Тестировщик миров
Шрифт:
– Не было, – ответил Самомото.
Папа Цаплер облегченно вздохнул.
– Или был… – продолжил Самомото. – Какая теперь разница? По накладным ящик проходит?
– Нет.
– Ну, вот и все. Значит, и не было.
– А если все-таки он есть?
– Тогда мы узнаем обо всем из газет.
– Ага… Узнают и урежут финансирование. Появятся же у них деньги в конце концов?
– Я бы на их месте поступил с точностью до наоборот. Засчитал бы это как очередной опыт, подтверждающий нашу профессиональную
– Вот поэтому ты и не генерал.
– Точно. Я умнее…
Самомото плавно сбросил скорость. Дорога, огибая довольно высокий холм, круто поворачивала. Перед поворотом лежали скатившиеся сверху камни. Машина притормозила. Кусты, густо росшие вдоль дороги, царапнули ветками по стеклу. Папа Цаплер оторвал глаза от асфальта, разглядывая крупные красные ягоды на ветках, и не сразу сообразил, что машина встала.
– Э-э-э? Человек? – удивился Самомото, увидев торчащие из-под капота ноги.
– А-а-а, дави его… – скомандовал Папа Цаплер. – Одним больше, одним меньше…
Его товарищ не послушался и ткнул локтем Папу Цаплера, чтобы не зарывался:
– Посмотри…
Бормоча вполголоса проклятия в адрес очередного мученика науки, Папа вышел из машины. Обходя грузовик, профессор успел проклясть жизнь и порядки, при которых ему мало того что не дают на опыты денег, так еще и разные дураки бросаются под колеса… Не скрывая своего раздражения, этот обычно интеллигентный человек нецензурно советовал лежащему на асфальте идиоту, если тот действительно хочет свести счеты с жизнью, дойти до их лабораторного огорода, встать под яблоню и потрясти ее посильнее. Выслушать ответ ему не пришлось. Внимание переключилось на окруживших его вооруженных людей.
– В чем дело? – спокойно спросил профессор. Он мог бы и не спрашивать, и без того ясно было, что дело, скорее всего, в их бумажниках или автомобиле. – Господам угодно развлечься?
– Господам угодно прокатиться, – раздалось снизу.
Гекча поднялся с асфальта.
– С вашего разрешения мы хотим воспользоваться этим автомобилем.
В профессоре, еще не остывшем от словопрений в Военно-Техническом Бюро, закипело холодное бешенство.
– Может быть, вам еще что-нибудь нужно? У моего коллеги, например, есть хорошее исподнее… Совсем чистое…
Этот вопрос остался открытым, оттого что кто-то крикнул:
– Профессор! Коллега!
Нарушив все правила конспирации, на дорогу выбежал один из делегатов и начал трясти руку Папе Цаплеру.
– Не пугайтесь, профессор. Тут все порядочные люди, – приговаривал делегат.
Близоруко щурясь, профессор разглядывал говорившего, не в силах поверить своим глазам, и наконец всплеснул руками.
– Сеньор Себасьяно? Вы? – спросил он с великим изумлением. – Вы на большой дороге? Вам что, мало платят на кафедре гидравлики?
– Одну минуту,
Ага… Вот и ощущения вернулись. Из бесплотного духа, витавшего в кабине над профессорскими головами, я стал живым человеком. Чувствующим, видящим, способным к действиям. В руках автомат, и взгляд с прищуром. Так. На всякий случай. Я же понял, что это не враги.
Профессор полуобернулся ко мне и вполголоса, но так, чтобы слышал водитель авто, сказал:
– Это профессор Цаплер. Порядочный человек… Мне думается, что он на нашей стороне… Позвольте, я поговорю с ним.
Я пожал плечами. Машина у нас, считай, имелась. Водителей в нашей компании тоже хватало, так что вполне можно было бы обойтись без помощи и даже согласия, но я все-таки кивнул. Все-таки хозяин за рулем своей машины выглядит убедительнее, тем более что, оказывается, и личность он тут достаточно известная.
– Пожалуйста. Но ничего лишнего…
– Конечно нет, – успокоил меня делегат, ничего, похоже, плохого не подумавший. – Я только объясню, что его автомобиль послужит благородному делу.
Пропаганда – дело хорошее, однако сейчас не время для митингов.
– Хорошо. Только не объясняйте какому…
Делегат повернулся к профессору:
– Уважаемый коллега! Я не вправе рассказать вам всего…
Тот, кого мой соратник назвал профессором Цаплером, ехидно и невежливо перебил коллегу:
– Я не настаиваю на том, чтобы узнать хотя бы и половину. Не принимайте меня за идиота… По виду ваших друзей и так понятно, кто вы такие.
Делегат сбился, подавившись готовой соскользнуть с языка фразой.
– Вы знаете мой образ мыслей. За последние сорок пять минут он стал еще более радикальным, поэтому давайте ближе к делу… Если вам нужна помощь двух бедных провинциальных профессоров, то мы готовы оказать вам ее.
Наш товарищ затряс его руку еще сильнее:
– Спасибо, профессор! Я знал, что в трудную минуту вы будете рядом с нашим многострадальным народом!
– Короче.
– Нам нужен ваш автомобиль.
– Вас преследуют? Вы бежите?
– Что вы! Мы просто планомерно отходим, – с достоинством ответил коллега. – Из тактических соображений.
Папа Цаплер посмотрел на Самомото. Тот с интересом ждал, чем закончатся переговоры.
– Ладно, – сказал профессор. – Я тут подумал и решил, что для Военно-Технического Бюро это будет покруче, чем репейник. Репейнику еще расти и расти, а тут – раз, и готово…
Я его понял – интродукция все-таки имеет смысл, – и товарищ за рулем грузовика кивнул:
– Мы поможем вам. Приятно, когда в такую тяжелую минуту лучшие представители нашего многострадального народа пожелали составить нам компанию.