This is...
Шрифт:
Узумаки пожала плечами.
– Сейчас сделаем!
– Только надо ему тело новое создать. Твой муж сможет?
– Думаю, да. Мальчики!
Шаринганистые “мальчики” налетели на Сасори, скрутили. Чего не ожидал кукольник, так это участливого похлопывания по плечу и сочувственного шепота:
– Крепись. Дальше хуже будет.
========== Возрождение семьи Фантомхайв ==========
Рано или поздно все приходит к своему завершению. Знали это Тсунаеши с Гарри, обменяв работу прислужников богини
Ушла Тсуна, сжимая руку Легендарного Жнеца. В двадцать четыре года, попав под шальную пулю во время поимки преступника. Задания Королевы никогда не были простыми.
– У тебя обязательно все будет хорошо. Ты женишься на Лиззи, у вас появятся дети. Ты станешь отличным отцом, поверь мне, Сиэль, я знаю, - граф глотал слезы, слушая маму Тсуну. А та улыбалась, так тепло и нежно, как будто не у нее внутренности превратились в кашу. Не помогала даже демоническая энергия и чары папы Гарри - пуля тоже была зачарована очередными сектантами.
Сиэль оставил тело мамы Тсуны на попечение Гробовщика. Последнее, что он увидел - как Легендарный Жнец нежно прикасается губами к еще не остывшей ладошке, даря последнюю в этой жизни ласку.
Следом покинул мир папа Гарри - через три неполных года, на очередном изгнании. Не помог даже дьявольски хороший дворецкий.
Круг замкнулся.
Киехару Гимпо, граф Фантомхайв… ой, ладно, будем честны, Шиори Гимпо, наследница семейства Фантомхайв, лежала на каменном алтаре. Кажется, ее в очередной раз будут приносить в жертву.
Почему-то мысли крутились вокруг уроков истории, что преподавал ей Танака. Вокруг рассказов о днях былой славы, когда семейство Фантомхайв находилось на пике своей силы. Тсунаеши Савада, дальняя родственница Винсента Фантомхайва, успешно расследовала преступления, ее брат Гарри очищал мир от подлунной нечисти. После их смерти Сиэль Фантомхайв сделал все, чтобы распространить влияние рода на страны всего мира. И почему-то особенно стремился в Японию. Кстати, тот граф стал единственным, у кого было целых трое детей! Гарри, Винсент и Рейчел.
И куда все это подевалось? Из-за козней врагов от семейства осталась одна только Шиори да дьявольски хороший дворецкий. Который в данный момент сидит безвылазно в какой-то сдерживающей пентаграмме.
А вскоре и ее не станет.
– Нет, это уже беспредел!
– незнакомый голос разбил тишину. Шиори ощутила, что ее поднимают на руки.
– Я тут ломаю голову, уговариваю богиню Смерти отпустить меня на перерождение именно в это время, а они прохлаждаются, в пентаграммах сидят, в ус не дуют. Себастьян, хоть бы истинную форму принял!
– отчитывал демона юношеский голос.
Судя по всему, демон форму принял. Реакция не заставила себя ждать.
– Каблуки, макияж, все тип-топ, и этот день наш!
–
Зазвенел задорный девичий смех.
– Ваши познания весьма разносторонни, милорд, - ответил демон.
Шиори захлебнулась нежностью, радостью и безграничным доверием, прозвучавшим в голосе Себастьяна. С ней он всегда говорил с насмешкой, она понимала, что по сравнению с тем же Сиэлем, весьма бледная наследница семейства. Но все равно демон ее раздражал.
А тут - преклонение перед неизвестным.
Ее подняли на руки и куда-то понесли, над головой мелькали лампы на каменном потолке, а за спиной раздавались крики. Демон взялся за работу.
Из странной апатии Шиори вышла только в просторной комнате. Родовое поместье Фантомхайв в Англии, девятнадцатый век. В нем все сохранилось неизменным, хотя японка ни разу здесь не была.
Однако больше всего поражали собравшиеся личности.
На диване напротив Гробовщик сжимал в объятиях и тискал сидящую на его коленях девушку. Та держала в руках пышный букет ромашек и пламенела ушами, сияла большими карими глазами.
У стены намешивал что-то в высоком бокале зеленоглазый брюнет в очках. Себастьян стоял рядом, следил за каждым движением, полностью отрешившись от остального мира. Как будто никого другого для демона не существовало.
А в центре комнаты полыхал яростью синеглазый юноша лет двадцати.
Как она не поймала инфаркт, Шиори так и не поняла. Все личности являлись копиями поколения Фантомхайвов времен расцвета. Их портреты хранились в картинной галерее дома на почетном месте.
Савада Тсунаеши.
Гарри Поттер.
Сиэль Фантомхайв.
Может, это все какая-то странная галлюцинация?
– Привет, - помахала рукой шатенка с колен Гробовщика.
– Я Тсуна, это - Гарри, - брюнет впихнул в руку японки стакан с пахнущей травами жидкостью.
– А это Сиэль.
Мир сошел с ума, мир определенно с ума!
– И где вы шлялись?
– Сиэль упер руки в бока.
– Я тут выкручиваюсь, спасаю единственного потомка, а они где-то пропадают.
– Мы мир спасали, - захлопала глазами Тсуна.
– Семнадцать лет?!
– возмутился Сиэль.
– Мама Тсуна, ни за что не поверю.
– Ну-у-у… мы не один раз спасали.
Шиори решила выпить зелье, поданное Гарри. Даже если это яд. Но после него как-то странно полегчало, все стало… по барабану. Хорошее успокоительное.
– Лучше скажи мне, как ты снова умудрился связаться с этим исчадием ада - реинкарнацией Лау?
– коброй взвился Гарри.
– Ну-у-у… - стало понятно, от кого Сиэль унаследовал умение тянуть гласные и строить умилительные в своей невинности рожицы.
– Мы еще в прошлом хотели быть вместе, только половой признак мешал пожениться.