аналог до конца дней твоих. Кто приказал бросить меня околевать? Кто?
Форрест вырвал деньги из рук Фойла, вскочил и побежал по берегу. Фойл нагнал его и повалил на песок, головой в воду.
— Кто командовал «Воргой»? Кто отдал приказ?
— Ты его утопишь! — закричала Робин.
— Пускай помучается, вода лучше, чем космос. Я мучился шесть месяцев… Кто отдал приказ?
Форрест пускал пузыри и захлебывался. Фойл за волосы приподнял его голову.
— Что ты?! Преданный? Сумасшедший? Напуганный? Такие, как ты, продаются с потрохами за пять тысяч. Я предлагаю пятьдесят. Пятьдесят тысяч за пару слов, ты, сукин сын, иначе сдохнешь медленно и болезненно!
На лице Фойла выступила татуировка. Он с силой вжал голову Форреста в воду и навалился на извивающееся тело. Робин пыталась оттащить Фойла.
— Ты убиваешь его!
Фойл повернул к Робин свое кошмарное лицо.
— Прочь руки, сволочь!.. Кто был с тобой на борту, Форрест? Кто отдал приказ? Почему?
Форрест извернулся и приподнял голову.
— Нас было двенадцать, — хватая ртом воздух, прохрипел он. — Господи, спаси меня! Я, Кемп…
Он судорожно дернулся и обмяк. Фойл вытащил тело из воды.
— Ну, продолжай! Ты и кто? Кемп? Кто еще? Говори!
Ответа не было. Фойл склонился ниже.
— Мертв… — прорычал он.
— О господи! Господи!
— Одна нить к черту. И только когда раскололся. Что за невезение… — Фойл глубоко вздохнул и, как за щитом, укрылся за стеной безразличия. Татуировка исчезла с его лица. — В Шанхае почти полночь. Пора. Возможно, удача ждет нас с Сержем Орелем, помощником корабельного врача. Не смотри на меня так. Это всего лишь убийство. Вперед, крошка. Джантируй!
Робин охнула и ошеломленно уставилась куда-то за его спину. Фойл повернулся. На песке возникла пылающая фигура — высокий мужчина в охваченной огнем одежде, со страшно татуированным лицом. Это был он сам.
— Боже! — выдавил Фойл. Он шагнул в
Дрожа от потрясения, Фойл повернулся к Робин:
— Видела?
— Да.
— Что это было?
— Ты.
— Ради бога! Как это возможно? Как…
— Это был ты.
— Но… — Он запнулся, обессиленный и растерянный. — Галлюцинация?
— Не знаю.
— Боже всемогущий! Видеть себя….лицом к липу… Одежда пылала… Что же это?
— Это был Гулли Фойл, — проговорила Робин, — горящий в аду.
— Ну хорошо, — свирепо прошипел Фойл. — Я в аду. Но это меня не остановит. Если мне суждено гореть в аду, «Ворга» будет гореть со мной. — Он резко сжал кулаки, вновь обретая силу и целеустремленность. — Меня не остановить, клянусь! На очереди Шанхай. Джантируй!
Глава 3
На Костюмированном Балу в Шанхае Формайл с Цереса взбудоражил публику, появившись в роли Смерти в дюреровской «Смерти и девушке». Его сопровождало ослепительное создание, закутанное в прозрачные вуали. Викторианское общество, душившее своих женщин паранджой и считавшее платья клана Пенемюнде верхом дерзости, было шокировано. Но когда Формайл открыл, что Это не женщина, а великолепный андроид, мнение немедленно изменилось в его пользу. Общество пришло в восхищение от искусного обмана. Обнаженное тело, позорное у человека, — всего лишь бесполая диковинка у андроида.
Ровно в полночь Формайл пустил андроида с аукциона.
— Деньги идут на благотворительность, Формайл?
— Конечно, нет! Вам известен мой девиз: «Ни гроша на энтропию!»… Что я слышу? — сто кредиток за это дорогое и очаровательное создание? Всего лишь одна сотня, джентльмены? Сама красота и изумительная приспособляемость. Две? Благодарю. Давайте, давайте! Кто больше? Замечательный плод местного гения Пятимильного Цирка. Она ходит, она говорит, она приспосабливается. В нес заложена обязательная любовь к хозяину. Девять? Кто еще? Что, это все? Вы побиты? Вы сдаетесь? Продано лорду Йельскому за девятьсот кредиток.
Шум, аплодисменты и недоуменные подсчеты:
— Боже, такой андроид должен стоить девяносто тысяч! Так тратить деньги…
— Будьте любезны, передайте деньги андроиду, лорд Йель. Она отреагирует соответственно… До встречи в Риме, леди и джентльмены! Ровно в полночь во дворце Борджиа. С Новым годом!
Формайл уже исчез, когда, к восторгу всех холостяков, лорд Йель обнаружил, что их обманули дважды. Андроид оказался живым человеческим существом; сама красота и изумительная приспособляемость. На девятьсот кредиток она отреагировала великолепно. Шутку долго еще смаковали в курительных салонах. Купленным на корню холостякам не терпелось поздравить Формайла.