Тевтонка
Шрифт:
Из колдуньи сыпалось серебро, похожее на инструменты кузнеца или ювелира. Может, ключи от темниц? Грета склонилась, собрала их.
Отрубленная голова с одним сломанным усиком шевельнулась, беззвучно закричала. Удар — и она распалась, выпустив серебристое облачко, которое метнулось вправо, влево… и объяло Грету.
На стенах зала появились образы.
Прорва звёзд вокруг. Дом-улей, его квадратные блоки едва касаются друг друга краями, не понять, как не падают. Спиральная галактика. Лысое
Образы мелькали, неслись галопом.
Помидорки черри. Тройной интеграл. Пластмассовая лилия-заколка. Голограмма. Индюк. Временной парадокс. Вантуз.
Именно тогда Грета фон Таупадель перестала существовать. Как обвал, её погрёб под собой опыт пятнадцатилетней Тирейн, углублённый курс ксенотехники Свободной Академии, любовь к урдособакам, талант изобретателя.
И — потрясающая избалованность. Дети будущего зубами рвали у родителей свой новогодний подарок, даже если им приспичило завести королевскую кобру из обогащённого урана.
Поколение Тирейн растеряло все древние моральные ориентиры. Новое человечество свободно скрещивалось со всеми, кто стоял на двух ногах. А с теми, кто не стоял — опускалось на четвереньки и тоже скрещивалось. Они не знали ограничения ни в чём, любое желание мгновенно исполнялось. Есть ресурс? Немедленно его употребить!
В мире, где осталось государство Тевтонского ордена, ещё наручных часов не придумали, Тирейн же легко скакала во времени. У Греты захватило дух от всего, что она знает и может.
Теперь уже не Грета — Грейн. К ней перешло личное время и Путь, который нужно пройти.
Марта слушала историю девушки-рыцаря, будто страшную сказку, закусив пальчик. На стенах зала висели ковры из шёлка, гобелены с цветными рисунками. Вот ангелы нанизывают на копья красного змея. Единорог в неволе, его привязали за шею к пальме, обнесли забором, а за забором ягодки, цветочки, разнотравье — благодать, в общем. Вот апостолы в лодочке рыбку ловят.
Марта недоверчиво переспросила:
— Так там действительно была ведьма?
— Тирейн-то? — грустно усмехнулась рассказчица. Кажется, ей трудно давалось это имя. — Какая ещё ведьма, всего лишь наивная девчонка с кучей навороченных игрушек.
— Но ты ведь её убила!
Гобелены по обе стороны от камина затрепетали. Наверное, за ними прятались щели и поддувал сквозняк. Край полотнища с апостолами на мгновение загнулся, под ним мелькнул странный рисунок. Марта решила встать, рассмотреть его…
Однако Грейн взяла за плечо и усадила обратно. Сама вскочила, прошлась туда-сюда. Потом снова устроилась напротив и сложила руки на груди.
— Понимаешь, Марта, Древо не позволило бы мне кого-либо убить. Мы обе находились в пределах одного разума, так что я просто стёрла часть информации. Удалила
— Разве ты очнулась не в колдовском дворце?
— Какой дворец? Девочка из будущего скопировала Грету в свой разум. Зря. Мне потом звонили подружки Тирейн, её мама. Красный колючий тип говорил, что начальник, угрожал уволить за кражу временной капсулы. А я взяла кинжал и вырезала из запястья чип, пусть на заднем дворе в двенадцатом веке звонит, кнехтов развлекает… Ладно, давай расскажу по порядку.
Перед погасшим светильником лежала девушка с усиками на макушке. Она дёрнулась, встала, глянула на свои зелёные пальцы, тряхнула ими брезгливо, посмотрела снова.
С отвращением ощупала облегающий оранжевый комбинезон, скинула с головы маску сварщика. Всего один слой одежды, срам-то какой! Тело Тирейн уже набрало женские формы, оно не имело понятия о посте и пятничных ударах бичом. Желудок булькал, требовал еды, нежную кожу шеи натёр пластиковый ремешок, она жаловалась.
Ничего, строптивая лошадка, ты узнаешь кнут и стремена!
Сквозь лиловую радужку зрачков проступила сталь. Грейн вырвет братьев из пекла. С гиперпространственным кораблём, с возможностями перемещаться во времени, с дезинтеграторами и лазерами — да проще кофемолки.
И найдёт для братьев Рай.
Нет Рая? Откуда вы знаете — искали? Плохо искали.
Первым делом она подошла к горящему слева фонарю и уставилась на него в упор. Через минуту неровный свет не выдержал, сжался в жгут, забился вдохновенным, летящим почерком поэта:
«Инструкция пользователя.
Яблочки рви, а листики не трогай.
Не наступай на свою тень.
Не сходи с Пути, сошла — вернись» и так далее.
Глупышка Тирейн видела эти слова, но не нашла времени прочитать и вдуматься. Что ж, теперь у неё вообще нет своего времени.
Грейн не просто читала, она выжигала оттиск каждой строчки на стенах разума. Не трогать листики — значит, нельзя брать личность целиком. Только нужные умения, навыки. Тирейн всего лишь хотела получить знания Греты о доспехах средневековья.
«Вот как называется наше время: Средние века, — поняла Грейн. — Ещё не отважные покорители звёзд и пожиратели черри, но уже и не обезьяны. Что — обезьяны?! Так человек возник, по-вашему? И где тут Адам? О, нашла, Адам Смит, EVA… Стоп, какие ещё рыночные отношения? Не на рынке у них были отношения, а в саду! Ох, ну и каша в голове!»
Тирейн требовалось только «сорвать яблочки». Она же скопировала Грету целиком в свой разум, за что и поплатилась. Горе тому, кто пропускает инструкции.